Мальчик, птица и гробовщик - Матильда Вудс

Мисс Бонито больше не было в живых, но жизнь в Аллоре продолжалась. Энцо по-прежнему каждое утро выпекал хлеб, мэр ежедневно издавал указы, а сестры Финестра каждый вечер сплетничали.

Люди продолжали жить и умирать по единожды заведенному порядку. Альберто целыми днями сколачивал гробы для вновь почивших, а по вечерам делал собственный. Несмотря на огромное количество гробов, прошедших через его руки, Альберто никогда не забывал имена людей, которых положил в них. Теперь к этому списку добавилась мисс Бонито: правда, она выделялась тем, что он не знал ее имени. Альберто старался вспоминать о ней чаще, так как боялся, что больше о ней думать совершенно некому, но шли недели, и его мысли переключались на другое.

За каждым изготовленным гробом следовали похороны, на которых он неизменно присутствовал. За последние тридцать лет Альберто не пропустил ни одних. Возвращаясь с очередных похорон (Адамо Тотти, клен, 85 × 25 дюймов), он впервые заметил, что в доме что-то пропало.

Первым, чего лишился Альберто, был его обед: сэндвич с соленой ветчиной и сыром. Потом, через несколько вечеров, исчез его ужин: миска рагу и два кусочка хлеба с маслом. И теперь каждый раз по возвращении домой он стал обнаруживать новую пропажу.

Поначалу воришка брал только то, что Альберто оставлял на кухонном столе. Но потом он стал таскать продукты из шкафов: баночки с чатни[2], маринованные яйца и двух белых рыб, которых Альберто подобрал у своего крыльца.

Но вместо пропадающей еды появлялось что-то новое. Альберто начал чувствовать перемены в доме, а точнее чье-то присутствие. Он никогда не был суеверным человеком (Альберто был гробовщиком и просто не мог себе этого позволить), но теперь за работой он не мог избавиться от ощущения, что за ним наблюдают. И это были не глаза мертвых, глядящие вверх невидящим взором, а глаза живых, которые смотрели повсюду и все замечали.

Целых три недели Альберто мирился с исчезающей едой и этими глазами, исподтишка наблюдавшими за ним, но когда пропали целая буханка свежего хлеба и полголовки любимого сыра, его терпение кончилось. Он придумал план, как поймать воришку.

Рано утром Альберто притворился, что собирается на похороны. Его план был прост. Он должен был дойти до кладбища и тут же вернуться обратно. На это ушло бы десять минут – достаточно, чтобы выманить воришку из укрытия, но недостаточно, чтобы тот успел прикончить миску дымящейся каши на кухне.

Но не успел Альберто закрыть входную дверь, как дела приняли иной оборот.

– Гробовщик! Гробовщик! – долетел до него запыхавшийся голос с мощеной дорожки.

Альберто обернулся и увидел потное лицо мэра, который, пыхтя и отдуваясь, поднимался по холму.

– Как… хорошо… что я… тебя… застал. – Он остановился у входной двери Альберто.

– Чем могу помочь, господин мэр? – поинтересовался Альберто, пытаясь скрыть раздражение.

– А не могли бы мы… э-э-э… зайти внутрь? – все еще тяжело дыша, спросил мэр.

– Вообще-то, я как раз ухожу.

– А… – Лицо мэра вытянулось. – Я просто принес размеры, о которых ты просил. – Не спуская глаз с дома сестер Финестра, он достал из кармана сложенный лист бумаги и протянул его гробовщику.

– Отлично, – сказал Альберто. – Теперь я смогу заказать древесину. Скорее всего, придется подождать. Золотой дуб оч…

– Тсс, – зашикал мэр. – Я не хочу, чтобы об этом знал весь город. – Он снова поглядел на дом сестер.

– Да-да, конечно. Прошу прощения. – И без лишних слов Альберто сунул записку в карман. Он распрощался с мэром и немного прошелся в сторону кладбища. Затем развернулся и поспешил обратно. Подойдя к входной двери, он бесшумно вставил ключ в замочную скважину и открыл дверь.

Альберто вошел в дом и прислушался. Из кухни доносились стук столовых приборов, звук открываемой бутылки и льющейся в чашку жидкости. В его глазах засветился триумф. Он потихоньку двинулся вперед. Но прежде чем Альберто успел открыть дверь, из кухни послышался голос:

– Какое вкусное молоко, Фиа. Правда вкусное.

Альберто замер, взявшись за дверную ручку. Он не узнал говорящего, но понял, что это ребенок.

– И каша, – в голосе мальчика слышалось явное удовольствие. – Она еще горячая. Смотри, даже пар идет.

Альберто задумался, что же делать. Он-то предполагал, что воришка – взрослый. Ему и в голову не приходило, что это мог быть ребенок. И вот что теперь: потребовать от мальчика объяснений или потихоньку уйти, оставив его в покое?

Но прежде чем Альберто успел принять решение, маленькая птичка сделала выбор за него.

– Творп! – донеслось из кухни.

Звуки глотания, жевания и звяканья приборов прекратились.

– Что такое, Фиа? – прошептал мальчик. Он говорил со слабым северным акцентом. – Там кто-то есть?

Альберто отшатнулся от двери так резко, что пол под ним скрипнул. Не желая пугать маленького воришку, он нырнул обратно в коридор. Но было уже поздно. Дверь кухни распахнулась, и оттуда стрелой вылетел мальчик. Над его головой в панике кружила птичка – ярчайшая из всех, которых Альберто когда-либо видел, переливающаяся всеми оттенками золотого, бирюзового и лазурного цветов.

– Постой! – крикнул Альберто. – Вернись! Я тебя не трону!

Но мальчик и птица метнулись к черному ходу и исчезли, прежде чем он успел поймать их.

Альберто вышел во внутренний дворик и посмотрел за ограду. Холм был такой крутой, что можно было увидеть, как внизу пенистые волны разбивались о скалы. Он боялся, что мальчик оступится и свалится в это бушующее море. Но к счастью, тот уверенно держался на ногах, пробираясь сквозь кустарники с маленькой птичкой, кружившей у него над головой. Альберто хотел было окликнуть его снова, но вместо этого кто-то позвал его самого.

– Альберто, это ты? – крикнула женщина из соседнего дворика.

– Да, Клара, – со вздохом сказал он. Выше по холму мальчик перемахнул через ворота кладбища и благополучно приземлился на другой стороне.

– Это не Клара, – ответил тот же голос. – Это я, Роза. Почему ты всегда путаешь меня с Кларой?

Альберто даже не потрудился ответить. Все его мысли были заняты маленьким воришкой. Хотя он не успел хорошенько разглядеть мальчика, его лицо казалось очень знакомым. Эти волосы, нос и глаза. Несомненно, он уже видел их раньше. Ошибки быть не могло. Мальчик был очень похож на женщину, которую Альберто похоронил пять недель назад.

Обещание, не выполненное матерью

Мальчик не стал задерживаться на кладбище. Выбежав из дома на вершине Аллорского