Цирк украденных сновидений - Лорелей Саварин

– Мне столько всего придется приводить в порядок, – сказал он, обращаясь ко всем детям. – Но это можно сделать и будет сделано, и это не ваши проблемы.

Андреа протянула Песочному Человеку его волшебный зонт. Он, грустно улыбнувшись, взял зонт и проверил его вес на своей руке.

– Такой тяжелый, – бормотал он, и в его словах слышалось сожаление. – Замечтанье просто разрывается от снов.

Песочный Человек обернулся и взглянул на Башню, которая чуть не стала его гробницей.

– О, Хьюберт. Как бы я хотел, чтобы для тебя все обернулось по-другому.

Хьюберт. Так звали фальшивого Песочного Человека.

Щелк.

Великий сдвиг заставил содрогнуться Башню Сновидений и землю под ней. Дети подняли глаза и увидели, что стрелка наконец подвинулась на одно деление ближе к «Проснись».

– Сегодня мы немного ускорим время, дети.

Песочный Человек махнул рукой в сторону часов, и они снова продвинулись вперед.

– Некоторые из вас здесь почти столько же, сколько я сплю, и, думаю, мы все уже заждались утра.

Надежда вспыхнула в груди Андреа, но быстро сменилась леденящей паникой. Ее взгляд оставался прикованным к часам, но рука слепо тянулась, пытаясь отыскать Фрэнсиса. Он поймал руку сестры и крепко обхватил своими ладонями.

– Я почти уверен, что я настоящий, – торопливо произнес Фрэнсис, так как часы пробили еще раз. – Я все помню. Я так сильно хочу домой. Я пробыл здесь так долго.

Ее маленький брат грустно засмеялся над собой:

– Я уже не могу отличить реальность от сна, даже не знаю, реален ли я сам.

– Ну, тогда, – сказала Андреа, – я думаю, самое время вернуть тебя домой.

Фрэнсис с облегчением улыбнулся. Андреа была рада этому. Даже если он сейчас растворится в воздухе, Андреа хотела, чтобы ее последние мгновения с братом были нежными и добрыми, наполненными любовью, которую она будет чувствовать к нему вечно.

Толпы детей последовали за Песочным Человеком, когда он направился к воротам Замечтанья.

– Столько новых магазинов, – бормотал он, сокрушенно цокая языком.

Андреа пробежала пальцами по дереву ближайшей лавочки, когда они проходили мимо. Лавочка была обветшалая, как потрепанные страницы старой книги. Должно быть, она стояла здесь с начала основания Замечтанья, как и шатер «Строители звезд», и аттракционы, которые были спрятаны и теперь будут восстановлены, став тем, чем они должны были быть. Как и все Замечтанье.

Стрелка часов снова продвинулась вперед, когда Песочный Человек и дети достигли ворот.

– Потребуется кое-что сделать, – сказал Песочный Человек, – но я был бы не я, если бы не мог немного поиграть со временем. Я ожидаю, что вы все окажетесь в хорошо знакомых вам домах. – Его мудрые глаза оглядели толпу. – Боюсь, вы будете чувствовать себя старше. Особенно те из вас, кто пробыл здесь довольно долго. Мир будет выглядеть так же, и вы будете выглядеть так же, но вы заметите, что изменились внутри. Я не могу отменить это…

Его голос стал тише, в нем слышалась печаль:

– Для некоторых из вас возвращение окажется сложнее, чем для остальных.

Он повернулся к Андреа, Пенни и Фрэнсису, а затем перевел взгляд на всех собравшихся у ворот.

– Спасибо, дорогие дети, за все, что вы сделали.

Андреа была в оцепенении так долго, как часы на Башне Сновидений. Она была заперта в ловушке и никак не могла найти выход, но теперь все закончилось. На ее губах появилась улыбка, а из глаз снова потекли слезы. Эти слезы помнили ее изначальную радость, когда она впервые оказалась здесь, и ее ужас, когда она осознала, что никогда не сможет вернуться домой. Ее сердце было исцелено в стенах Замечтанья, хотя временами ей казалось, что она никогда не сможет преодолеть свою боль.

Песочный Человек открыл зонт и начал раздавать детям листы пергамента.

– Это ваши сны. Вы отдаете их, когда приходите сюда, и забираете, когда идете обратно. Вы забираете их назад иначе: положите их на язык, и пусть они растворятся во рту.

– Мы едим наши сны? – спросил Фрэнсис, когда Песочный Человек передал ему его кошмарный рисунок.

Песочный Человек хихикнул и демонстративно подмигнул:

– Они не похожи по вкусу на бумагу, поверь.

Пенни получила свой сон с надписью «Пенни Перивинкл» и тут же сунула его в рот. На ее лице отобразился восторг:

– На вкус как коричневый сахар или поджаренный зефир и… – она покатала его на своем языке, – рутбир с мороженым!1

Ее улыбка угасла, когда она увидела, что Фрэнсис неуверенно держит свой сон в дрожащих руках.

– Давай! – подбадривала брата Андреа, нежно подталкивая его локтем. – Он обещал, что это не будет противным на вкус.

Фрэнсис скорчил гримасу, затем смял свой сон в комок, сунул в рот и быстро проглотил.

– Ну как? – Пенни уже съела свой сон и с нетерпением ждала мнения Фрэнсиса.

– Это было на вкус… как черная лакрица, – Фрэнсис скривил губу, но, учитывая тот факт, что он съел кошмар, все было не так уж и плохо.

Теперь настала очередь Андреа. Ее желание забыть ту ночь, когда исчез Фрэнсис, растворилось на языке со вкусом молочного лунного света, ванили и хрустящих осенних листьев.

– Почти пора, – с задумчивым лицом грустно сказала Пенни своим друзьям, когда часы прозвонили еще раз.

Сердце Андреа сжалось.

– Будешь ли ты в порядке? Или будешь одинокой, когда вернешься?

Пенни вздохнула:

– Мне будет нелегко, когда я вернусь. Полагаю, я могла бы приходить сюда снова, если бы хотела, но я думаю, что стоит подождать настоящих друзей, которые будут заботиться обо мне так же, как ты, даже если они не появятся сразу.

Она взяла Андреа и Фрэнсиса за руки и сжала их еще раз, прежде чем отпустить.

– Потому что я знаю, что где-то в хаосе пространства и времени есть люди, которые хотят быть моими друзьями.

Андреа обняла Пенни и смахнула слезу из уголка глаза.

Раздав все сны, Песочный Человек вернулся к воротам Замечтанья. Он откашлялся, и гул толпы затих. Зазвенели куранты, и Песочный Человек начал петь мягким, успокаивающим голосом. Эту колыбельную Андреа уже однажды слышала:

Возвращайтесь, милые, туда, откуда прибыли.

И пусть ваш сладкий отдых придаст вам силы.

Ворота Замечтанья медленно открылись. Дети встали плотнее друг к другу, от них исходило тепло и усталость. Их сердца были готовы вернуться домой.

И если вдруг опять печаль в сердца ваши проникнет,

За утешением сюда вы снова приходите.

– Не все будет так уж гладко, – быстро сказала Андреа своему брату, как только Песочный Человек закончил