Дети шпионов 2008 - Валерий Гусев

Ответить было нечего, а Лешка добавил:

– Ты, Дим, наблюдательный. Только несообразительный. Ты все видишь, но выводов не делаешь.

– А ты делаешь? – обиделся я. – Шерлок Холмс!

Лешка не обиделся.

– Я не делаю, Дим. Оно как-то само делается. Все как-то само в голове укладывается.

– И окурки? – усмехнулся я.

– И окурки, – Алешка кивнул. – Но это элементарно, Ватсон.

– Вороны натаскали? – сделал я попытку немного побыть умным.

– Вороны не курят. Это люди, от них всегда мусора много. Выходит, Дим, человек из метро, закуривает. Идет и курит. Докурил – и бросил окурок. Ходят все примерно одинаково и курят тоже. Вот и получается, что они все почти в одно место окурки бросают.

– Надо здесь урну поставить, – предложил я.

– Бесполезно. Все равно в урну бросать не будут.

Наверное, он прав. У некоторых людей это болезнь такая. Папа нам рассказывал: когда он был еще совсем молодым и служил участковым, задержал он одного очень приличного хулигана. Я его фамилию до сих пор помню – очень она для хулигана неподходящая: Смирнов.

А что он натворил? Вышел из магазина летним солнечным днем и опрокинул другому гражданину урну на голову. Тот сначала обалдел – стоит, весь в мусоре, глазами хлопает, а потом заорал: «Милиция!»

Папа их доставил в отделение. И выяснилось: этот гражданин, проходя мимо урны, бросил прямо на асфальт недоеденное мороженое в раскисшей бумажке. Оно шлепнулось, шмякнулось, расплылось на горячем от солнца асфальте. А этот Смирнов не выдержал и отомстил гражданину. И сказал: «Теперь он никогда не бросит мимо урны даже горелую спичку».

Этого Смирного чуть не посадили за злостное хулиганство. Зато гражданин…

– И он – что? – спросил Алешка. – Исправился?

Папа усмехнулся.

– Он еще хуже стал. Он после этого случая ни одну урну не пропускал, чтобы ее не опрокинуть.

– Из вредности? – спросил я.

– Из предосторожности, – уверенно сказал Алешка. – Он следил, чтобы урны были пустые: а вдруг ему опять ее на голову наденут?

Умеет Алешка выводы делать.

Поэтому, когда он назвал квартиру Вики шпионским гнездом, я сразу же ему поверил.

– А как ты догадался? – спросил я.

И Алешка показал мне свою нарисованную схему. Пришлось сделать вид, что я ее в глаза не видел.

– А это что? – спросил я, для убедительности хлопая глазами.

Вместо ответа Алешка пошел в папин кабинет и принес оттуда книгу. Она называлась «Неотвратимое возмездие». И в ней очень интересно рассказывалось, как наши контрразведчики отловили вражеских шпионов. В книге было много фотографий. На них – сами эти шпионы (вполне приличные люди на первый взгляд) и всякие их шпионские прибамбасы. Очень интересные: оружие, крохотные радиостанции, замаскированные под зажигалки, авторучки, тоже не простые. Одна, например, стреляющая, другая – пишущая невидимой пастой, а третья – заряженная снотворным уколом. Там еще много чего было: шифры всякие, отмычки, сканеры, жучки.

Алешка, не говоря ни слова, открыл книгу на нужной странице – там, где фотографии. И я подумал, что в квартире Вики везде: по всем углам, столам и подоконникам – так и валяются эти шпионские штучки. Поэтому Лешка и решил, что там находится «осиновое шпионское гнездо». Наивные только какие-то там шпионы обитают.

Но все оказалось гораздо интереснее и сложнее.

– Смотри, Дим. – Алешка ткнул своим «очень чистым» пальцем в снимок. – Узнаешь?

На фотографии была какая-то маленькая фитюлька, вроде колпачка от авторучки. Только еще меньше. А рядом с фитюлькой – узенькая полосочка.

– Не узнаю, – признался я. – Впервые вижу. – И я прочитал подпись под снимком.

«Рис. 14. Контейнер с микропленкой для закладки в тайник».

– Все равно не узнаю.

– Врешь! Ты ведь нашел в моем столе пленку. Микропленку!

– Ну, нашел, – признался я. – Без всякого контейнера.

– Дим, контейнер – это календарик! Понял? Эту пленку Викин батя привез из своей Америки и теперь должен кому-то ее передать!

– Или не должен. А сам будет ею пользоваться.

– А ты видел, что там, на пленке? – Алешка перевернул страницу. Ткнул пальцем в очередной снимок.

Это была какая-то схема. Квадратики, прямоугольники, какие-то закорючки. И надписи.

– Понял? – Алешка нетерпеливо посмотрел на меня.

– Не гони, дай разобраться.

– Я знаю, Дим, ты соображаешь медленно, но верно.

Похвалил или поиздевался?

Под снимком подпись: «Рис. 15. Схема расположения закладки в районе Андреевского парка».

Я долго вглядывался в снимок – медленно соображал. Но, кажется, верно. Потому что на этой непонятной схеме постепенно становилось все понятно.

Вверху надпись: «Андреевский парк» и нарисованы кривульки, похожие на деревья. Потом, вдоль извилистого пунктира, я разобрал: «Пеш. тр.» – и догадался – «Пешеходная тропа». Слева от «Пеш. тр.» – красивый крестик, а где-то в середине тропы, чуть в стороне, – кружочек с точкой в центре.

– Это что за дырка? – задумался я.

– Щаз! – Алешка сорвался с места, чуть не сшиб меня со стула и тут же выскочил из папиного кабинета еще с одной книгой. Это был «Справочник следователя».

– Держи! – он сунул мне книгу. – Ищи!

Я посмотрел оглавление. Вот то, что нужно: «Условные обозначения. Местные предметы и ориентиры». Стр. 223!

На этой стр. 223 мы нашли кружочек с точкой. Он означал – «колодец». Возле колодца было написано мелкими буквами: «S. № – 6 сл. – 5 св.».

Это уже было нам не под силу. К тому же мы зря старались. Под снимком был целый абзац с пояснением. «Закладка находилась на северной стороне Андреевского парка. Примерно в трехстах метрах от церкви по пешеходной тропе имелся заброшенный колодец, сложенный из камня. Один из этих камней на южной стенке колодца (S) – шестой слева и пятый сверху – легко вынимался. В образовавшейся нише располагался тайник. Обнаружить его случайно было практически невозможно».

Все ясно, а мы зря старались, голову ломали.

Алешка взял в руки схемку, срисованную с пленки из календарика.

– Вот, Дим, типичная шифровка. Здесь тоже нарисована шпионская заначка.

– Закладка, – поправил я его по существу.

А он по существу возразил:

– Да какая разница? Какая разница, в чем содержатся шпионские сведения – в заначке или в закладке!

– Заначка, – упрямо объяснил я, – это когда муж от жены деньги прячет.

– А наш папа разве от своей жены деньги прячет?