Ворона в сети - Наталия Кузнецова

– Лёшка – ещё красивее, – сказал Женя, по-прежнему не сводя с неё глаз.

Она не знала, что на это ответить, но, на её счастье, из школы выбежал Славка. Вслед за ним появился брат.

Лёшка скосила глаза на Ромку и прошептала: «Не выдавай!»

Женя понял и незаметно кивнул.

Оба друга подошли к ним, и не успела Лёшка всех познакомить, как Славка сказал:

– А я тебя знаю. Ты ведь Ильи Григорьевича сын? Кстати, вы с ним очень похожи.

Илью Григорьевича Лёшка знала. Он преподавал в МГУ, а у них в школе с этого года стал вести факультатив по искусствоведению.

– Ну да, – подтвердил Женя. – Я сейчас его жду, мы с ним на выставку аквариумных рыбок пойдём. Там гуппи сегодня. Хотите с нами? Не пожалеете.

– Одни только гуппи, и всё? – удивилась Лёшка.

– А ничего удивительного в этом нет, – сказал Славка. – Их сколько форм, знаешь? Тринадцать, кажется. А разновидностей и не сосчитать. Гуппи ведь живородящие рыбки, особой заботы не требуют, поэтому новые породы без конца появляются.

– Ты что, тоже рыбок разводишь? – заинтересовался Женя.

– Ну да, давно.

– А покажешь?

– Конечно.

Ромка с ними не пошёл – снова собрался куда-то ехать с Пономарёвым, однако в этот раз согласился вывести Дика, и Лёшка отдала ему свой тяжёлый рюкзак и отправилась смотреть гуппи.

Вообще-то рыбки Лёшку мало интересовали и на выставку она пошла за компанию, однако Женя и его отец Илья Григорьевич так увлечённо о них рассказывали, что даже Славка – заядлый аквариумист, – и тот слушал их раскрыв рот. Они переходили от одного аквариума к другому, и Лёшка диву давалась, какими бывают гуппи: и фиолетовыми, и изумрудными, и красными, с роскошными вуалевыми и вытянутыми хвостами, и даже неторопливые самки отличались самой разной окраской. Рыбки то собирались в стайку, то разлетались красочным фейерверком, и водоросли тоже были особенными, самых разных цветов.

– Тут аквариумы не хуже морских, – повернувшись к Жене, сказала она.

– Хочешь такой? – спросил он.

– Не знаю, – она пожала плечами.

– Смотри, какая интересная элодея, – отвлёк Женю Славка. – У меня такой нет.

– А это её разновидность, водяная чума. У меня есть такая.

– Можешь дать?

– Угу, хоть сегодня. Я недалеко от вашей школы живу, значит, и от вас тоже.

– Тогда заходи ко мне вечером, – сказал Славка. – Мои родители уехали отдыхать, дома у меня только бабушка.

– И Джим, – добавила Лёшка. – Немецкая овчарка, но очень и очень добрая.

– Спасибо, приду. А ты? – Женя взглянул на Лёшку. Она хотела отказаться, но слова выскочили как-то сами собой:

– И я.

Когда, вся в восторге от выставки, Лёшка пришла домой, Ромка учил историю. Она рассказала ему про рыбок, а он так и не признался, куда снова ездил с Пономарёвым, и уткнулся в учебник.

Лёшка поела, убрала за вороной, выучила уроки и принялась собираться к Славке. А Ромка, опершись на локти, так за столом и застыл. Приглядевшись, она поняла, что он спит.

«Мешки они с Олегом, что ли, ворочают?» – подумав так, Лёшка тронула его за плечо и громко сказала: – Я ухожу.

– А? Что? Куда? – встрепенулся Ромка.

– К Славке, я обещала.

– Я с тобой. – Ромка захлопнул учебник и объявил: – Лёшка, история непредсказуема. Никто не знает, что его ждёт.

– Очень важная мысль. И это всё, что ты за сегодня выучил?

– Хватит и этого.

Так получилось, что брат с сестрой пришли к Славке одновременно с Женей. Новый друг принёс банку не только с самыми разными водорослями, но и рыбками. Лёшка взяла её в руки, посмотрела на свет и ахнула. Бархатистые, с кружевными хвостами, белоснежные, красные, чёрные гуппи то появлялись, то скрывались за водорослями, опускались ко дну и взмывали вверх.

– Ой, какие красивые! Таких на выставке не было. Ромка, ты только взгляни! Вот эти белые, словно голуби, с крыльями-плавниками. Помнишь, как такие голуби кружились над нами в Медовке летом? Ой, а вот ещё золотые!

– Что там у тебя? – спросила Славкина бабушка. Она вышла из своей комнаты и, поздоровавшись со всеми, посмотрела на банку.

– Рыбки, гуппи, – ответила Лёшка. – Невероятно красивые.

– Их мне Женя принёс, – указал на нового приятеля Славка. – Бабушка, познакомься.

– Очень приятно, Мария Андреевна, – церемонно сказала бабушка.

Она похвалила рыбок и уже собралась уйти, но снова внимательно вгляделась в лицо прежде незнакомого мальчика и, взяв его за плечи, развернула к свету, чтобы рассмотреть ещё лучше.

– Послушай, ты не Илюшин сын? Как твоя фамилия? Не Бондарев ли, случайно?

– Бондарев, – кивнул Женя.

Славкина бабушка всплеснула руками.

– Боже мой! А я смотрю: как на Илюшу похож! Интересно, твой отец меня ещё помнит? Когда домой придёшь, будь добр, спроси у него, и если помнит, то большой привет передай. Скажи, от Марии Андреевны.

– А зачем ждать, можно прямо сейчас спросить, – Женя достал телефон и сказал: – Папа, тут тебе Славина бабушка передаёт привет. Она тебя знает, оказывается.

– Так это всё-таки Мария Андреевна! – так громко, что услышали все, воскликнул Илья Григорьевич. – А я давно хотел у Славы поинтересоваться, как зовут его бабушку. Когда увидел его фамилию, то так и подумал. Дай-ка ей телефон.

Все с любопытством слушали разговор.

– Здравствуй, Илюша! – польщённая тем, что Женин отец её не забыл, сказала бабушка.

– Мария Андреевна, здравствуйте! Как приятно вас слышать!

– Мне тоже. Я очень часто всех вас вспоминаю. А с кем ты общаешься? Что про кого знаешь?

– Алёнку Завьялову помните? Она теперь кандидат наук, преподаёт в МГУ. А Серёжка Савельев стал её мужем.

– А… Паша?

– Павел у нас процветает. Кстати, жениться собрался и знаете на ком? На Ане Прохоровой.

– О, она красивой была. А какая сейчас?

– Такая же. Не изменилась ничуть.

– Как бы я хотела всех вас увидеть!

– Так за чем дело стало? Давайте как-нибудь соберёмся.

– А вы приходите ко мне. Только предупредите заранее.

– Спасибо за приглашение. Я узнаю, кто сможет прийти, и тут же вам позвоню.

– Буду ждать.

Бабушка, очень довольная разговором, вернула телефон Жене и пояснила:

– Твой папа – мой бывший студент, я у них на курсе историю архитектуры преподавала. Потом как-то летом в их молодёжно-студенческом отряде была консультантом и наравне со всеми трудилась не покладая рук. Мы тогда ездили восстанавливать старинную дворянскую усадьбу Николо-Борисовку, в ней местные власти собирались делать музей. Поскольку усадьба эта представляла собой историко-культурную ценность, то Минкульт выделил им какие-то деньги, ещё немного подкинули спонсоры, и они же привлекли к работе студентов. С тех пор уже лет двадцать прошло. Как же быстро время летит! Очень хочется поскорей всех увидеть, посмотреть, какими все стали.