Мисс Черити - Мари-Од Мюрай

Я

Ужас какой. А глаза вообще никуда не годятся.

Герр Шмаль

Вы понимаете, что кто-то крадет у вас ваше произведение? А недавно я видел обои с мадемуазель Дезире и мисс Тютю! Вам непременно нужно отстаивать свои права.

Я

Но как?

Ноэль (отрывается от книги)

Найдем адвоката и подадим иск.

Герр Шмаль

Нехорошо вмешиваться во взрослый разговор, Ноэль… хотя он прав. Вам нужно зарегистрировать патент. Так вы сможете продавать раскраски, чашки, носовые платки, настольные игры, грелки с мастером Питером, Тимом Тикетом и Лордом Снобом!

Я

Это ужасно.

Ноэль

Зато, колёсная, вы разбогатеете и купите мне лабораторию, где я бы ставил опыты из разных книжек.

Роза

Можно мне тоже в лаболаторию, ну пожалуйста, Ноэль!

Ноэль

Только чур, сначала вымыть руки!

С мыслью об этом разговоре я отправилась на следующий день в «филиал мастерской Деда Мороза» — а точнее, в магазин игрушек Хэмли. На первом этаже я обнаружила дюжину «мастеров Питеров»: каждый из них дожидался своего будущего маленького хозяина или хозяйку. Я взяла одного в руки, повертела, поставила на место. Глаза мастеру Питеру сделали из обувных пуговиц, что придавало ему весьма злобный вид; усы оказались такими жесткими, что наверняка выкололи бы ребенку глаз, если бы тот захотел прижать игрушку к себе; а одежду сметали наспех крупными стежками. Мне стало стыдно за мастера Питера, и я поспешила в издательство «Кинг и компания», чтобы высказать свое неудовольствие Маршаллу. Он выслушал меня и улыбнулся.

Маршалл

Я боялся вам сказать. Отец считает, мы должны продавать «привлекательные производные продукты». Он предпочитает употреблять такой термин; но если уж речь зашла о ФШП, то предприятие может принести неплохой доход.

Маршалл женился в апреле 1895 года, и, когда пришло время сказать тост, я водрузила на свадебный стол первый «привлекательный производный продукт».

Я (обращаюсь к прелестной новобрачной)

Безусловно, главный привлекательный продукт для Маршалла — это вы, милая Мадлен.

Норман и Норберт

Ура тетушке Черри!

Все

Ура!

Не одна я заслужила бессчетные «ура!» в начале 1895 года. После успеха «Идеального мужа» мистер Уайльд поставил на сцене театра Сент-Джеймс «Как важно быть серьезным» с мистером Эшли в роли Алджернона.

Мне пришло приглашение на премьеру, собравшую весь цвет Лондона: аристократов, денди, художников. Я сидела между кузиной Лидией и миссис Картер, которая еще до начала спектакля успела сообщить, что мистер Эшли порвал с мадемуазель д’Эстивель и стал любовником Нэнси Вэнбург, своей новой партнерши.

Миссис Картер (восторженно)

Эти актеры жутко распущенные!

В первые минуты пьесы я увлеченно занималась тем, что, нацелив на мистера Эшли театральный бинокль, искала на его лице следы того самого жуткого распутства. Но он выглядел на редкость свежим и юным, хотя, возможно, его просто хорошо загримировали. В его игре причудливо сочетались непринужденность, тщеславие и дерзость, каждая реплика била в точку.

Алджернон-Эшли

Все женщины со временем становятся похожи на своих матерей. В этом их трагедия. Ни один мужчина не бывает похож на свою мать. В этом его трагедия^[20].

Джек

Это что, остроумно?

Алджернон-Эшли

Это отлично сказано.

Пьеса закончилась; зрители в едином порыве стоя рукоплескали автору. В тот вечер я в последний раз видела Оскара Уайльда на сцене в лучах славы.

Мы вышли из театра и пытались, как и вся остальная толпа, найти свободный фиакр, как вдруг заметили на соседней улице странное скопление полицейских. Может, какой-то анархист совершил покушение?

Но спустя несколько дней миссис Картер все разъяснила. По ее сияющему лицу я сразу догадалась: речь пойдет о скандале.

Миссис Картер

На время премьеры Оскара Уайльда директор Сент-Джеймса обратился за помощью к Скотланд-Ярду, потому что лорд Квинсбери угрожал забросать актеров морковкой и репой.

Мисс Дин

Морковкой и… да нет, дорогая, это глупость какая-то!

Миссис Картер наклонилась поближе и шепотом поведала нам о «том позорном деле»^[21].

После ошеломляющего февральского успеха на театральных подмостках уже в апреле Оскара Уайльда арестовали, и на следующий день директор Сент-Джеймса убрал его пьесу из репертуара. Мистеру Эшли предложили роль во втором составе в пьесе какого-то другого автора, но он наотрез отказался и был уволен. Прошло несколько недель, я тревожилась — он словно исчез с лица земли. Я заглянула в «Святого Георгия с Драконом», где встретила подавальщика, который когда-то надо мной подшучивал. Я спросила, нет ли здесь мистера Эшли.

Подавальщик

Актера? Нет, мисс. С ним все ясно. Мы дали ему понять, что попойки и тому подобное — это не у нас.

Я не нашлась что сказать. Так или иначе, мне непременно надо было узнать, что сталось с мистером Эшли. Я украдкой сунула шиллинг подавальщику.

Я

Не подскажете, где я могла бы его найти?

Подавальщик (засовывая монету в карман)