Заводное сердце. Девочка из ниоткуда - Ася Плошкина

– Вот это да! – воскликнула Варя.

– Подожди, это не все! – Захар повернул боковую ручку, и на экране возникла новая статья. Потом – чертеж из учебника механики.

– Я поняла! Такие проекторы можно установить в любом месте. И кто угодно сможет читать свежие статьи и книги.

– Не просто кто угодно, а те, кого ни за что не запишут в библиотеку. И те, у кого не хватит денег на подписку.

– Это замечательное устройство! И очень нужное!

Варя оглядела машину со всех сторон.

– Стараюсь, – мальчишка расплылся в счастливой улыбке. – Я жуть как переживал, что тебе не понравится.

– Как мне могло не понравиться?! Ты давно его придумал?

– Еще в гимназии сделал чертежи и даже модель собрал. А вот так, чтобы в полном размере, – это первый образец.

– Там, внутри, газовые лампы и что-то вроде увеличительного стекла?

– Ага! И статьи внутри можно менять. Хорошо бы, конечно, они были не на бумаге, а на какой-нибудь пленке или тонком стекле. Так было бы лучше видно. И не страшно, что сгорят. Но сейчас уже не до того… Как думаешь, сойдет для встречи с Императором?

– Я ничего о нем не знаю, но мне кажется, что ему твой проектор придется по вкусу. Еще возьмет – и отправит тебя на инженерный факультет…

Варя осеклась.

– Не отправит. И вообще, очень он мне нужен, этот факультет! – бодро объявил мальчишка. – Сейчас нужно маму вытащить.

Теперь друзья катили Захаров «ПВЗ» по Царской площади Цитадели. Впереди возвышалась башня из серебристо-серого камня. Бесцветное декабрьское небо грузно ложилось на плоскую крышу, от стен отходили широкие каменные лучи – если смотреть сверху, башня напоминала большое зубчатое колесо. Ничего похожего Варя и Захар не видели. Разве только Оплот – его как будто строил тот же архитектор.

– Вот она, – прошептал мальчишка, – Башня советника. Даже смотреть на нее страшно, да?

– Угу, – промычала Варя. До этого момента ей почти не было страшно – ведь они с Захаром придумали такой замечательный план, без всяких препятствий проникли в Цитадель… Осталось только попасть в башню, найти папу, а потом и маму Захара. Освободить их – Варя ведь уже не раз и не два открывала замки – и бежать, бежать отсюда, не оглядываясь. Помешать не успеют – кому придет в голову, что они решатся на такое?

Но, увидев башню, Варя заметно сникла. Окна-бойницы, единственный вход охраняют четверо Блюстителей. Девушка поспешно отвернулась.

– И как нам туда попасть? – понурился Захар.

– Думаю, здесь должны быть… – Варя оглянулась на конвой из шести офицеров. – Должны быть подземные переходы. Так строят любые крепости – если нападут враги, царь, его семья и советники успеют сбежать.

– Значит, мы сможем попасть в башню прямо из дворца? А от этих мы как отделаемся? – Захар тоже покосился на стражников.

Процессия обогнула Башню Советника, миновала угрюмое здание арсенала и нырнула в невысокую арку.

Впереди раскинулся белокаменный дворец с колоннами, барельефами и позолотой. К парадному входу вела высокая мраморная лестница, над крышей колыхался флаг Гардарики.

И студенты, и Варя с Захаром – все замерли, разглядывая каменные статуи и большие сверкающие окна.

– Красотища какая! – воскликнул мальчишка. – Вот уж не думал, что когда-нибудь сюда попаду. Хорошо, наверное, там живется…

На нижних ступеньках лестницы уже ждала разношерстная группа из трех юношей и одной рослой девушки в студенческом платье.

В окружении зеленых мундиров изобретатели вошли в высокую узорчатую дверь. Через просторный мраморный холл прошагали не задерживаясь. Ковры, золото, вазы с цветами, тяжелая хрустальная люстра – Захар только и успевал вертеть головой из стороны в сторону. Перед гостями распахнули одну из боковых дверей и повели их через длинную анфиладу комнат.

Библиотека, портретный зал, музыкальный зал, чайная комната – и вот они оказались в светлой гостиной с нежно-зелеными шторами на окнах. Под ногами пружинил брусничного цвета ковер, вдоль стен тянулись книжные полки, на столике и даже на шелковом диване громоздились стопки книг, журналов и газет.

– О, вот и вы! Наконец-то! – Из глубокого кресла поднялся улыбчивый светловолосый мужчина в темно-синем сюртуке и шейном платке, завязанном в пышный бант. – Мне сказали, что нужно принять вас в малом тронном зале, но я подумал – к чему эти условности? Здесь нам всем будет удобнее, ведь правда?

Гости начали переглядываться. Варя и сама думала, что увидит Императора в парадном мундире и наградной ленте. Или в мантии и с тяжелой короной на голове. Было очень трудно поверить, что этот румяный золотоволосый господин с бантом и есть правитель Гардарики.

– Ну что же вы стоите в дверях? Проходите! – Павлентий раскинул руки, словно желая обнять всех гостей разом.

– Ваше Императорское Величество!

– Это такая честь!

– Спасибо, что дали нам такую возможность…

Изобретатели опомнились, начали кланяться и тараторить. Варя сделала реверанс и пихнула в бок совершенно ошалевшего Захара – чтобы и он тоже поклонился.

– Оставьте эти церемонии, прошу вас! – Павлентий поморщился и замахал руками. – Лучше скорее садитесь и давайте будем разговаривать!

Гости, недоверчиво поглядывая на Императора, принялись рассаживаться по диванам и креслам. Места всем не хватило, и двое слуг в ливреях принесли несколько стульев.

Варя оказалась зажата между Захаром и высокой студенткой. Та водрузила на нос очки, выпрямила спину так, словно была привязана к палке, и то и дело бросала на друзей недовольные взгляды.

– Вот и славно! – воскликнул Павлентий, тоже усаживаясь в свое кресло. – Сейчас подадут чай.

Как только он это сказал, слуги вкатили в гостиную две тележки, заставленные чайниками, чашками и многоярусными блюдами с конфетами и пирожными. Поначалу никто не решался притронуться к угощению, и тогда Павлентий сам взял с тарелки большую фруктовую корзиночку и, откусив от нее, закатил глаза к потолку.

– Свежайшая! Испекли специально для вас. Ешьте, не смущайтесь!

Началось чаепитие. Император с интересом разглядывал каждого своего гостя, иногда задавая несколько вопросов: откуда они приехали, где учились. Почти все оказались студентами Цареградского университета, а юноша в голубом мундире через год собирался закончить военную академию.

– Я Петр Сорокин, – откашлявшись, начал Захар. – А это моя сестра Лиза. Мы из Медногорска, еще учимся в школе.

– О, получается, вы здесь самые юные! – обрадовался Павлентий. – И уже изобретатели. Добро пожаловать!

Девица рядом с Варей – ее звали Ритой Лисицыной – обиженно фыркнула. Мальчишка шумно выдохнул и рухнул обратно на диван.