Очень страшная миссис Мерфи - Йон Колфер

Несколько недель все шло чудесно. Лучшего времени в своей жизни я еще не знал. Каждая новая книга открывала дверь в новый мир. Мы сплавлялись по великой Миссисипи с Гекльберри Финном. Робин Гуд учил нас стрелять из лука. Мы ловили разбойников с Великолепной Пятеркой, а Помойный Стиг подсказывал нам, как строить крепости.

Мерфи-Картошка в основном нас не трогала, поскольку взятые нами книги возвращались вовремя и шуметь на ковре нам не приходило в голову. Пару раз ей приходилось показывать карточку «Тсс!», но по-настоящему мы не проказничали. Пока…

Однажды в понедельник у нас кончились книги. Мы уже по два раза прошли весь стеллаж. Даже тайны Нэнси Дрю. Мы сидели на ковре в ужасе перед надвигающейся скукой. Это было нечестно.

Марти от скуки даже снова начал лизать руку, хотя штамп с Барби давно стерся. Потом он перестал лизать и заныл:

– Что нам делать? Я не могу сидеть тут шесть часов в неделю без книжки.

– Я тоже.

– Это такая трагедия. До секции приключений рукой подать.

– Это взрослая секция. У нас только розовые карточки, забыл?

– Я знаю, но если бы у одного из нас только хватило духу добраться туда! Нам на вечер хватит всего одной книги.

Я взял с полки ближайший том и накрыл им голову.

– Не выйдет. Даже не проси. Я не слушаю.

Марти подполз ко мне.

Ну давай. Я не могу. Я же под особым наблюдением.

– А как насчет картофелебойного ружья?

Брат ущипнул меня за щеку.

Ты же у нас очаровашка. Если Картошка тебя поймает, то наверняка даст тебе леденец.

– Нет, Марти, – прошептал я на случай, если Мерфи нас подслушивала.

– Я дам тебе подышать моим воздухом в комнате.

– Нет.

– Я позволю тебе тусоваться со мной и с ребятами.

– Не хочу я с тобой тусоваться.

– Я скажу, где похоронен Супермен.

Я ахнул.

– Супермена похоронили?

Марти понял, что поймал меня.

– Да, где-то в саду. В большом саду. Я бы сказал, черви уже начинают его обгладывать.

Какой у меня оставался выбор? Супермен нуждался во мне, и мне правда очень хотелось читать.

– Ладно, Марти, – прошипел я. – Пойду. Но только сегодня. Если захочешь книгу в среду, пойдешь за ней сам.

Брат похлопал меня по плечу.

– Это честная сделка, – сказал он. – А теперь вперед. Мне хочется чего-нибудь захватывающего.

Я поставил ногу на деревянный пол. Он скрипнул подо мной, словно летучая мышь пискнула.

В ту же секунду, скользя войлочными тапочками по полированным половицам, из-за угла выкатилась Картошка.

«Тсс!» – показала она карточку.

– Извините, – прошептал я.

Мерфи подозрительно прищурила на нас свои глазки-жуки, но продолжила путь в сторону секции женских романов.

– Я знал, что ты не сможешь, трус, – заявил Марти. – Даже когда у Супермена вся надежда только на тебя.

Я показал брату язык. Меня еще рано считать побежденным – не тогда, когда в саду похоронен Супермен. Марти еще увидит, трус я или нет.

Я стянул ботинки и носки и предпринял вторую попытку. С бесконечной предосторожностью, словно мышь, проверяющая мышеловку, опустил на половицу большой палец. Не скрипит. Благословенная тишина. Это может сработать. Взрослые в нашем конце библиотеки отсутствовали, поэтому беспокоиться следовало только о Картошке. Я сделал крохотный шажок. Затем еще один.

Если хочешь пересечь пол бесшумно, держись поближе к стене – это известно каждому мальчишке. Я прижался к ней так крепко, что мне чудилось, будто собственная тень щекочет мне спину. Сантиметр за сантиметром я пробирался к секции приключений. Каждый миллиметр кожи у меня на теле исходил потом. Казалось, потеют даже зубы. Как поступит со мной Картошка, если поймает? Получу я штампом или из картофелебойного ружья? Наверное, из ружья. В конце концов, Марти уже заработал предупреждение для нас обоих.

Путь мне преградила лестница. Библиотечная лестница с колесиками наверху. Без нее я не мог добраться до секции приключений. Она не скрипнула ни разу. Мерфи хорошо их смазывала.

Я уже мог различить книги, но не сумел их достать. Пришлось медленно взбираться по лестнице, каждую секунду ожидая предательского скрипа и непременно последующего за ним беззвучного появления Картошки. Один шаг, затем другой, потом третий. Отсюда уже можно дотянуться. Я вытянулся, как мог. Выдлиннился от кончика большого пальца на ноге до подушечки указательного. Снял с полки первую попавшуюся книгу и засунул сзади за ремень штанов. Получилось. Оставался только обратный путь на ковер.

Дорога назад оказалась не менее ужасна. Я потел так, что даже пить захотелось. Расстояние между мной и ковром казалось в десять раз больше, нежели по дороге туда, и мельчайший звук эхом отражался от высоких стен. Но остановиться и замереть я уже не мог. Иначе Картошка обязательно поймает меня в свой следующий обход. И тогда уж точно окучит по полной программе. Поэтому я делал один потный шаг за другим, пока не дотолкал лестницу на место, а сам не оказался в безопасности на ковре.

Марти вытащил книгу у меня из штанов.

– Молодец, Билл. Не думал, что ты на такое способен.

– А теперь скажи мне, где похоронен Супермен? – потребовал я.

Он ухмыльнулся.

– В коробке с игрушками, простофиля, где и всегда.

Братец снова провел меня, но я испытывал слишком большое облегчение, чтобы злиться.

Мы взглянули на обложку книги. Сверху золотыми буквами красовалось название: «Разведчики в Сибири». Под заголовком имелась картинка. На ней человек несся на лыжах с заснеженной горы. Картошка за сто метров высмотрит у нас взрослую книгу, и Марти позаимствовал для нее суперобложку с одной из наших.

Я надел носки и ботинки, и мы наслаждались чтением весь остаток вечера. Надо заметить, эти шпионы неплохо проводили время со своими быстрыми машинами и парашютами и целовали всех встречных девушек. Без поцелуев можно было бы и обойтись, но остальное оказалось просто здорово. Мы с Марти впервые в жизни ухитрились не затеять ссоры, проведя длительный отрезок времени на сравнительно маленьком участке суши.

В полпятого брат спрятал «Шпионов» за рядом сказок Энид Блайтон про то, как дети попадали в страну эльфов, и мы уселись ждать маму. Должен признаться, я был очень доволен собой. Мне удалось перехитрить знаменитую Мерфи-Картошку. Ее навыки лазутчика – ничто по сравнению с моим умом. Я чувствовал себя королем библиотеки.