Воронка времени - Адриан Фараван

– Конечно! Что угодно! Клянусь! Вы сразу мне показались не такими простыми, как кажетесь. Поверьте мне, может, я вам и показался болтуном каким-то, но на самом деле я умею хранить секреты. Я являюсь членом нескольких тайных обществ, но никто никогда не узнает от меня о них!

Все мои записи зашифрованы, и шифр у меня навечно заперт в голове!

– Мы бы Вас попросили не доверять даже записям то, чему вы будете свидетелем. Ваш секрет написания через зеркало, увы, известен многим, – сказал Женя.

– Вы и это знаете?.. Ну, впрочем, о чём это я. Главное сейчас – это он. Вы можете его спасти?

– Мы не знаем точно, но мы можем попробовать.

– В таком случае, я клянусь. Клянусь всеми святыми, своей покойной матерью, своей жизнью, что никогда никому не сообщу о вашем секрете, – торжественно произнёс Леонардо, приложив правую ладонь к сердцу.

– Хорошо. И ещё одно – постарайтесь не сойти с ума оттого, что узнаете. Вы можете задавать вопросы, но я не уверен, что мы сможем на все из них ответить. Есть вещи, которые, может быть, Вам и не следует знать. Договорились? – переспросил Кеша.

– Да! Тысячу раз, да!

– Ну что ж, в таком случае приготовьтесь. Ждите нас здесь. Мы скоро будем, – сказал Кеша и отошёл к ребятам.

Они как можно быстрее вернулись на корабль. Буруль тут же устремился к пульту управления, и через секунду корабль медленно поднялся над рощей и бесшумно поплыл в сторону аварии.

Рыжая белка, всё это время сидевшая на ветке возле своего дупла, была страшно недовольна. Эти чудища на двух ногах заняли её любимую полянку, с которой она собиралась собрать созревшие жёлуди. Они целый день копошились здесь, не давая заняться делом. Наконец, вроде всё утихло, только двое чудищ осталось на поляне, и те будто заснули. Она только было собралась спуститься на землю, как вечернее небо осветилось, и из-за верхушек деревьев на небе появилась огромная луна. Она была странного зеленоватого цвета, чудовищно большая, и по краям её бегали огоньки. Белка в ужасе нырнула в дупло. Но любопытство всё же пересилило, и она краешком глаза стала следить за происходящим. Из луны вырвался яркий луч света, он охватил этих двоих чудищ на земле и вдруг… они исчезли! Белка аж не поверила своим глазам. Только были здесь и… нету! А тут и громадная луна вдруг куда-то испарилась, и на поляне воцарился долгожданный покой. Подождав, на всякий случай, ещё немного, белка спустилась вниз и стала бегать по полянке, собирая свой урожай. Ведь ещё столько надо собрать, а уже ночь подбирается…

Леонардо не сразу осознал, где он находится. Последнее, что он помнил – это огромный диск на небе и слепящий свет, такой яркий, что поневоле глаза закрываются… А теперь… теперь он находился в каком-то странном круглом помещении. Всюду по периметру были какие-то панели из странного полированного материала, который был приятным на ощупь, но это не было деревом или металлом. Дети преобразились, их знакомые одежды куда-то исчезли, и все они были теперь облачены в зелёные, туго облегающие тела костюмы. Но более всего поражал вид одного существа, которого он никогда прежде не видел – круглая голова его была снабжена хоботком на макушке, огромные круглые фиолетовые глаза были широко посажены, а в центре вместо носа было что-то вроде дырочки или щёлки, но более всего поражало отсутствие рта. Всё это намётанный глаз художника успел зацепить в считанные доли мгновения. На учёного никто не обращал внимания – все были сосредоточены на лежащем на плоской поверхности Томазо Мазини. Его тело было окутано какой-то голубоватой дымкой. Круглоголовый вытянул руку и нажал на что-то. В этот момент Леонардо заметил, что у этого существа на руке было восемь пальцев!

– А-а-а! – непроизвольно вскрикнул учёный, и ребята обернулись к нему.

– А, маэстро! Как Вы себя чувствуете? Пришли в себя? – спросил молодой человек, напоминавший собой юношу по имени Женя.

– Кто вы? Где я? Это рай? Или чистилище?

– Прежде всего, пожалуйста, успокойтесь. Мы Вам сейчас всё объясним. Располагайтесь поудобнее, – вмешался в разговор Кеша.

– А что с Зороастро?

– Его дела хуже, чем мы предполагали. Сейчас максимум, что мы можем сделать – это остановить его время, – пояснила Оля.

– Вы хотите убить его? Вы же обещали!

– Нет-нет, Вы не поняли. Мы всего лишь затормозим его время жизни, чтобы успеть найти лечение. Это понятно? – добавила Даша.

– А, вы хотите усыпить его?

– Что-то в этом роде.

– Нет, это не рай. И не чистилище… Ведь в таком случае душа Томазо была бы свободна, и я бы видел её, а не его безжизненное тело.

– Рад, что к Вам возвращается логика. Вы действительно не в раю. И не в чистилище. Вы по-прежнему на Земле. И Вы живы, не беспокойтесь по этому поводу, – успокоил художника Кеша.

А Умка протянула ему свою ладошку:

– Видите, мы тоже живые и тёплые.

– Значит, вы не ангелы небесные.

– Нет, мы всего лишь дети. Правда, из далекой страны.

– И из другого времени, – тихо добавил Женя.

– Что? Что вы сказали? – не расслышал художник.

– Из другого времени. Мы из будущего, – громко и резко сказал Равиль.

– Из… из… будущего… Недаром вы мне сразу показались не такими, как все… Из будущего… – пробормотал Леонардо, переваривая полученную информацию.

– С вашего времени прошло больше пятисот лет, – добавила Умка.

– Мой бог! Люди из будущего! Спасибо тебе, Господи, за то, что исполнил мою мечту. Жаль, что при таких трагических обстоятельствах, но ведь воистину говорят – пути Господни неисповедимы. Я всегда мечтал узнать о будущем. Все мои проекты, все мои картины, вся моя жизнь, честно говоря, посвящены будущему. Ведь меня здесь, в наше сумрачное время, мало кто понимает. Но как? Значит, путешествия во времени возможны?

– Нам представилась такая возможность, – осторожно ответил Кеша.

– Будущее… – мечтательно произнёс Леонардо, а потом вдруг перешёл на шёпот, показывая глазами на Бурульку. – А что, в будущем и такие люди будут встречаться?

– В наше время нет, – ответила Оля. – Это наш гость, житель другой планеты.

– Марсианин? – так же тихо спросил учёный.

– Нет, гораздо дальше. Из другой галактики.

– Здравствуйте, извините меня за прежний маскарад, я не хотел привлекать к себе внимания. Меня зовут Буруль.

– Очень приятно, Леонардо. Хотя мы с вами уже знакомы, не так ли?

– О да! Вы видели меня таким – произнёс Бурулька и нажал на воротник своего одеяния.

Тут же он вернулся в прежний, знакомый художнику вид – простые холщовые штаны, привязанные к белой рубахе, с безрукавкой поверх неё.

– Теперь я вас узнаю. Это чудо какое-то. Так вы с другой… га-лак-ти-ки?