Тайна подземного хранилища - Жаклин Уэст

Вэн ахнул.

– Где ты её взяла?

В предрассветных сумерках рассмотреть губы Гальки было непросто.

– Донашиваю… случай…

– Что?

– Она сказала: «Я всегда ношу её с собой, просто на всякий случай», – подсказал Барнавельт.

Галька схватила Вэна за руки и подняла с клумбы.

Вэна повело в сторону. Колени были будто ватные, а тело переполняло облегчение и радость, и он бы не удивился, если бы обратился облаком мыльных пузырей.

Галька посмотрела по сторонам, изучая почти безлюдную улицу, затем, так и не отпустив его руки, она бросилась бежать.

– Куда мы теперь? – спросил Вэн.

Барнавельт взобрался по его пижаме и устроился у Вэна на плече.

Если Галька что-то и ответила, Вэн этого не услышал и не увидел.

– Чую донаты, – мечтательно сказал Барнавельт. – Ты чуешь донаты?

Вообще-то вокруг действительно пахло донатами. Секундой позже Вэн узнал причину.

На крыльце здания справа лежали дюжины донатов. На глазах Вэна ещё больше донатов покрыли ступеньки. Похоже, они падали прямо с неба, будто глазированные и посыпанные разноцветной присыпкой градины.

– Что… – начал Вэн, но договаривать вопрос не пришлось: ответ и так был очевиден.

Ну конечно же. Желаниеды. Сколько хранящихся в Коллекции желаний они съели и исполнили? Сколько магии они сотворили? Как много их вырвалось на свободу?

Очередной донат отскочил от перил, а тем временем мимо них проскакал табун молочно-белых лошадей. Вэн проводил взглядом их развевающиеся гривы и хвосты, пока они не скрылись между рядами спящих зданий.

Галька обернулась и бросила на него красноречивый взгляд.

– Она говорит: «Видишь?», – пропищала ему в ухо белка. – «Люди загадывают всякие глупости».

Галька явно знала, куда бежит. Потянулись более тихие и зелёные районы, и наконец они оказались на хорошо знакомой улице.

В голове Вэна столкнулось и смешалось сразу несколько неожиданных мыслей.

Галька загадала желание. Она всегда делала вид, что категорически против этого, но, возможно, речь шла лишь о «глупых желаниях», а не о вопросах жизни и смерти. Или она считала себя выше рисков, что несло с собой исполнение желаний.

«Или, – подумал Вэн, когда она свернула к высокому белому дому мистера Фэлборга, – здесь дело в чём-то ещё».

Но Галька проигнорировала голубую входную дверь и вытащила Вэна через подстриженные кусты на узкую дорожку между высокими кустарниками. За их макушками были видны окна, смотрящие на них, будто чёрные пустые глаза. Они уткнулись в кадку с виноградной лозой. Галька свернула в проход в живой изгороди, открыла железную калитку и зашла в просторный, утопленный в землю и полностью закрытый от посторонних глаз задний дворик.

Он был такой же богатый и красивый, как и весь дом мистера Фэлборга. Вдоль кирпичных стен были посажены цветущие кусты. Лунный свет заливал стоящие на пьедесталах статуи. Ночной ветерок качал ветки приземистых деревьев, тяжёлых от плодов или благоухающих цветами. В центре возвышался большой каменный фонтан. Струйки воды переливались из одной чаши в другую и падали в пруд, заросший кувшинками. Вэн заметил в глубине рассекающие воду светлые, персикового цвета плавники.

А на скамеечке рядом с фонтаном сидел мистер Фэлборг. Казалось, его белый костюм светится в темноте.

Похоже, он совсем не удивился, когда к нему во дворик забежали девочка в слишком большом для неё пальто, мальчик в пижаме и серебристая белка с совершенно круглыми глазами.

Более того, он выглядел довольным.

Или даже, возможно, обрадованным.

Мистер Фэлборг поднялся.

– А, – прочёл по его губам Вэн, – вот и вы.

Но из-за темноты, ветра, журчания фонтана и собственного тяжёлого дыхания он больше ничего не смог разобрать.

Галька наконец-то отпустила его руку и что-то быстро заговорила, направившись к мистеру Фэлборгу. Вэн слышал лишь капанье воды. Он повернулся на плеск.

И лишь тогда заметил его.

В тени деревьев за фонтаном пряталось что-то дымчато-серебристое и очень, очень большое. Вэн разглядел два круглых глаза. Пушистые уши. И острые, в фут длиной зубы.

Ветки клёна покачнулись. Вэн поднял глаза.

На дереве сидело нечто с кожистыми крыльями и длинным, похожим на кнут хвостом. Существо было почти одного размера с клёном.

Вэн посмотрел по углам. Ещё больше звериных морд. Ещё больше дымчатых когтей. Ещё больше зубов. Ещё больше больших мутных глаз – и все они жадно смотрели на брызжущий фонтан.

У Вэна пересохло во рту.

Он перевёл взгляд на Гальку и мистера Фэлборга. Было непонятно, спорили они или просто разговаривали, но он знал, что они обсуждали его. Мистер Фэлборг махнул в сторону Вэна и посмотрел на него, видимо, в ожидании ответа.

– Что он сказал? – шёпотом спросил Вэн белку на своём плече.

– Он сказал: «Разве нет?» – тихо ответил Барнавельт.

– Что «нет»?

Барнавельт моргнул.

– Что «нет», что?

Вэну показалось, что Галька сказала:

– …нас не слышит.

Брови мистера Фэлборга взлетели. Он сунул руку в карман жилетки и достал целую горсть монет.

Желаниеды подкрались ближе. Вэн чувствовал разлившийся по воздуху голод, острый и саднящий.

Мистер Фэлборг что-то сказал Гальке и опять указал на Вэна. Галька бросила на него панический взгляд.

– Что он сейчас сказал? – спросил Вэн белку.

– Он сказал: «Достойное желание», – ответил Барнавельт. – «Почему бы нам не избавиться от этой проблемы раз и навсегда?»

Мистер Фэлборг взял из горсти серебряную монету.

Не слышит. Эту проблему. Раз и навсегда.

В голове Вэна медленно разлилось понимание.

Он вспомнил тот ужасный, невыносимый поток звуков, что мучил его уши всю ночь, и сколько раз он мечтал от него спрятаться, но это было невозможно.