Огненные Близнецы - Вера и Марина Воробей

— Это будет здорово! — воскликнула она. — Позовем всех друзей и повеселимся на славу.

Туся пожала плечами (с некоторых пор этот жест вошел у нее в привычку). Лиза внимательно посмотрела на нее и сказала:

— А знаешь что? Если тебе не хочется жить одной, то можешь переехать ко мне. Я буду очень рада. Будем вместе делать уроки, ходить в школу и все такое… Представляешь, как сестры!

Туся почувствовала, как у нее сжалось сердце.

— Неужели ты и вправду этого хочешь?

— Еще бы! Это будет здорово! — улыбаясь, повторила Лиза.

Туся не дала согласия сразу, сказав, что подумает.

Ей не хотелось показывать, что она нуждается в чьем-то участии, даже если его проявляет лучшая подруга. На самом же деле Туся была готова сию же секунду бежать укладывать сумку.

Тусе начало казаться, что жизнь вот-вот начнет входить в свое обычное русло. Хотя погода была по-прежнему отвратительной, на душе у Туси стало немного светлее. В среду она окончательно решила сказать Лизе, что согласна переехать к ней на все время маминого отсутствия.

Но все получилось по-другому. С самого утра Туся представляла себе, как обрадуется Лиза, когда узнает о ее решении. Она с нетерпением ждала конца уроков, представляя себе, как они вместе пойдут домой и Туся скажет, что сегодня она соберет свои вещи и попросит Лизу приготовить ей апартаменты». Но когда прозвенел звонок, возвестивший об окончании последнего урока, Лиза подскочила к ней и торопливо сказала:

— Я убегаю! Созвонимся вечером, ладно? — у Туси вытянулось лицо.

— Куда убегаешь?

— Мы с Мишей собрались в Музей современного искусства, он сказал, что там сегодня открывается какая-то интересная экспозиция. Я тебя не приглашаю, потому что знаю, как ты не любишь ходить по музеям. Если мне понравится, я тебе обязательно расскажу, и мы сходим туда вместе…

Лиза была слишком возбуждена и потому не заметила, как каждым своим словом наносила подруге удар за ударом. Первые несколько секунд Туся не могла вымолвить ни слова, но в этом не было необходимости, так как Лиза тараторила без умолку.

«Значит, с Мишей, — думала Туся, стиснув зубы, — опять он! Ей плевать на меня. Она совсем не хочет, чтобы я к ней переезжала, я буду мешать их встречам! Я нужна ей как прошлогодний снег».

Чувствуя, как к горлу подступают жгучие слезы, Туся неимоверным усилием воли заставила себя улыбнуться и сказать в своей обычной манере:

— Вот уж не знала, что ты заделалась в любительницы музеев.

— Да нет, просто Миша сказал, что это будет очень интересно…

Тусе показалось, что если она еще хоть раз услышит это имя, то с громкими воплями набросится на Лизу с кулаками, поэтому она прервала ее на полуслове:

— Ладно, беги. Я тоже тороплюсь.

— А куда?

— Тебе это не покажется интересным. — Туся резко отвернулась, чтобы скрыть наворачивающиеся на глаза слезы. — Я тебе потом расскажу, завтра, — добавила она, чтобы не дать Лизе почувствовать, как она обижена.

— Тогда до завтра! — Лиза сияла. Наскоро чмокнув подругу в щеку, она упорхнула, даже не сочтя нужным дойти с Тусей до выхода.

«Никогда! Никогда ей этого не прощу», — говорила себе Туся, глядя вслед убегающей Лизе. В эту минуту ей показалось, что она ее ненавидит.

Невидящим взглядом Туся обвела одноклассников, спешащих поскорее покинуть стены школы. «Никому Я не нужна! Никто не заговаривает со мной, никто никуда не приглашает. Всем на меня наплевать!»

Туся не отдавала себе отчета, что ее хмурый вид отпугивает. Все знали острый Тусин язык, и никому не хотелось стать объектом ее ядовитых насмешек.

Выйдя из школы, Туся машинально направилась в скверик. Ей хотелось уединиться, сесть на скамейку и предаться своим горьким мыслям. Она шла по аллее, уперев взгляд в асфальт и тем не менее не замечая на нем многочисленных луж.

— Туся! — услышала она высокий голос, показавшийся знакомым.

Обернувшись, Туся увидела Олю — одну из тех девушек, с которыми познакомилась в пятницу. Она приветливо махала рукой и быстрым шагом приближалась к остановившейся Тусе. Оля была не одна, ее сопровождала женщина лет тридцати пяти. Она тоже смотрела на Тусю и улыбалась ей, словно старой знакомой.

— Как хорошо, что мы тебя встретили! — воскликнула Оля. — Почему ты не пришла вчера? Мы тебя ждали.

Туся растерянно смотрела на подошедших. Она не знала, что ответить, и пыталась придумать подходящую отговорку, но, к счастью, этого не потребовалось.

— Ничего! Главное, что сегодня мы встретились.

Очень рада познакомиться с тобой, Туся, девочки много о тебе рассказывали.

Туся с интересом разглядывала женщину. У нее были коротко остриженные русые волосы, правильные черты лица и светло-голубые глаза. Туся отметила, что одета она довольно-таки элегантно, хотя и скромно. Оля по-прежнему была облачена в жуткую зеленую куртку.

— Меня зовут Надежда Григорьевна, — произнесла женщина и протянула Тусе руку.

Туся никогда еще не пожимала рук. Это было новое и очень приятное ощущение — взрослый человек здоровался с ней как с равной. Едва коснувшись теплой сухой ладони женщины, Туся почувствовала неизъяснимое доверие к ней. У Надежды Григорьевны был низковатый голос, который сразу запоминался. Она смотрела пристально и проникновенно, но при этом ее взгляд не смущал Тусю.

— Ты именно такая, какой я тебя представляла, улыбаясь, сказала Надежда Григорьевна.

В следующую секунду ее улыбка потухла, и она посмотрела на Тусю с состраданием.

— Сколько зла в этом мире, — произнесла она, покачав головой, — если такие прелестные создания вбирают в себя так много боли!

Тусе стало очень жалко себя. Она смотрела на Надежду Григорьевну, не замечая, как глаза наполняются и переполняются слезами.

Наконец-то она встретила людей, которые понимают ее, сочувствуют ей, видят, как нелегко ей приходится!

— Мы не можем допустить, чтобы эта милая, красивая девочка так страдала! сказала Надежда Григорьевна, обращаясь к Оле. — Мы должны помочь ей. Ведь именно в этом и заключается наше предназначение.

Оля кивнула, преданно глядя на женщину. Было ясно, что для нее Надежда Григорьевна являет собой чуть ли не божество.

— Пойдем с нами, детка! — ласково позвала она Тусю. — Мы поможем тебе. Ты обретешь свое счастье, ты заслужила его, и оно уже близко.

Она взяла Тусю за руку и повела по аллее. Туся как загипнотизированная, подчинилась мягкому, но настойчивому