Полёт на единороге - Шеннон Мессенджер

Софи с широкой улыбкой обернулась к высокому наставнику со смуглой кожей и светлыми волосами.

– Сэр Тирган!

– Просто Тирган, – поправил тот, не изменяя себе. – Ты как будто не ожидала меня увидеть. Надеялась, что тебе подыщут наставника, обладающего такими же невероятными способностями, как и ты?

– Вообще-то у меня как раз такой.

– Ты очень добра. Но мы оба понимаем, что я никогда с тобой не сравнюсь.

Сандор начал было протестовать, когда Тирган повел Софи за собой, но ему напомнили, что Софи шла на этаж, куда пускали только одаренных и наставников и что лучше бы Сандор наблюдал за зрителями, среди которых и могла таиться опасность. Сандор явно был не в восторге, но все равно ушел искать Грейди с Эдалин.

– Полагаю, ты уже видела, что занятия по телепатии изменятся в сравнении с прошлым годом, – сказал Тирган, вместе с Софи спускаясь в холодную серебряную комнату, предназначенную для репетиций. Разодетые в костюмы одаренные перекрикивались, а наставники пытались расставить их по рядам в зависимости от курса. – Надеюсь, ты не против, что Фитц будет учиться с тобой.

– Нет, он мне нравится – точнее, не нравится, мы с ним просто друзья… я не против, – закончила она, ощущая, как пылает лицо.

– Ну, я долго над этим думал, – пробормотал Тирган, крутя пальцами топазовую «Ф», закрепленную на его ярко-рыжем плаще. – Но, раз он может обойти твой блок, то стоит разобраться. Пусть он и…

Тирган не договорил, но Софи догадывалась, о чем он. Тирган, наверное, был единственным эльфом, который не восхищался семьей Вакеров. Особенно Алденом. Тирган был хорошим другом Прентиса и после его ареста умолял о пощаде от своего имени. Но Алден все равно отдал его под трибунал и подвергнул взлому памяти, и Тирган так его и не простил.

Наверное, теперь ему было еще сложнее из-за Совета, надеющегося объединить силы с «Черным лебедем». Особенно учитывая, что Тирган усыновил сына Прентиса и жил с последствиями решений Алдена и Совета. Но если подумать, почему же он был так уверен, что Прентис не виновен?

Знал что-то о «Черном лебеде»?

Она уже готова была спросить его, как Тирган произнес:

– Мне надо пойти на свое место, пока церемония не началась. Ничего, если я тебя тут оставлю? – он указал на шеренгу третьекурсников.

– Ничего.

– Ну, тогда увидимся во вторник, – он растворился в толпе до того, как Софи спохватилась, что забыла рассказать ему о мысленных разговорах с Силвени. Придется ждать первого занятия.

Она попыталась представить, каково будет сидеть наедине с Фитцем и Тирганом в маленьком простеньком классе телепатии и так тесно сотрудничать. От одной только мысли сердце трепетало. Стараясь отвлечься, она осмотрела толпу, выкрикивая имя Декса, пока наконец-то не заметила его среди окружавшего хаоса. Он пропихнулся к ней, таща за собой трех первокурсников. Двое мальчиков и девочка, из-под гремлинских ушей которых торчали светлые волосы.

– Привет, – сказал Декс, потянув Софи за слоновий хобот и затрубив. – Везде тебя искал.

– Понимаю, тут дурдом. Думала, никогда тебя не найду. А это тройняшки?

– Ага. Рекс, Бекс и Лекс. Папа считает, что это жуть как смешно, – добавил он, когда Софи рассмеялась с рифмы.

– Ооо, а ты Софи? – спросила девочка – ее, как предположила Софи, звали Бекс. – Брат постоянно о тебе говорит.

– Не говорю – вернись-ка, Лекс! – Декс схватил одного из мальчиков за пушистый капюшон и дернул его на место.

– Еще как говорит, – поправил второй мальчик, – видимо, Рекс, – широко улыбаясь и демонстрируя черную дырку на месте одного из передних зубов. – Ты ему нра-а-а-а-авишься.

– А вот и нет!

– А вот и да!

Софи уставилась под ноги, когда все трое принялись слать поцелуйчики, а Декс, обещая уничтожить все, что у них есть, потащил их прочь.

– Прости, – сказал он, вернувшись уже без гремлинов. – Родители заставили за ними присматривать.

– Я и не думала, что они идут на первый курс.

Декс никогда не говорил о тройняшках – они были больной темой. В эльфийском мире редко рожали сразу нескольких детей, и многие считали, что тройняшки появились, потому что родители Декса были дурной партией.

– Ага. Сам не рад, – он принялся возиться с левым слоновьим ухом, вытягивая оттуда нить. – Прости, кстати, за их слова.

– А?

– Ну, то, что они обо мне болтали…

– Да ничего! Они просто тебя достают.

В детстве сестра мастерски умела выводить ее из себя – хотя сейчас, как бы дико это ни звучало, Софи по ней скучала.

– Ага, – пробормотал Декс, и они оба не поднимали глаз, пока к ним не присоединились Марелла с Дженси. «Уши» Мареллы свисали криво – и она умудрилась помять свой меховой костюм.

– А где Биана? – спросил Дженси, почесывая за воротником костюма, свободно висящего на его узких плечах.

Марелла фыркнула.

– Ставлю десять ластеров, что она прячется в ванной, потому что не хочет показываться перед всеми с хоботом.

И точно, Биана присоединилась к ним в последнюю возможную секунду – хотя она все равно смотрелась в десять раз лучше, чем все остальные. Она встала в шеренгу за Софи, как раз когда наставники попросили всех замолчать. Они раздали абсолютно бессмысленные указания – возможно, потому что к третьему курсу Софи должна была уже все знать. К счастью, перед ней стоял Декс, и она могла повторять все за ним.

Дама Алина называла все курсы, выходящие на стадион, и когда все шесть встали на свои места, прожектор выхватил первокурсников. Дама Алина кратко рассказала, какие качества одаренные будут развивать в этом году, а потом заиграла музыка – дребезжащая мелодия, похожая больше на приглушенное рычание, – и первокурсники начали красться и кувыркаться точь-в-точь, как гремлины из Хэвенфилда. Зрители захлопали, когда они поклонились, и настала очередь второкурсников. Софи старалась следить за зимородками, хлопающими и трясущими крыльями под щебет птиц, но могла думать лишь об одном: они следующие.

– Просто делай, как я, – прошептал Декс, когда зимородки отошли и дама Алина начала рассказывать про командный дух и умственные способности. Затем заиграла их громкая трубящая музыка, и Софи пошла к центру сцены, думая только «лишь бы не споткнуться, лишь бы не споткнуться, лишь бы не споткнуться» и «ну почему, почему, почему нам надо танцевать?» В глаза ударил ослепляющий прожектор, и она приготовилась к вспышке мигрени. Но ощутила лишь глухое гудение, когда Декс сжал ее руку.

Может, Элвин и правда ее вылечил!

Софи не была в этом уверена, но она сощурилась, глядя на Декса и копируя его движения, а голова все еще не заболела. Она постоянно запиналась, мышцы ног ныли, но она с удивлением осознала, что за ее дурацким слоновьим хоботом скрывается улыбка. Она в последний раз провернулась, едва не потеряв равновесие, но сумела устоять и завершила танец неуклюжим реверансом.