Волшебная мантия - Серж Брюссоло

– Кстати, будь осторожна, – небрежно добавил чемоданчик. – Эта лестница – волшебная, и в ее задачи входит защищать наблюдателя. Если она догадается, что ты задумала что-то недоброе по отношению к нему, она приложит все усилия, чтобы помешать тебе добраться до верхней площадки.

– Неужели? – хмыкнула я. – Она что же, будет читать мои мысли?

– Совершенно верно, поэтому ты должна будешь думать о чем угодно, только не о том, для чего ты на самом деле лезешь наверх. Можешь читать таблицу умножения или распевать песни, но только ни в коем случае не размышляй о своей миссии.

– Но я забуду заклинание, если не буду постоянно твердить его!

– Запиши его у себя на руке!

– У меня нет карандаша!

– У меня есть, – вмешалась Поппи.

Вынув из кармана фломастер, она записала странные слова у меня на ладони. Я угрюмо поплелась к башне. Вот зараза! Теперь у меня не осталось ни одного предлога, чтобы отказаться от подъема…

Помедлив напоследок, я нерешительно сказала:

– Ну, я пошла…

– Ждем тебя здесь, – хихикнул мерзкий чемодан. – Снизу нам все будет видно, особенно как ты падаешь.

Ладно… я ухватилась за первую перекладину, одновременно начиная бормотать вполголоса таблицу умножения на 2. «Дважды два – четыре, дважды три…» и так далее. Вы ее знаете, не стану повторять. Дерево под моими руками было липким, как напитанная смолой сосновая кора. Отдирать ладони каждый раз приходилось с болью. Как я уже говорила, лестница казалась бесконечной. И ее шатало ветром… Вскоре я жутко замерзла. Посмотреть вниз я не решалась. Я продолжала читать вслух таблицу умножения, лишь бы только не думать о том, что я собираюсь делать наверху. Больше всего я боялась разжать хватку и свалиться вниз.

Примерно до половины высоты все шло неплохо, а потом… не знаю, что случилось потом, но, вероятно, волшебная лестница как-то проникла в мой разум и почуяла, что я что-то от нее скрываю. На перекладинах начали расти колючки.

Вам когда-нибудь случалось ухватиться незащищенной ладонью за шиповник? Тогда вы понимаете, что я испытывала. Поначалу колючки были совсем маленькие, но по мере моего продвижения вверх они вырастали все больше. Мне было так больно, что таблица умножения вылетела у меня из головы. Теперь мои мысли оказались доступны для волшебной лестницы, и число колючек резко увеличилось. Руки у меня были в крови, а слезы текли, как из лейки. Я только твердила себе: «Мне во что бы то ни стало надо добраться до вершины, иначе часовой обнаружит великана, и мою деревню ждет такая же судьба, как деревню несчастного Грязнули…»

Это придавало мне смелости.

В какой-то момент я перестала карабкаться вверх и повисла на одной из ступенек, распевая какую-то дурацкую песенку и старательно сосредотачиваясь на словах. Колючки вдруг стали уменьшаться, а затем исчезли совсем. Перекладины снова стали гладкими. Уф! Нельзя сказать, чтобы меня это расстроило.

Верхняя площадка маячила уже невдалеке, но руки у меня были скользкие от крови, поэтому, чтобы не сорваться, я вытерла их об одежду.

Восхождение продолжалось еще довольно долго, но я опускаю подробности, чтобы не показаться занудой. Наконец я ступила на верхнюю площадку башни. От ветра у меня перехватило дыхание. Я оказалась над пологом леса, и видно было во все стороны до самого горизонта. Вид был просто восхитительный. Из-за налетающих шквалов наблюдатель не услышал моих шагов. Он напряженно склонялся над перилами, прижимая к глазам бинокль.

Я подумала: «Я успела вовремя, иначе он непременно засек бы того великана, которого мы встретили недавно в лесу».

Я понимала, что, если он не подаст условного сигнала сразу же, жители нашей деревни не успеют подготовить ловушку (трон, яблоки, все прочее…) и великан пройдет мимо, не задерживаясь.

В этот миг у меня под ногой хрустнула доска, и наблюдатель подскочил от неожиданности. Когда он повернулся, я узнала в нем Бизу, одного из мастеровых нашей деревни.

– Эй, – воскликнул он с некоторым удивлением, – я тебя знаю: тебя зовут Нушка. Что ты тут делаешь? Это же опасно!

Вместо ответа я поднесла к глазам ладонь, чтобы прочесть слова заклинания, которое я добровольно вычеркнула из памяти во время подъема на башню. Увы, кровь полностью смыла его! На коже остались только неразборчивые, полустертые каракули! Я готова была заплакать от злости. Столько труда – и все напрасно!

Бизу собирался что-то сказать, как вдруг его взгляд приковало к себе что-то, находящееся далеко в правой стороне. Он тут же отвлекся от меня и склонился над перилами. Я догадалась, что он заметил великана… Все пропало, я больше ничего не могла поделать.

– Да, это оно! Так и есть, это оно! – бормотал наблюдатель вне себя от возбуждения.

Он немедленно бросился к сигнальному колоколу и ударил в него. Раскатистый гул пронесся над лесом, достигая деревни. Отныне все вокруг знали, что в наших окрестностях завелся великан… и что нужно поторопиться подготовить ловушку, в которую он непременно попадется.