Украденная память - Кевин Сэндс

Книги на полке. Продавец… книг. Его имя… Том называл это имя! Исаак.

Я вспомнил его! Я вспомнил его! Сердце заколотилось. Исаак! Я вас знаю!

Головокружение не прекращалось. Я сражался с ним изо всех сил. И вспоминал…

Бег. Я бежал… Почему я бежал?..

Я пошатнулся и привалился к столу.

Остановись, – сказал мастер Бенедикт.

Не могу. Не могу! Я не хочу это потерять!

Ты должен остановиться. У тебя мало времени.

Послышались шаги. Я нырнул за диван. Кто-то проскочил мимо двери.

Воспоминания. Мне не хотелось их терять. Помнить было так приятно… но больно. Больно? Боль разрывала палец. Я лежал за диваном, едва дыша, и когда мир перестал вращаться – глянул на свою руку. Я укололся пронзающей иглой.

Морщась, я вытащил её. Рука была в крови. Я пососал кончик пальца, пульсирующий от боли в такт с моим бешено бьющимся сердцем.

Определённо, игла была острой. Она до крови уколола Салли, а теперь и меня. И всё же Сибил уверяла, что Дарси смошенничал. «Он вонзил эту иглу в бедро Элисон, – сказала Сибил. – Но она не почувствовала боли. И когда Дарси вытащил иглу, кровь не потекла».

После такого укола кровь не могла не потечь.

Что, если Сибил ошибалась? В конце концов, возможно, её дочь действительно была ведьмой? А если нет, то сэр Эдмунд всех обманул. Но как он это сделал с такой острой иглой? Единственный вариант, который приходил мне в голову: не втыкать её вообще.

Теперь я вспомнил слова сэра Эдмунда: «…я проводил все проверки самостоятельно, чтобы никто не обманул меня, всего лишь ловкость рук». Ловкость рук? Что, если это и была ловкость рук? Если повернуть цилиндрик боком и просто провести иглой по коже, судьи могут не заметить обман… но предполагаемая ведьма неизбежно заметит. Он поймёт, что охотник не уколол её. Повернётся боком к судьям, чтобы показать это, и потребует повторить испытание.

Допустим, судьи не поверили одной девушке. Но всем одиннадцати, которых Дарси объявил ведьмами? Невозможно! Тут должно быть что-то ещё.

Я снова заглянул в ящик стола. Под мешочком с костью святого Бенедикта лежала пачка бумаг. Взглянув на них, я быстро понял, что это. Расписки.

Согласно им, Дарси получил деньги от людей из Эссекса. Большинство плательщиков были пэрами: бароны, графы, маркизы, даже герцог. И суммы отнюдь не маленькие – десятки фунтов. Иногда – сотни.

Я лихорадочно соображал. Сибил уверяла, что Эдмунд брал деньги, чтобы подтвердить невиновность обвиняемой. А если женщина не могла заплатить, она оказывалась виноватой.

Неужто сэр Эдмунд был настолько глуп, чтобы хранить доказательства своих преступлений? Я пробежал глазами бумаги и понял, что глуп он не был. Во всех бумагах говорилось об отвлечённых вещах. Например, об услуге, оказанной городу Челмсфорд, или о вознаграждении за борьбу со злом. Тут не было никаких доказательств.

Если сэр Эдмунд мошенник, он, должно быть, получает удовольствие, просматривая эти бумаги. Они подтверждали только его хитроумие.

Я сунул расписки обратно в ящик. Моё время истекало, а я так ничего и не нашёл.

Забудь обо всём этом, – сказал мастер Бенедикт. – Дело в игле.

Он был прав. Если Дарси мошенник, ключ ко всему – игла. Я снова принялся разглядывать цилиндрик, поднеся его так близко к лампе, что ощутил жар на щеке. Я уже пропустил гравировку. Может, пропустил и что-то ещё? Но что?..

Отполированное серебро казалось нетронутым… или нет, подождите. Цилиндр был поцарапан. Возле торца, между плечами одного из крестов, я вдруг заметил небольшие углубления. Изогнутые бороздки тянулись от вертикальной палки креста к горизонтальной. Это походило на случайные царапины, но больше нигде на цилиндре я не видел ничего подобного. Так с какой стати они появились здесь? И почему изогнуты?

Я прижал ноготь большого пальца к ножке креста и нажал, толкнув её в сторону бороздок.

Получилось! Внутри что-то тихо щёлкнуло. Я посмотрел на иглу. Затем приставил её к ладони и нажал. Игла скользнула в цилиндр – в цилиндр, не в мою руку. Я отпустил. Игла выскочила.

Вот тебе и проверка!

Сердце бешено застучало. Я оттянул воротник рубашки, обнажив верхние рёбра. Приставил иглу к груди – как будто я обвиняемая ведьма на суде. Затем, наскоро помолившись, я вдавил иглу. Ощущение было странным. Я ощутил лёгкий укол; верхняя часть цилиндра вжалась в тело. Казалось, что игла действительно вошла в меня, но боли не было – только лёгкий дискомфорт. И когда я отнял иглу, крови тоже не было. Остался лишь небольшой круглый след там, где цилиндр надавил на кожу.

Дрожащими пальцами я вернул крест в исходное положение. Проверил иглу. Она не двигалась.

Вот оно! Вот как он это делал. Крест на торце и был уловкой. Поворачивая его, Дарси фиксировал иглу или высвобождал её. Здесь не было ничего святого – только чистое зло. Сэр Эдмунд – фальшивый охотник на ведьм – одним движением пальца решал, виновна ли девушка или нет. И что бы он ни сказал, даже сами обвиняемые не узнают, что их обманули.

Сибил оказалась права: Эдмунд Дарси был всего лишь мошенником.