Танец в темноте - Софи Клеверли

– Сначала услышала, как открылась дверь, – улыбнулась мисс Финч. – А потом слушала, как Ариадна шуршит фантиками от леденцов.

Мы обернулись и посмотрели на Ариадну. Изо рта у нее действительно торчал большой леденец на палочке.

– Простите, – сконфуженно пробормотала она.

Затем началась суматоха, но спустя пару часов все было готово к началу спектакля – декорации установлены, все повторили свои партии на прогоне, и вот уже начали прибывать первые родители.

Миссис Найт ежеминутно продолжала уверять, что все будет хорошо. Они вместе с мадам Зельдой осмотрели весь театр и не обнаружили никаких следов мисс Фокс. Я немного успокоилась, однако по-прежнему со страхом думала о том, что мне предстоит выйти на сцену и танцевать перед публикой.

Страх мой только усилился, когда я увидела, кто находится среди зрителей.

Всех нас, участниц спектакля, отвели в гримерки на верхнем этаже с выходом на балкон, с которого как на ладони был виден весь зал. Кстати, мой костюм Феи Алмазов получился просто потрясающим, тетя Сара создала настоящее чудо. Представьте себе лиф и пышную юбку из легкой серебристой ткани, усыпанной гранеными стекляшками, которые должны были изображать алмазы. Красота! Надев этот костюм, я сразу почувствовала себя настоящей балериной и всячески старалась не замечать, с какой завистью смотрит на меня Скарлет, пробравшаяся ко мне наверх.

Итак, я вышла на балкон, заглянула вниз – и тут же присела, спрятавшись за перилами.

– О боже, – сказала я, прикрывая рот ладонью.

– Что такое? – встревожилась Скарлет. – Там она?

– Нет, – поспешила ответить я. – Сама взгляни!

Скарлет взглянула – и уже через секунду сидела рядом со мной на плюшевом ковре.

– Отец вместе с мачехой, – сказала она. – Да уж…

Когда отец не мог ее слышать, мачеха всегда пилила нас с сестрой, говорила нам всякие гадости, и, как мы подозревали, не только говорила, но и делала. А отец… По-моему, мы ему просто не были нужны, вот и все. Почему так? Может быть, мы напоминали ему об Айде, его первой любви, которую он потерял. А впрочем, не знаю.

– Зачем они здесь?! – простонала Скарлет. Она поднялась с пола, вновь выглянула в зал и прошептала: – Ба, да с ними еще и тетушка Феба!

Тетушка Феба – это замечательно.

– А тетя Сара? – спросила я.

– Нет, пока не видно, – покачала головой Скарлет и грустно добавила: – Ну ладно, мне пора идти занавес держать. Вместе с Пенни.

Спустившись вниз за кулисы, я начала разминаться, как и все девочки. Сердце в моей груди бешено колотилось, из зала долетал гул голосов, а по эту сторону занавеса – отдельные куски реплик.

Скарлет прошла мимо меня, задержалась на секунду:

– Сломай себе… – она не договорила традиционное театральное пожелание сломать ногу и вместо этого закончила с улыбкой: – Знаешь, давай я просто пожелаю тебе удачи, ты не против?

Я была не против. Проводив сестру взглядом, я решила отойти в глубь сцены, за бутафорский замок, и закончить разминку там, в тихом уголке. Отсюда сцена выглядела необычно и странно – высоко над головой тянулись веревки, висели на железных рамах фонари, уходили в темноту, под самую крышу, какие-то помосты и лестницы. Во время прогона на сцене ярко горели прожекторы, а зрительный зал был пуст. Теперь вся сцена оказалась погруженной в загадочный мрак, занавес был опущен, из-за него доносился шум, нетерпеливые голоса, первые аплодисменты.

«Сейчас начнется», – подумала я и сделала глубокий вдох.

А в следующую секунду чья-то рука крепко зажала мне рот.

Глава сороковая. Скарлет

Я в полной темноте заняла свое место. К сожалению, оно было рядом с Пенни.

Мадам Зельда и помощник режиссера театра вручили нам веревки, с помощью которых мы должны были поднять занавес.

Это было так унизительно. Я, лучшая балерина в школе, должна была поднимать и опускать занавес! Айви порхала за кулисами в роскошном костюме. Все остальные девочки тоже были в красивых костюмах, а я должна стоять у края сцены в школьной форме. Ненавижу!

– Это все по твоей милости, – злобно прошипела я в сторону Пенни.

– Да неужели? – перекосилась она. – Ты первая набросилась на меня!

– Ага, потому что ты перед этим преследовала мою сестру, а потом сказала, будто это я отравила то проклятое жаркое! – все так же шепотом парировала я.

– Заткнись! – огрызнулась Пенни. – Сейчас дадут третий звонок.

Мне показалось, что за моей спиной в глубине сцены послышался какой-то глухой стук, а затем шум где-то наверху, у меня над головой, но я не обратила на это внимания – может, так и должно быть в настоящем театре, кто его знает.

– Ну, теперь-то ты довольна, надеюсь? – продолжила я. – Никогда тебе больше не танцевать, я уверена. Можешь выбросить свои пуанты.

– Ой-ой-ой, вот только этого не надо. У нас здесь балет, а не мелодрама, – ответила Пенни. – Давай просто поднимем эту дурацкую занавеску, и все. Заплатим, так сказать, за твою ошибку!

Еще секунда – и я, наверное, врезала бы Пенни от души, но тут к нам подбежала Надия в костюме Феи Сирени. Даже в полутьме я могла разглядеть маленькие цветочки из лиловой ткани, нашитые на ее пачке. В этом костюме Надия выглядела так восхитительно, что мне захотелось плакать.

– Заткнитесь вы, обе, – сказала Надия. – До начала меньше минуты. А где Айви?

– Да где-то здесь была, – ответила я, оглядываясь вокруг.

Внизу под сценой в оркестровой яме заиграла музыка. Я крепко сжала в руке свою идиотскую веревку.

И в этот момент мы все услышали крик.

– Айви! – тут же закричала я.

Это был ее голос. Я выпустила веревку.

Крик раздался откуда-то сверху – но как такое может быть?!

Я побежала наискосок в глубь сцены, а за моей спиной, пытаясь перекрыть оркестр, что-то кричала Пенни.

«Айви. Айви. Айви», – мысленно повторяла я как молитву имя сестры. Что с ней?! И как мне ее найти?!

И вдруг я увидела лестницу.

«Слава богу, что я не в пачке», – подумала я, хватаясь за нижнюю ступеньку лестницы и начиная подниматься наверх, в темноту. Лестница трещала и раскачивалась подо мной, а издалека, снизу, звучала музыка.

Наконец я добралась до самого верха лестницы и увидела перед собой колосники – длинный деревянный помост для монтировщиков и осветителей, окруженный лебедками и свисающими канатами. В стене за колосниками виднелась прикрытая дверь. Вероятно, через нее можно было попасть за кулисы.

Было довольно темно, но тем не менее стоящую на колосниках высокую тонкую фигуру я узнала сразу.

Мисс Фокс. Собственной персоной. Явилась, гадюка.

Я