Три шага из детства - Ольга Зайцева

У нас в кухне на окне стоял огромный горшок с кринумом. Один раз в год, зимой, из луковицы сбоку от гигантской розетки с листьями появлялся цветонос, на котором потом распускались шесть шикарных бледно-сиреневых цветов. И вся кухня наполнялась чудесным ароматом, чем-то похожим и на ваниль, и на розу. Все восхищались, нюхали цветы, и к нам специально приходили гости – понюхать и посмотреть наш кринум.

Но все остальное время года бабушка ругалась, что этот цветок полностью закрывает окно и лишает кухню света. И однажды она позвонила в Ботанический сад и попросила его забрать.

Когда я вернулась домой из школы, то обнаружила пустой подоконник.

Я расстроенно молчала, а бабушка мне рассказывала, что сотрудники, приехавшие забрать цветок, сказали, что это не кринум, хотя она точно знает, что это он: в нашей старой энциклопедии 1903 года это растение и описано, и нарисовано! Просто эти сотрудники сами ничего не знают.

Так она обиженно бухтела, но думаю, что ей тоже было очень жалко цветок, который еще и обидели напоследок.

Света стало больше, но кухня очень осиротела, и я решила купить в цветочном магазине какое-нибудь небольшое растение. Хотя это подло – менять друзей.

В магазине я долго разглядывала горшки с цветами и остановилась на скромном декоративном растении с четырехгранными побегами и красивым названием: «стапелия пестрая». Унылая продавщица задумчиво сказала, что оно не разрастается вширь и даже цветет, ткнув крашеным ногтем в бутон на конце побега.

Через неделю, убегая в школу, я увидела, что, наверное, уже сегодня бутон раскроется.

Вернувшись из школы, я застала на кухне всю семью и страшный разгром.

Мебель была отставлена от стен, а Лида курила и давала советы взмыленным дяде Гене и маме, которые отодвигали от стены буфет. Бабушка «страховала» буфет от падения, поскольку его двигали вместе со всей посудой.

Мне они очень обрадовались как дополнительной рабочей силе и потребовали включиться в танцы вокруг буфета.

– А что случилось? Вы уронили за буфет бабушкину пенсию? – Мне очень хотелось есть, а тут такое!

– Бабушка утверждает, что за буфетом скончалась мышь! – хмыкнула Лида.

Не дав времени на осмысление информации, бабушка скомандовала:

– Нужно найти эту мышь, а то мы задохнемся! Сашка! Ты еще не принюхалась к смраду! Определи, откуда исходит зловоние!

И все с надеждой уставились на меня.

Я было возмутилась, что мне отвели роль собаки-ищейки, но решила с сумасшедшими не спорить – это опасно для жизни – и стала втягивать носом воздух.

Запах действительно был омерзительный. Мышь, видно, сдохла давно (как говорила наша дачная хозяйка Клава, вылавливая очередную вздутую мышь из колодца: «Мышка спортилась!»), но шел он вовсе не из-под буфета…

Все время принюхиваясь, я двигалась по кухне под напряженные взгляды окружающих и – о ужас! – наконец поняла, откуда исходит этот кошмарный запах… На окне сиял огромный, сантиметров десять в диаметре, великолепный бархатный желто-пурпурно-черный цветок и также «великолепно» вонял! Этот красавец испускал отвратительный запах падали…

Проследив за моим взглядом, все подошли поближе и молча уставились на мое приобретение.

– Ну конечно, это только Сашка могла… – завела мама свою любимую песню.

– Убить мало! Столько времени ухнули, а еще всё по местам расставлять! – злилась Лидочка. – Ее нужно без обеда оставить!

– Семейный розмарин! – заржал дядя Гена.

– Кринум вам не нравился! Сами виноваты! Откуда я знала, что он так воняет! – сказала я, забирая «сокровище» к себе в комнату.

То-то у продавщицы глазки бегали! А как она радовалась, когда я купила этот цветочек!

К вечеру все успокоились, а потом еще долго смеялись над «сдохшей мышью под буфетом».