Где живет колдун - Алексей Олейников

«Черта с два! Я за это ответственность нести не буду. Я вообще медаль готов выдать тем ребятам. Завалить Клыка какой-то зубочисткой!»

– Возьмите оборудование и отправьте поисковую команду в Честертон. Операцию возглавите вы! Прочешите каждый сантиметр, но привезите Бритву!

«Вот черт! Не отвертелся… Если с этой псиной что-нибудь случилось, отвечать мне? Дьявол!»

– Выполняйте, – распорядился шеф безопасности. Он включил прожектора – все, без исключения. Резиденция расцветилась огнями, как новогодняя елка. Холодная ночь отпрянула от заборов, которые двумя квадратами охватывали территорию Фреймус-хауса, от тонких нитей токонесущих проводов, отхлынула от пустых вольеров, из которых уже выпустили доберманов. Первая ночь ноября отступила в глухоту болот, в непроглядную темень торфяных трясин и пустошей, укрылась в черном небе, безлунном, усаженном ясными звездами. Она была древней, эта ночь, и умела ждать.

Хьюго покосился на начальника. Но Клаусу было все равно – он склонился над мониторами, чтобы еще раз проверить охранные системы.

«Сопляк ты, Хьюго. Я пережил десять Ночей Самайна, – подумал он. – Причем не в этом тихом болоте, а в таком аду, где бы от тебя не осталось и кучки пепла»

Хампельман слишком давно был с хозяином, и не обольщался. В эту ночь никто не будет спокойно спать. Колдун и Самайн – это сочетание всегда привлекает неприятности. Однако даже Клаус Хампельман, шеф безопасности Фреймус-хауса, не предполагал, КАКИЕ неприятности ожидают его в этот раз.

Пол в центре наблюдения едва слышно вздрогнул.

Хьюго ошарашенно глядел на показатели сейсмических датчиков. Судя по ним, прямо во Фреймус-хаусе располагался эпицентр трехбалльного землетрясения. На камерах наблюдения не было никакого движения. Однако приборы упрямо показывали аномальную подземную активность – прямо здесь, в полусотне метров от здания центра управления!

Словно подо мхами сквозь слои торфа и известняка кто-то прокладывал тоннель, причем чудовищно быстро. Две минуты назад источник возмущений был в районе внешнего периметра, а сейчас он уже добрался до центрального здания!

Даже сквозь закрытые стеклопакеты Хампельман услышал грохот. Все системы взвыли: датчики движения, объема, давления, лазерные, звуковые, газовые… Свою истерическую ноту в разноголосый вопль вносила пожарная сигнализация.

Глубокая трещина рассекла фундамент центрального здания и, змеясь и утончаясь, поднималась вверх – почти до самой крыши. Из трещины поднимался густой пар – видимо, были повреждены системы отопления.

– Боевая тревога! – Хампельман распахнул оружейный шкаф и выхватил дробовик. – Внешнее проникновение!

Он выскочил, с тяжеловесной грацией спрыгнул с крыльца и побежал к Фреймус-хаусу, на ходу отдавая приказы по рации. Хьюго Рэттейл с пистолетом наперевес кинулся вслед за шефом.

На одном из мониторов, подключенных к камерам на нижних этажах, в клубах горячего пара на мгновение проступили семь человеческих силуэтов. Одна из фигур махнула рукой, и камера отключилась.