Двенадцать - Синди Лин

– Я сделала это, защищая Святилище, – сказала Тигрица.

Синего Дракона передёрнуло.

– Благодаря Мастеру Доузену, я выжил. – Он обвёл рукой пространство вокруг храма. – Теперь со мной власть и сила.

Старая Воительница, не дрогнув, смотрела на бывшего ученика.

– Друк, я думаю, ты не забыл всё, чему я тебя учила. Сломанное можно восстановить. Никогда не поздно покаяться, сын мой.

– Я тебе не сын, – прошипел он, сжав руки в кулаки. Глаза у него блуждали, ноздри раздувались, как у бешеного коня.

– Ученик остаётся нашим ребёнком до конца жизни, – мягко сказала Хоранги. – Ты был моим лучшим учеником – и я надеялась на тебя как на сына.

Лорд Друк фыркнул.

– Жалкие это были надежды. А ты – слепая старуха. Всегда была слепой. – Он оскалился, обнажив острые клыки. – Видишь только прошлое. Живёшь прежними понятиями, отвергая всё новое. А тот, кто не смотрит вперёд, обречён остаться позади. – Взгляд его на минуту задержался на Усаги. – Старуха околдовала тебя? Очень жаль. У Мидаги впереди великое будущее – она уже выросла из маленького острова. Будь с нами. Иначе твои Дары обратятся в ничто.

Усаги покачала головой.

– Это неправда, – тихо произнесла она. Но мысли её кружились вокруг сказанного им сейчас, как речной бурун вокруг порога. Он говорил о будущем с такой уверенностью. Но что плохого в том, чтобы чтить прошлое? Помнить и хранить.

Синий Дракон хлопнул Тупу по плечу, так что пластины его панциря затрещали. Наследник Барана застыл на месте и смотрел прямо перед собой.

– Ничего, – улыбнулся Друк. – И те, что заблуждались дольше её, выходили к свету. – Он кивнул в сторону Усаги. – У каждого есть выбор.

Повернувшись к Тигрице, Друк потянул её за руку к передней части помоста. Та крепко сжала свой посох – руки у неё дрожали, зелёные глаза словно подёрнулись туманом. Рядом с Синим Драконом она казалась совсем маленькой и сморщенной.

– Посмотрите на Хоранги, Ведьму Нефритовой Горы! – обратился он к ученикам. Синий цвет его кожи сделался глубже и почти слился с этими сумерками. Такое небо, вспомнила Усаги, было, когда они праздновали её седьмой день рождения.

Тогда отец и подарил ей её деревянного кролика. Он взял вырезанную им самим деревянную фигурку, и кролик ожил и запрыгал у него на ладони. Потом мама сделала для него кожаный ремешок.

– Пусть будет всегда с тобой, как и твой проснувшийся Дар. И пусть духи Двенадцати охраняют тебя от зла. – Усаги запомнила, как улыбался отец, когда мама повесила застывшего в прыжке деревянного кролика ей на шею.

Ликующий гул поднялся над рядами воспитанников. Руки, сжатые в кулаки, в едином порыве взметнулись вверх. Да, все они верили в Короля-дракона и готовы были во всём следовать ему.

А она не могла. И не будет. После того, что случилось с её родителями, с Златоклыком, с Двенадцатью. После того как она побывала на Нефритовой Горе и жила в Святилище, чья история уходит далеко в глубь веков. И Дары её не обратились там в ничто, как хотел убедить её Синий Дракон. Совсем наоборот.

Она ещё раз оглядела двор, ища пути к спасению для себя и Хоранги. Монахи молились в Храме весенним богам. Около дюжины Ловчих стояли по всему периметру двора в доспехах и шлемах. Усаги была одета, как все ученики, но у них были при себе мечи, а у неё нет. Она заметила прямую деревянную палку внизу у помоста. Может быть, это была её палка от метлы? Если бы руки и ноги у неё не были скованы, она бы достала её одним прыжком. Она скосила глаза и попыталась разорвать свои оковы, но безуспешно. Волосатый Нос ткнул ей в бок самострелом.

– Ты это брось! – прорычал он.

Тупа в это время обыскивал карманы Хоранги. Вытащив маленький шёлковый мешочек, принесённый им же на Нефритовую Гору, он расплылся в торжествующей улыбке.

– Милорд, извольте посмотреть на восстановленное Ожерелье Земли и Моря. – Он вытряхнул содержимое мешочка себе в ладонь – и нахмурился: на шёлковом шнурке болтались только две подвески. – Где третья, признавайся? – гаркнул он.

– Она не у неё, – быстро сказала Усаги. И повторила громче: – Не у неё. – «Может быть, Тигрица смогла её спрятать? Может, придумала, как сделать так, чтобы она не попала в руки Синего Дракона?» – быстро пронеслось у неё в голове. – Я нашла её на тропинке возле храма.

Тупа снова спрыгнул с помоста и, злобно глянув на Усаги, протянул к ней руку.

– Надеюсь, ты уже поняла, что прятать что-нибудь от меня бесполезно.

Она покачала головой.

– Потом я выбросила её там под деревьями. Если вы освободите меня, я её найду.

– Думаешь, меня можно так провести? – ухмыльнулся Тупа. – Придётся сделать тебе ещё один зажим – и обыскать. – Усаги съёжилась, но тут раздался суровый голос Тигрицы:

– Остановись, Наследник Барана. Сокровище Земли не у неё. Вот оно. – Она подняла руку, и тёмно-зелёная бусина сверкнула в её узловатых пальцах. – Оставь Усаги в покое.

Тупа покосился на Усаги.

– Ложь во спасение? Мне кажется, она неисправима, мой господин. При всех своих выдающихся способностях.

Король-дракон небрежно махнул рукой.

– Мы найдём ей применение, – произнёс он, не спуская глаз с нефритовой подвески в руке Хоранги. – На худой конец пригодится Мастеру Доузену для его опытов. – Он наклонился над Хоранги, и взгляд его смягчился, а голос прозвучал почти вкрадчиво: – Я знал, что вы его восстановите, Наставница. Вы ведь хотели его восстановить, не так ли? Я послал Сокровище на Нефритовую Гору, потому что только вы могли восстановить Ожерелье Земли и Моря. Изумительная работа. Отдайте мне бусину – так будет лучше для всех. – Он снова осклабился.

– Не отдавайте! – крикнула Усаги.

Хоранги спокойно поднесла бусину к своим морщинистым губам и, положив её в рот, крепко стиснула зубы.

– Даже и не думай проглотить её. Потому что, если мне придётся вспороть тебе живот, я это сделаю, – предупредил Синий Дракон. – Зря стараешься. Сокровища всё равно будут у нас. – Он прищурился и сделал шаг к Хоранги, сжимая рукоять своего меча.

В это время с разных концов двора раздались шум и крики. Двое Ловчих бежали, поднимая вокруг облака жёлтой пыли. Тараканы хватались за лица и, не успев опомниться, падали на землю. Среди воспитанников началось смятение. Третий Ловчий обернулся и пустил в их сторону петарду. Ряды их дрогнули и стали рассыпаться.

– Что всё это значит! – взревел Синий Дракон.

Тупа вздрогнул. Трое сбесившихся Ловчих мчались к помосту. Лицо его исказилось уродливой гримасой.

– Это Наследники.

От радости на глазах у Усаги выступили слёзы. Она попробовала позвать, но Волосатый Нос тут же зажал ей рот рукой. Значит, им удалось переодеться в доспехи Ловчих и, застав остальных врасплох, обезвредить их с помощью сонного порошка. Теперь из всей дюжины на ногах оставался только один.