Пендервики на улице Гардем - Джинн Бердселл

Сзади опять послышался шум мотора, но на этот раз машина не проехала мимо, а затормозила прямо перед Розалиндой. Стекло опустилось, и из водительского окошка высунулся Ник с широченной улыбкой. Да, лучше бы она просто напевала, без этих прыг-скользь.

— Садись скорее! — крикнул Ник. — Подвезём тебя до школы.

Розалинда заглянула в окошко. Рядом с Ником, конечно же, сидел Томми. И смотрел прямо перед собой.

— Я пешком, — сказала она.

— Да ладно тебе, садись. Вон какой ливень! Мы только за Трилби заедем — и в школу.

Томми наконец соизволил повернуть голову, но смотрел всё равно не на Розалинду, а мимо, будто у неё прямо за правым плечом происходило что-то страшно интересное. Нахал! Да как он смеет её игнорировать, когда они знают друг друга с пелёнок! Розалинда сердито тряхнула зонтом, окатив Ника градом капель.

— С какой это стати блистательная Трилби решила почтить концерт шестиклассников своим блистательным присутствием?

— Молодец, Рози, вот это я понимаю! — Ник ещё больше расплылся в улыбке. — Отвечаю: бывают и у других сёстры, не у тебя одной. Сегодня в программе — соло на саксофоне в исполнении шестиклассницы Елены Рамирес.

— А-а. — Розалинде хотелось провалиться или испариться.

— Но ты не думай, мы всё равно тебя подвезём, запрыгивай!

— Нет, спасибо.

Проводив глазами машину братьев Гейгеров, Розалинда двинулась дальше. Но теперь она не мурлыкала и тем более не пританцовывала. И дорога до школы казалась ей бесконечно долгой. И она не понимала, что вообще может быть хорошего в прогулках под дождём. Сама я пустое место, сердито думала она. Впереди наконец показалась начальная школа «Лесная». Лишь увидев Анну, которая ждала её на крыльце, Розалинда слегка воспрянула духом.

— Твой папа занял для нас места, — сообщила Анна. — Ваша соседка сегодня обалденно выглядит, вся такая летящая.

— Ианта? Не знаю, не заметила.

Анна присмотрелась к подруге повнимательнее и спросила:

— Что случилось?

— Ненавижу Томми Гейгера. — Розалинда топнула ногой, что не так-то легко было сделать, потому что одновременно она стаскивала с себя мокрый плащ. — Ненавижу, ненавижу!

— А потише нельзя?

Стоявшая рядом девчачья стайка застыла на месте: третьеклассницы как заворожённые следили за развивающейся драмой. Розалинда развернулась к ним спиной и прошептала:

— И плевать мне, с кем он там встречается.

— А мне тем более. Ну идём уже.

Анна потащила Розалинду за собой. В последний раз они были в «Лесной» в день окончания шестого класса. Томми тогда явился на выпускной в разных носках — одном красном, другом синем…

— Ненавижу, — простонала Розалинда, когда они добрались до своего ряда.

— Да верю я тебе, верю, успокойся! — Анна подтолкнула её в нужном направлении, и Розалинда послушно плюхнулась на сиденье рядом с папой. Анне досталось соседнее место, у прохода.

По другую руку от мистера Пендервика сидела Бетти, дальше Ианта с Беном на коленях, а за ней пустовало кресло, оставленное для Джейн. Ианта и правда была сегодня какая-то необыкновенная — необыкновенно красивая. Наверно, из-за рыжего ореола вокруг головы, решила Розалинда. Ей вдруг страшно захотелось, чтобы у неё были такие же рыжие волосы! Или зелёные глаза. Или хоть что-нибудь необыкновенное — не такое, как сейчас. Или чтобы она жила на другой улице. Не на той, где Томми. Или, ещё лучше, чтобы Томми жил на другой улице.

— Рози, ты же вся мокрая! — Мистер Пендервик покачал головой. — Ник с Томми ехали за нами… Мы надеялись, что они тебя подвезут.

— Они предлагали, — сказала Розалинда. — Но я отказалась.

— Гм-м, вы с Томми в ссоре? То-то я заметил, он в последнее время не заглядывает к нам на бутерброды.

— Ну, считай, что в ссоре.

— Розалинда не виновата, мистер Пен, — вмешалась Анна. — Это просто Томми у нас немного сбрендил.

Томми-то сбрендил, конечно, но хорошо бы Анна помолчала, подумала Розалинда. И хорошо бы папа не смотрел на свою старшую дочь таким сочувственным взглядом. Ей совершенно не хочется объяснять ему про Томми и Трилби. Тем более что эта парочка только что вошла в зал и уселась по другую сторону от прохода, не дойдя всего несколько шагов до Пендервиков.

— Мартин, вы же знаете, с двенадцатилетними мальчиками всегда всё так сложно, — сказала Ианта.

Мистер Пендервик обернулся к ней, чтобы что-то ответить, и Розалинда вздохнула свободнее. Спасибо Ианте.

После этого Розалинда села ровно и стала глядеть прямо перед собой на пустую сцену. Она твердо решила, что головы не повернет в сторону сбрендившего Томми Гейгера. Хотя бы до конца вечера, если до конца жизни никак не получится.

Вот почему она заметила мистера Балла лишь тогда, когда он уже подошёл к их ряду и, перегнувшись через них с Анной, дотронулся до плеча мистера Пендервика.

— Мартин, — сказал он, — у нас проблема.

— Что случилось? — Мистер Пендервик немедленно вскочил. — Скай? Джейн?

— Скай. Она начала гримироваться, но упала в обморок.

— Скай? В обморок?! — Розалинда взволнованно вцепилась в Аннину руку.

— Ей уже лучше, — успокоил мистер Балл. — Вот только на сцену она, к сожалению, выйти не сможет… Да, Мартин, ещё она просила вам передать, что это у неё настоящий обморок, а не притворный.

— Бедная моя девочка! Я пойду к ней.

— Вообще-то она хотела… — Мистер Балл отыскал глазами Ианту. — Вы миссис Ааронсон? Скай просит вас, если можно, к ней подойти. Говорит, вы хорошо разбираетесь в обмороках.

— Да-да, иду! Мартин, вы не против?

— Конечно нет, раз она вас ждёт. Мне только неловко, что вам придётся…

— Глупости. — Вставая, Ианта вручила ему Бена. — Я постараюсь через кого-нибудь передать, как у неё дела.

— Спасибо, Ианта. Спасибо вам. Боюсь, что по части обмороков я и правда не силён.

— Мистер Балл, а как же пьеса? — спросила Розалинда. — Кто теперь будет играть Радугу?

— Этот вопрос пока решается… но, кажется, мы уже нашли замену. Ну, пожелайте нам удачи.

_{Глава девятнадцатая}
Всё начистоту

Начиная с той минуты, когда Джейн вошла в туалет и обнаружила свою сестру лежащей на полу, и до того как она заглянула в зеркало и увидела в нём лицо Радуги, всё для неё происходило как в тумане. Запомнились только отдельные моменты: вот мистер Балл спрашивает, точно ли Джейн знает роль наизусть; вот Ианта опускается на колени возле Скай; вот узнавшая о замене Мелисса рвёт и мечет; и главное — всё это время её, Джейн, ни на миг не покидает чувство, что происходит что-то потрясающее. И что это потрясающее наконец происходит с ней.