Новобранец - Роберт Маркмор

Лорин была похожа на зомби из фильмов Джорджа Ромеро. Шофёр провёл их через приёмную в кабинет. Там их ждала врач. Она уже знала, что произошло.

— Меня зовут доктор Мэй. А вы, наверное, Лорин и Джеймс.

Джеймс погладил Лорин по плечу, успокаивая её.

— Лорин, ты не хочешь отпустить брата, чтобы мы могли поговорить?

Лорин будто не слышала.

— Она как мёртвая, - сказал Джеймс.

— Она в шоке. Я дам её успокоительное.

Доктор Мэй взяла с подноса шприц и закатала Лорин рукав.

— Подержи её.

Как только игла вонзилась в её тело, Лорин обмякла. Джеймс усадил её на кровать. Доктор Мэй положила её ноги на матрац и накрыла одеялом.

— Спасибо, - сказал Джеймс.

— Ты сказал врачу «Скорой помощи», что у тебя была кровь в моче, - напомнила доктор Мэй.

— Угу.

— Тебя что-то ударило в живот?

— Не что-то, а кто-то, - поправил её Джеймс. – Я подрался. Это плохо?

— Когда тебя ударили, в твоих внутренностях началось кровотечение. Примерно, как из пореза, только внутри. Это пройдёт само собой. Если до завтрашнего вечера не прекратится, приходи сюда.

— А что будет с нами дальше?

— За вами приедет социальный работник. Он свяжется с вашими родственниками.

— У нас нет родственников. Бабушка умерла в прошлом году, а кто мой отец я не знаю…

4. ДЕТДОМ

На следующее утро Джеймс проснулся в незнакомой постели. Простыни пахли дезинфицирующим средством. Он понятия не имел, где он и как здесь очутился. Последнее, что он помнил, была медсестра, которая дала ему снотворного и проводила к машине. Джеймсу тогда казалось, что его голова весит не меньше тонны.

Одежда была на нём, только кроссовки лежали на полу. Он поднял голову с подушки и увидел рядом другую кровать. На ней лежала Лорин. Сестра спала, засунув в рот большой палец. Она не делала так с самого раннего детства. Какие бы сны ни снились девочке, сосание большого пальца было явно плохим признаком.

Джеймс встал. От снотворного перед глазами всё плыло, челюсти одеревенели, болела голова. В комнате было светло. Джеймс приоткрыл дверь и обнаружил небольшую душевую кабинку и туалет. Он с облегчением убедился, что моча приобрела нормальный цвет. Потом Джеймс умылся. Он понимал, что должен горевать из- за смерти мамы, однако внутри него поселилась громадная, всепоглощающая пустота. Всё вокруг казалось каким-то ненастоящим, будто он сидел в кресле и смотрел на самого себя по телику. Джеймс выглянул в окно. По двору гуляли дети. Он вспомнил любимую мамину угрозу — запереть его дома и не выпускать, если он будет плохо себя вести, — и в глазах у него защипало.

Когда Джеймс вышел из комнаты, затрещал звонок. Из кабинета напротив выглянула молодая женщина. Она протянула ему руку. Джеймс пожал ее, слегка озадаченный пурпурными волосами женщины и многочисленными серьгами в её ушах.

— Здравствуй, Джеймс. Меня зовут Рейчел. Добро пожаловать в Небраска-Хаус. Как ты себя чувствуешь?

Джеймс пожал плечами.

— Прими мои соболезнования из-за того, что случилось с твоей мамой.

— Спасибо, мэм.

Рейчел рассмеялась.

— Ты здесь не в школе, Джеймс. Меня наградили целой кучей всяких прозвищ, сколь угодно грубых, но только не мэм.

— Простите...

— Я покажу тебе дом, потом ты позавтракаешь. Хочешь есть?

— Немного, — признался Джеймс

— Послушай, Джеймс, — сказала Рейчел на ходу. — Я знаю, это место — чудовищная дыра, и жизнь тебе кажется ужасной, но поверь — здесь много хороших людей, которые хотят тебе помочь.

— Я верю, — ответил Джеймс.

— Наш шикарный бассейн, — показала Рейчел.

За окном поблескивал на солнце «лягушатник» с дождевой водой, в которой плавали сигаретные окурки.

Джеймс невесело улыбнулся. Рейчел, кажется, была ничего, хотя, скорее всего, подбадривала этими словами каждого поступившего сюда бедолагу.

— Ультрасовременный спортивный комплекс. Вход строго воспрещен, пока не сделана домашняя работа.

Они прошли через комнату с доской для дартса и двумя бильярдными столами. Зеленое сукно было приклеено широкой липкой лентой, в стойке для зонтиков громоздились поломанные кии.

— Жилые комнаты наверху. Мальчики на втором этаже, девочки на третьем. Здесь, внизу, ванные и душевые, — продолжала Рейчел. — Нелегко бывает вас, ребят, загнать в них.

— В моей комнате есть душ, — сказал Джеймс.

— Эта комната для новоприбывших. Ты в ней проведешь только первую ночь.

Они вошли в столовую. Там сидела пара десятков ребят, почти все в школьной форме.

— Здесь лежат ножи и вилки, — принялась объяснять Рейчел, — горячее на прилавке, вот тут каши и фруктовые соки. Если хочешь, можешь сам поджарить себе хлеб.

— Здорово, — отозвался Джеймс.

Однако ему было совсем не здорово. Среди незнакомых, шумных ребят ему стало страшновато.

— Когда поешь, зайди ко мне в кабинет.

— А что с моей сестрой? — спросил Джеймс.

— Как только она проснется, я приведу ее к тебе.

Джеймс взял себе хлопьев и сел отдельно. Остальные ребята не обращали на него внимания. В новичках здесь, видимо, не находили ничего необычного.

* * *

Рейчел разговаривала по телефону. Ее стол был завален бумагами и папками. В пепельнице тлела сигарета. Рейчел положила трубку и затянулась. Заметила, что Джеймс бросил взгляд на табличку «Не курить!».

— Если меня выгонят, у них будет не хватать уже шести человек персонала, — сказала она. — Хочешь сигаретку?

Джеймс был шокирован. Взрослый предлагает ему сигарету?!

— Я не курю.

— И правильно, — согласилась Рейчел. — От курения бывает рак, но мы лучше сами дадим тебе сигарет, чем ты будешь воровать их в магазинах. Подвинь барахло, усаживайся поудобнее.

Джеймс выбрал наименее захламленное кресло, убрал с него вещи и сел.

— Как ты себя чувствуешь, Джеймс?

— Шатает немного после снотворного.

— Это пройдет. Я хочу спросить, как ты себя чувствуешь после того, что произошло с твоей мамой?

Джеймс пожал плечами.

— Плохо, наверное...

— Самое главное — не держать этого в себе. Мы назначим тебе занятия с психологом, но ты в любое

время можешь поговорить с кем угодно из сотрудников. Даже в три часа ночи.

— Отчего она... умерла?

— Насколько я знаю, твоя мама принимала болеутоляющие лекарства из-за язвы на ноге.