Вредная девчонка – староста - Энид Блайтон

В течение первых нескольких дней все освоились. Кое-кто ещё скучал по дому, но в Уайтлифе к детям относились с заботой и все ученики были такими милыми и приветливыми, что новички быстро привыкали к обстановке. Повсюду раздавался смех и весёлые голоса.

Все новенькие оказались в классе с Элизабет. Она была этим довольна. Теперь, когда Элизабет стала старостой, ей хотелось показать Джулиану и остальным, как она умеет со всем справляться. Джоан перешла в старший класс, так что Элизабет осталась единственной старостой.

Мисс Рейнджер, их классная, быстро составила мнение о вновь прибывших учениках и поделилась им с Мадемуазель:

– Джулиан – лентяй, и это очень досадно, потому что у него светлая голова. Он придумывает много интересного, но только вне класса. Ещё у него золотые руки, он может смастерить всё что угодно. Я видела, как он показывал детям свой аэроплан, тот так красиво летал! И ведь надо же, до всего додумывается сам, ничего не копирует! Может часами вынашивать свои идеи, а на то, чтобы выучить историю или географию, не потратит ни минуты.

– Ах, этот Джулиан! – сказала Мадемуазель с неодобрением. – Не нравится мне он. Постоянно издаёт какие-то странные звуки.

– Звуки? – удивилась мисс Рейнджер. – У меня он ничего такого не вытворял. Пусть только попробует!

– Вчера на уроке раздалось мяуканье, – начала рассказывать Мадемуазель. – Я всполошилась. Подумала: «Бедная киска! Наверное, забежала к нам в класс и потерялась». Минут десять её искала. А оказалось, что мяукал этот мальчишка!

– Неужели? – удивилась мисс Рейнджер. Уж она-то не потерпит никакого мяуканья или лая в своём классе! – Спасибо, что предупредили. Я понаблюдаю за этим Джулианом.

Разговор перешёл на Арабеллу.

– Глупая, пустоголовая девочка, – сказала мисс Рейнджер. – Надеюсь, нам удастся как-то это исправить. На самом деле ей следовало бы учиться на класс старше, но она так отстала, что сперва её надо немного подтянуть. Кажется, она слишком высокого о себе мнения. Постоянно поправляет волосы и приглаживает платье. Всячески пытается показать, какие у неё превосходные манеры.

– Ну не такая уж она и плохая, эта девочка, – вступилась за неё Мадемуазель, которой Арабелла понравилась, ведь та прожила целый год во Франции и хорошо говорила по-французски. – В моей стране, мисс Рейнджер, у детей манеры лучше, чем здесь, – так что приятно видеть воспитанную девочку.

Мисс Рейнджер хмыкнула. Она знала, что Мадемуазель всё прощала тем, кто хорошо говорил по-французски.

– А что вы думаете о Мартине и Розмари?

– О, это милые детки! – прощебетала Мадемуазель, которой нравилась услужливость и послушание Розмари. – Маленький Мартин – такой добрый и так старается.

– Ну я в этом не уверена, – проговорила мисс Рейнджер. – Розмари – да, думаю, с ней всё в порядке, только она очень слабенькая. Надеюсь, она найдёт себе подходящую компанию. Хорошо бы, Элизабет или Дженни подружились с ней.

Однако не только учителя обсуждали новых учеников, но и сами ученики тоже. Джулиан всем понравился. Настоящий сорвиголова! Он обладал необыкновенными способностями, которые использовал по своему разумению. У него были отличные мозги, он умел делать самые разные вещи, а ещё выдумывал всякие забавные шалости и готов был продемонстрировать их всему классу, как только немножко освоится.

– Стыд и позор, Джулиан! У тебя ума палата, а ты так плохо учишься, – сказала Элизабет в конце недели. – Ты бы мог стать первым учеником!

Джулиан посмотрел на неё своими сияющими зелёными глазами.

– Зачем мне эта морока? – проговорил он. – Кому нужны эти даты? Я их всё равно позабуду, когда вырасту. И к чему знать про самые высокие в мире горы, если я на них никогда не поднимусь? Уроки – такая скука!

Но Джулиан не на ту напал. Элизабет прекрасно помнила, кто она и что должна делать, и потому попросила его:

– Ну постарайся. Подтянись! Ты ведь можешь стать лучшим!

Джулиан рассмеялся:

– Ты это говоришь только потому, что ты староста! Меня такими льстивыми речами не проведёшь! Попробуй найти стоящие доводы, чтобы мне захотелось учиться.

Элизабет покраснела и отвернулась, чтобы уйти. Ей не понравилось, что её обвинили в лести.

Но Джулиан вдруг сказал:

– Ладно, я пошутил. Послушай, Элизабет, раз твоя подруга Джоан перешла в старший класс, почему бы нам с тобой не подружиться? У тебя лучшие мозги в классе – после меня, и с тобой весело. Так что давай дружить.

– Хорошо, давай дружить. С тобой не соскучишься. – Элизабет было приятно, что такой необычный мальчик, как Джулиан, предложил ей дружбу.

С Джулианом и правда скучать не приходилось. Но и забот, как выяснилось, он доставлял немало.

Глава 4
Школьное собрание

Арабелла и другие новенькие с большим интересом ждали первого собрания. Где бы они ни учились раньше, нигде не было школьного парламента, которым управляли сами дети. Новичкам было интересно, как это всё устроено.

– Пожалуй, отличная идея, – сказал Мартин.

– И мне так кажется, – робко поддержала Розмари, готовая со всеми соглашаться.

– А я думаю – это глупость, – заявила Арабелла. Она с пренебрежением отзывалась обо всём в Уайтлифе. Ей хотелось перейти в ту престижную школу, в которой учились её подруги, и потому Арабелла с презрением выслушивала рассказы о разумной организации в Уайтлифе.

Неожиданно Джулиан поддержал её, хотя обычно ему не было дела до Арабеллы с её дурацкими нарядами и манерами.

– Мне до этого школьного собрания как до лампочки, – заявил он. – Мне всё равно, что они там обсуждают и делают. Пожалуйста, я не возражаю. Пока мне позволяют делать то, что я хочу, я не прочь позволять другим поступать, как им заблагорассудится.

– Ты это только говоришь, а на самом деле так не думаешь, – возразила Кэтлин. – Тебе же не понравится, если кто-нибудь сломает одну из твоих поделок. Или станет рассказывать о тебе всякие небылицы. Наверняка сразу взорвёшься!

Джулиан не любил, когда с ним спорили. Он откинул назад длинные чёрные волосы и поковырял в носу, как он обычно делал, когда был раздражён. Он мастерил крошечную лодочку из какой-то деревяшки. Та словно по волшебству рождалась у него в руках.

– Да пусть говорят обо мне что хотят! – проворчал Джулиан. – Пока я могу заниматься любимым делом, мне всё равно.

– Ты странный мальчик, – сказала Дженни. – В классе ты притворяешься невеждой, а потом вдруг оказываешься умнее других.

– С чего ты решила? Что он сделал такое особенное? – спросила Джоан, которая услышала их разговор. Она училась на класс старше, так что не знала, как Джулиан ведёт себя на уроках.