Большое богатство - Полли Хорват

– Что ты загадал? – спросила она у Руперта, открыв глаза.

– Мне бы хотелось кусочек пирога, – прошептал он, надеясь, что она решит, что это и было его желание. Даже он знал, что о желании нельзя никому рассказывать, иначе оно не сбудется.

– А что пожелали вы? – спросил тётю Хазелнат Джон Рейнольдс, но в эту минуту раздалось громкое жужжание, и пол завибрировал.

– ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ! – закричала тётя Хазелнат.

– Быстро! Становитесь в дверной проём, это самая надёжная часть дома, – велел Джон Рейнольдс, который, конечно же, как агент спецслужб, чего только не знал. А затем он сделал нечто невероятное. Он обежал вокруг стола, легко, будто она ничего не весит, поднял тётю Хазелнат и перенёс в дверной проём.

Это выбило почву из-под ног Руперта, Тургида и тёти Хазелнат не хуже землетрясения.

– Нет! – воскликнул Тургид. – Это не землетрясение! Посмотрите на машину времени! Она вибрирует. Если мы не поторопимся, она отправится без нас.

Мальчики бросились к коробке и залезли внутрь.

– Поставьте тётю Хазелнат, мистер Рейнольдс, – попросил Тургид. – Вы не можете здесь оставаться, или вы застрянете тут. Вы никогда не вернётесь в своё время.

– Я думаю… – Джон Рейнольдс смолк и не сдвинулся с места. Он не отпускал тётю Хазелнат, хотя всем было ясно, что землетрясения нет.

– Да, пожалуйста… – промолвила тётя Хазелнат, глядя ему в глаза. Но что она собиралась сказать, пожалуйста, останьтесь или, пожалуйста, идите, мальчики так и не узнали, потому что коробка затряслась ещё сильнее, а в следующее мгновение они были уже на полу чердака в доме Риверсов.

– Вот теперь он точно застрял, – сказал Тургид. – Ему бы прыгнуть, пока ещё было время. У тёти Хазелнат нет машины времени, чтобы помочь ему вернуться в родное время.

– Не похоже было, чтобы он хотел туда возвращаться, – заметил Руперт. – Как думаешь, тётя Хазелнат хотела, чтобы он остался, или нет?

– Кому какое дело? – удивился Тургид. – Он сглупил, оставшись в нашем времени. Пока я стану президентом, он уже умрёт.

Эта странная мысль их отрезвила.

– И вообще, дерьмовая это машина времени, если хочешь знать, – продолжал Тургид. – Мы сказали: «Нет ничего лучше дома», – а она отправила нас не домой, а в Мендосино.

– Да, я думал об этом, и знаешь, может, это из-за того, что агент повис на коробке. Может, она перенесла его туда, где будет его дом. Может, даже если у них с тётей Хазелнат ничего не срастётся, ему по какой-то причине суждено жить в Мендосино. А может, это вовсе не связано с ним, и машина отправила бы нас туда, даже если бы он не вцепился в коробку, просто чтобы тёте Хазелнат не пришлось праздновать свой день рождения одной.

– А может, чтобы ты получил кусок именинного пирога, пока твой день рождения не прошёл.

– Но мне не досталось пирога, – возразил Руперт.

Тургид принялся шагать взад-вперёд по чердаку.

– Я только надеюсь, что они никому не проговорятся, кто будет президентом. А что если она начнёт рассказывать всем подряд и слух дойдёт до Стилвилля? Я умру, если кто-нибудь узнает.

– Но кто им поверит? – заметил Руперт. – Кстати, не волнуйся, я никому не скажу.

– Наверное, не скажешь, но давай скрепим кровью, – предложил Тургид и стал рыскать по чердаку в поисках ножа. Наконец он его нашёл в старой коробке с рыболовными снастями. – Вот. Сгодится. Дай палец.

– Я не хочу резать свой палец этой штукой, – запротестовал Руперт. – Похоже, он ржавый. Мы получим столбняк.

– Не я. У меня от него прививки. А, ну да, верно, – согласился Тургид и швырнул нож на пол. Он снова начал шарить по коробкам и старым комодным ящикам, пока не нашёл шкатулку для рукоделия. – Вот, тогда иголкой. Уколи большой палец, и я тоже уколю.

Тургид написал ручкой на клочке бумаге, что ни один из них ни слова не скажет о будущем президенте. Затем каждый начертил кровавым пальцем крестик возле своего имени.

– Вот, – провозгласил Тургид, когда всё было готово. – Теперь ты мой брат.

– Правда? – удивился Руперт.

– Ну, по крайней мере, очень хороший друг. Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится, что угодно, можешь обратиться ко мне. С самого Рождества, когда ты принял участие в игре, ты стал одним из нас. Практически членом семьи.

– Ого, – выдохнул Руперт. Он был так тронут, что готов был расплакаться. Он подозревал, что это из-за того, что он давно не ел.

Они сидели и смотрели на судьбоносный документ, который они только что подписали.

– У кого это останется? – спросил Тургид.

– Лучше у тебя, – ответил Руперт. – Мне негде хранить важные вещи.

– Ладно, – согласился Тургид.

– ТУРГИД! – позвала снизу миссис Риверс. – Обедать!

– Умница коробка доставила нас домой к обеду, – обрадовался Тургид.

– Мне нужно переодеться, – спохватился Руперт, который по-прежнему не выпускал из рук пакета с одеждой. Он надел своё, а костюм и новую рубашку сложил в пакет.

– Пошли, – велел Тургид, и они спустились по лестнице. Он проводил Руперта до входной двери.

– Ну, что ж, увидимся, – сказал Тургид.

– Да, завтра увидимся, – отозвался Руперт.

– Ага, в школе, – кивнул Тургид.

Руперт шёл домой. Тургид сказал, что они друзья! У него есть друг! Лучше подарка на день рождения и придумать нельзя. Теперь всё изменится!

Когда он добрался домой, мать как раз вернулась и шла на кухню, чтобы сварить вечернюю овсянку и разобрать кухонные остатки. Как обычно, она едва взглянула на него, от усталости у неё всё плыло перед глазами. Но он все равно улыбнулся и побежал на второй этаж. Ему хотелось показать ей костюм, но он инстинктивно чувствовал, что не нужно этого делать. Она только разозлится, увидев его у него. Где же спрятать костюм? Единственное, что ему принадлежало, помимо одежды, – драное одеяло и подушка, которые всегда лежали под кроватью. Только там он и мог спрятать костюм и быть уверенным, что никто из братьев или сестёр на него не наткнётся. Наволочки на подушке не было, но он спустился вниз за ножом и вспорол подушку. Затем запихнул в неё костюм. Вся семья смотрела телевизор. Он спустился в гостиную и сел с ними. Мать раздавала тарелки с овсянкой. На овсянке Руперта она выложила смайлик из изюма, который специально купила по дороге домой.

– С чего это ему изюм? – поинтересовался один из братьев Руперта.

– Сегодня его день рождения, – буркнула мать. – Так что оставь его в покое. А после ужина у меня для тебя кое-что припасено, Руперт.

– И что он ещё получит? – спросил другой брат.

– Пакет ментоловых пастилок! – провозгласила мать. – Для него одного!

Сюрприз

На следующее утро Руперт проснулся с ощущением, что что-то изменилось. Такое чувство бывает после долгих месяцев зимы, когда просыпаешься под весенние звуки птичьего пересвиста и замечаешь на кустах первые почки. Приближается что-то новое и хорошее. Руперту потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить, что произошло, и понять, что это не сон. Что-то действительно изменилось. Сегодня он увидит в школе Тургида. У него есть друг.