Город теней - Ричард Ламберт

В основной части замка засияли огни. По железной лестнице поднимались люди со светильниками: лорд Сноу, генерал, дозорные, гости, Бёрстон Шимплинг и Мервин Самп.

– На помощь! – крикнул Тоби. – Тамурлейн ранена! На помощь!

Генерал выкрикивал приказы. Несколько человек побежали вниз, другие бросились срывать шторы и связывать в верёвку. Море билось о скалы.

Мокрый пол накренился, как скат крыши. Тоби и Тамурлейн замерли на её коньке. Внизу этого склона торчали остатки внешней стены. И на них распластался Регент Маладайн. Он был дезориентирован, но всё же встал на ноги, когда увидел Тоби и Тамурлейн. Зацепиться за гладкий мокрый пол было трудно, но Регент всё же начал карабкаться наверх.

– Скорее! – крикнул Тоби. – Верёвку!

Рука Регента соскочила, Регент скатился обратно. И снова полез наверх. Снова скатился, и снова полез. С каждой попыткой он подбирался всё ближе. Глаза Тамурлейн были закрыты, но она всё ещё дышала. На её рубашке расплывалось кровавое пятно. Дозорные закончили вязать верёвку.

– Скорее!

Регент был уже близко.

– Прочь! – крикнул Тоби. – Прочь!

Регент вытянул руку.

Тоби попытался пнуть Регента, но тот схватил его за лодыжку и дёрнул. Тоби покатился вниз, к остаткам стены. Его по инерции перегнуло через стену, и Тоби пришлось вцепиться изо всех сил, чтобы не вылететь в белые волны. Тоби посмотрел наверх. Регент добрался до Тамурлейн. Он собирался скинуть её в море.

– Нет! – закричал Тоби.

Что-то белое сорвалось с белой рубашки Тамурлейн. Когти вонзились глубоко в глаз Регента, маленькие острые зубы впились в его щёку. Альфред разодрал всё лицо Регента поперёк и вырвал зубами кусок щеки и тут же выплюнул. Маладайн упал, издав жуткий вопль. Он не свалился в море, только скатился обратно по наклонённому полу. Альфред скатился вместе с ним. Регент врезался в низкую стенку рядом с Тоби. Тамурлейн дёрнулась. Регент перевернулся. После удара по голове, после атаки пчёл, после пореза разделочным ножом, после того, как его покусал и чуть не ослепил кот, Маладайн всё ещё пытался уничтожить противника. Уничтожить. Уничтожить.

Его рука сжала горло Тоби. На вершине их осколка Тамурлейн открыла глаза. Альфред набросился на Регента и стал царапать его спину.

Регент поднял Тоби, толкнул назад и свесил над пропастью. Внизу бушевали волны. Регенту нужно было всего лишь разжать руку, наклониться и поднять ноги Тоби – остальное сделает гравитация. Из основной части замка на осколок прилетела верёвка. Люди кричали, чтобы Тамурлейн хватала её, обвязала вокруг себя.

– Хватай верёвку, Таме! – крикнул Тоби.

Регент обернулся. Тамурлейн медленно, с трудом просунула ноги в петлю и начала затягивать её у себя на поясе. Регента разрывало между двумя желаниями: убить Тоби и не дать спастись Тамурлейн. Он повернулся к Тоби и улыбнулся. На мгновение тот решил, что Регент пощадит его. Тот действительно отпустил горло. И наклонился, чтобы схватить его за лодыжки. Тоби увидел, как изменилось лицо Тамурлейн, когда она поняла, что сейчас произойдёт. Она закрыла глаза и уснула.

Раздался взрыв, сверкнула вспышка, и Тоби полетел назад, через стену. Не вниз, а именно назад, сквозь бурю, и с огромной скоростью. Взрыв был сильнее, чем тот, у ворот города. Сильнее взрыва, который снёс знаменитые врата Алказабада. Сильнее любого взрыва, который кто-либо когда-либо намечтал. Тоби летел кувырком. Когда вспышка потухла, он смог увидеть – урывками – летящего кувырком белого кота, осколок замка, проваливающийся в море, падающего вслед за ним высокого сухопарого человека, чей плащ бестолково хлопал на ветру, и Тамурлейн, которую втягивали в безопасное место на верёвке из штор. И мельком Тоби увидел лебедя, расправившего свои огромные крылья: он летел прочь сквозь дождь и бурю к открытому морю, а сломанная цепь развевалась у него за спиной.

Тоби во что-то врезался.

Он лежал на чём-то твёрдом и безумно крутящемся – на палубе корабля? Голова кружилась. Прямо над Тоби болтался светильник, такой яркий, что болели глаза. Постепенно море успокоилось. Тоби повернул голову. Ослепительный источник света оказался солнцем, а палуба – землёй. Мальчик сел, пытаясь проморгаться. Он лежал на дороге. Небо было чистым и голубым. Неподалёку стучал поезд. С другого конца улицы доносился шум машин. Что-то шершавое тёрло ему щёку. Тоби поднял руку и хотел отмахнуться, но нащупал мягчайшую шерсть: Альфред вцепился в одежду Тоби и лизал ему лицо. Зазвонил телефон.

Тоби аккуратно опустил Альфреда на землю и огляделся. Он узнал Энджел-лейн. В дальнем её конце шла дорога, по которой неслись машины. С другой стороны, там, где раньше была канава, теперь лежал свежий асфальт, как шрам на теле улицы. За забором виднелись провода и насыпь железной дороги.

Тоби похлопал рукой по асфальту – просто чтобы убедиться. Дорога ощущалась вполне настоящей. Тоби осмотрел свои раны и надавил на них, чтобы убедиться, что и они настоящие. Несколько довольно противных синяков и ссадин. Ботинки выглядели неважно, но надёжно пришитые кожаные подошвы отлично держались. Тоби был насквозь мокрый от дождя. Альфред, тоже мокрый и побитый, с неравномерно отросшей шерстью, терпеливо сидел рядом.

– Ты цел, Альфред?

Альфред мяукнул.

Тоби посмотрел на чёрный асфальтовый шрам. За ним, где-то между насыпью и проводами, в чистом сентябрьском воздухе, был Бальтазар. Тамурлейн была там. Альфред был тут и смотрел со своим обычным недовольным усталым выражением. Тоби улыбнулся ему. С его плеч будто бы сняли целую гору. Его захлестнула волна радости, и он громко рассмеялся.

– Ладно, Альфред, – сказал Тоби. – Пошли домой.