Джо Варвар и Чвокая Шмарь - Пол Стюарт

Тут помощник садовника не выдержал и, надев на голову ведро, стремительно бросился мимо него к клумбам.

— Мои цветы! — кричал он. — Осторожнее с цветами!

Вешалки, атаковавшие барона, тут же оставили его и устремились за новой дичью.

— Убирайтесь! — кричал помощник садовника, накрыв голову и плечи ведром, по которому вешалки стучали своими крючками, точно молотками. — Не смейте ходить по траве!

Джо видел, что озверевшие вешалки бросаются на любого, кто не успел укрыться в доме, — на садовников, лакеев и слуг, на поваров и кухонных работников. Казалось, ничто не может остановить это кошмарное нашествие.

— Горе мне! — восклицал в отчаянии Рогатый Барон. — Неужели все мы приговорены? Да, конечно! И некому, увы, прийти нам на помощь в час жестокой нужды… Но неужели никто, никто не поможет нам?!

— Если ты поклянешься, что цена помощи будет справедливой, то тебе, возможно, и помогут, — вдруг услышал он голос у себя над головой.

Посмотрев вверх, Рогатый Барон утратил дар речи. Их атаковали не только летающие гардеробы и злобные вешалки! Теперь еще и дракон вернулся! И барон, застыв на месте от ужаса, глаз не мог отвести от гигантского ящера с широченными кожистыми крыльями, шипастым хвостом и страшноватым гребнем на огромной башке. Мало того, ему показалось — он даже глаза протер, не веря им! — что на спине у дракона сидят пассажиры!

— Рэндальф! — крикнул он, обращаясь к тому, чей голос только что слышал; волшебник сидел, плотно обхватив хвост дракона. — Неужели это ты?

— Безусловно! — отвечал Рэндальф. — Наемный волшебник, всегда готовый тебе служить. Ну, что скажешь насчет моих условий?

— Сам назначай любую цену, какую угодно! — взвыл Рогатый Барон. — Только сделай что-нибудь побыстрей!

— Сто больших золотых монет, — твердо заявил Рэндальф.

Рогатый Барон присвистнул и выпалил:

— Пятьдесят!

— Девяносто! — крикнул Рэндальф.

— Семьдесят пять, и это мое последнее слово!

— Уолтер! — услышали они пронзительный вопль Ингрид; звучал ее голос, надо сказать, далеко не радостно.

— Ладно, восемьдесят, — сказал Рэндальф.

— Хорошо, восемьдесят, — согласился Рогатый Барон. — И ни одного золотого сверху! ОСТОРОЖНЕЙ! — вдруг завопил он: гардероб, явно нацеленный на драку и появившийся словно бы ниоткуда, хлопая дверцами и позванивая многочисленными вешалками ринулся на дракона.

— Шкаф по правому борту! — пронзительно крикнула Вероника.

Марго кивнула, вильнула хвостом и присела, укрывшись за высокой надвратной башней.

Гардероб, естественно, не рассчитал. Он врезался прямо в могучие, окованные железом ворота и с грохотом разлетелся на тысячу кусков. Вылетевшая из него стая вешалок сперва растерянно покружила в воздухе, но затем в боевом порядке ринулась на дракона.

Марго улыбнулась и послала им навстречу мощный язык пламени, мгновенно их испепеливший.

Внизу, во дворе замка Рогатый Барон даже в ладоши захлопал, крича „Браво!“.

— А теперь спускайся сюда и разберись с — остальными, — обратился он к Марго.

— Восемьдесят больших золотых монет! — напомнил ему Рэндальф.

— Да, да, — нетерпеливо ответил барон, приседая к самой земле, чтобы избежать столкновения с очередным гардеробом, пронесшимся над двором неведомо куда. — Только избавьте меня от проклятой летающей мебели!

Рэндальф кивнул.

— Хорошо. Перелети вон через ту стену, Марго, — сказал он. — Если и тебя, Норберт, это устраивает, разумеется, — учтиво прибавил он, кое-что вспомнив.

— О, меня это совершенно устраивает, господин мой! — воскликнул Норберт. — Прекрасная идея!

— Благодарю тебя, — скорбно поклонился ему Рэндальф. — Я бы… А-а-а! — вдруг завопил он, ибо Марго, изящно вильнув хвостом, на котором волшебник и без того удерживался с трудом, коршуном упала во двор замка, сбивая на лету гардеробы и стаи вешалок, и аккуратно приземлилась у основания высокой стены.

Она повернулась лицом к нападающим и угрожающе зарычала.

Джо мгновенно соскочил на землю и выхватил свой меч; Генри спрыгнул за ним, виляя хвостом и яростно лая. Норберт встал с ними рядом, подхватив в качестве дубинки увесистый кусок сломанного шеста, на котором некогда крепился шатер. Затем к ним присоединился и Рэндальф с Вероникой на плече, воздев к небесам руки и бормоча какие-то заклятия.

— Да грянет бой! — громогласно объявил он и повернулся к своим спутникам: — Ты, Норберт, лучше иди первым. Вот так, не бойся, все будет хорошо!

Норберт смело шагнул навстречу весьма злобного вида гардеробу с плохо подогнанными дверными ручками. Один удар людоедской дубинки — и гардероб рухнул на землю.

— Какая жалкая работа! — сказал Рэндальф, подбирая с земли крепежный болт и внимательно его рассматривая.

Марго, снова взлетев, зависла над Норбертом, осеняя его своими крылами, а он, размахивая дубиной, бросился на помощь тем двоим гоблинам, что попали в ловушку, спрятавшись под поилкой для птиц. По дороге ему удалось отбить еще несколько атак весьма агрессивной стаи вешалок.

Выбравшись из-под поилки, слуги принялись грозить кулаками временно отступившим шкафам и буфетам.

— И не вздумайте сюда возвращаться, не то от вас и щепок не останется! — крикнул самый маленький из гоблинов и презрительно сплюнул.

И тут раздался тревожный пронзительный крик Вероники:

— Берегитесь! Приближаются новые вражеские отряды! Они настроены крайне враждебно! Ой, да там не только гардеробы!..

— Помогите! — И слуги барона тут же поспешно вернулись под корытце с водой.

— Трусы! — крикнул им Рэндальф из-за спины Норберта.

А Норберт ринулся навстречу приближавшейся мебели — двум грубо сколоченным тяжеленным буфетам и огромному кухонному шкафу с плохо прикрепленными полками.

— Норберт! — крикнул Рэндальф. — Вернись!

— С флангов приближаются еще три гардероба и комод! — громко предупредила Вероника.

Рэндальф бросился за Норбертом. Джо бежал с ним рядом, размахивая мечом и двумя плененными вешалками.

— А об остальных позаботится Марго, — сказал Рэндальф на бегу. Дракониха в этот хмомент как раз делала петлю у них над головой в погоне за целым батальоном книжных шкафов. — Норберт! Норберт! Вернись немедленно! — взывал волшебник. — Что же ты меня бросил? Пожалуйста, Норберт, вернись!..

И тут они услышали голос Марго:

— А теперь получите-ка, дрова-переростки!

Она со свистом рассекла хвостом воздух и нанесла сокрушительный удар по одному из пузатых комодов, украшенному грубоватой резьбой: фигурками игрушечных медведей. Комод раскололся, и оттуда посыпались яркие детские одеяла с тем же рисунком. Одеяла, хлопая краями, как крыльями, смело атаковали дракониху.