Тайна Эмили - Геза Шварц

– Убита… кем?

Систериус терпеливо вздохнул:

– Это существо из мира мёртвых, понятно? Слово «мертвец» говорит само за себя.

– Я полагала, что мы все тут мёртвые! – воскликнула Эмили. – Козимо говорил…

– Одержимый не является экспертом, когда речь идёт об определении понятий, – перебил её Систериус и с упрёком посмотрел в сторону Козимо. – Итак, есть живые. И есть мёртвые. А есть мы – неживые. Например, духи, такие, как ты, которые когда-то были живыми и дальше по какой-то причине остаются на земле. Или твари, которых нельзя отнести ни к живым, ни к мёртвым, такие как вампиры… – он быстро посмотрел на хилого парня, окружённого почитателями-подражателями, и было в этом взгляде столько презрения, что перещеголять его в этом чувстве было уже невозможно.

Эмили заглушила в себе неожиданную эйфорию: надо же, она находилась в одном помещении с вампиром, хоть он и выглядел совсем не так, какими она их представляла!

– И неживые живут на кладбищах?

– Не все, – возразил Систериус. – Вампиры предпочитают жить среди людей. И это правильно. Обычно они господствуют над другими существами за пределами кладбища. А мы, духи, чувствуем себя как дома на всех кладбищах Парижа, а также в нескольких других местах – таких, как старые дома и церкви. Ведь что может быть лучше скрипа старого дерева и запаха плесени! – он растянул губы в мечтательной улыбке, пока не заметил, что на лице Эмили отразилась смесь непонимания и неловкости. – Как бы там ни было, – произнёс он, откашлявшись, – мы управляем нашими убежищами самостоятельно и держимся подальше от внешнего мира. С одной стороны, потому что избегаем контактов с людьми. Ты прочла, очевидно, дюжины книг, в которых люди встречаются с духами, и крайне редко такие встречи заканчиваются благополучно.

Эмили была вынуждена согласиться с ним. Она всегда охотно читала книги о духах, ведь они так здорово нагоняли жути! При этом девочка почти всегда была на стороне духов, потому что люди выглядели там или глупыми, или невежественными, или и то, и другое одновременно. И они всегда усложняли духам жизнь. При этом Эмили, конечно, никогда не мечтала сама стать духом.

– С другой стороны, снаружи нас поджидают опасности, – продолжал Систериус. – Например, охотники за духами или…

– …или мертвецы, – прошептала Эмили.

Систериус кивнул:

– У них есть, конечно, своё царство, которое отделено от нашего силой магии, к тому же большинство их миролюбиво настроены к нам. Когда какой-нибудь мертвец, случайно заблудившись, попадает в наш мир, больших проблем не возникает. Как бы там ни было, бо´льшая часть мира мертвецов подвластна мрачному князю Драугру, который стремится распространить своё господство на весь этот мир и трудится над этим очень давно.

При упоминании этого имени по толпе вновь прокатилась волна ропота, и на этот раз слушатели не успокоились от одного только взгляда председателя. Систериусу пришлось трижды стукнуть молотком по кафедре, пока не наступила тишина. Когда неживые испуганно замолчали, он опять повернулся к Эмили.

– Если рассматривать твой случай, то истинные причины слишком сложны. Очевидно, ты каждую минуту будешь падать в обморок от перенапряжения, а этого мы не желаем бедному Козимо. Да, временами одному из палачей Драугра удаётся пробраться в этот мир. И это, как тебе сказать, это другой калибр – потому что это не обычные мертвецы, попавшие в наш мир по ошибке. Это воины, внушающие ужас, именно таковы палачи Драугра из царства мёртвых, и в нашем мире они наделены огромной силой. Но, как и все мертвецы, они могут находиться тут только до тех пор, пока носят в себе жизнь кого-то другого. Это может быть жизнь человека или зверя… или остатки жизни одного из неживых. Последнего они жаждут особенно, так как каждый из неживых несёт в себе чиcтейшую магию, и они не останавливаются ни перед какой жестокостью, чтобы завладеть этой магией. А уж насколько безжалостными они могут быть, ты уже испытала на себе.

– Значит, мою жизнь украл один из мертвецов, чтобы существовать во внешнем мире? – спросила Эмили после того, как некоторым образом сумела упорядочить свои мысли.

Систериус кивнул:

– И при этом тебе ещё повезло! Воины принца вампиров – полиция потустороннего мира, которая обычно занимается мертвецами в нашем мире – они почувствовали тебя и твоих убийц ещё до того, как те завершили своё мрачное дело. Воинам удалось прогнать палачей. Ты сохранила остаток жизненной силы, и только поэтому ты ещё здесь. Если бы твой убийца полностью выпил все твои силы, ты лежала бы теперь в цепях Драугра, как многие несчастные, ставшие жертвой этих палачей.

Эмили подавила в себе желание пояснить ему, что её собственная смерть и существование среди духов и вампиров не соответствуют её представлению о счастье.

– Это означает, что в городе мёртвых нет ни одного мёртвого?

Систериус кивнул:

– Бывшему живому человеку это сложно понять, но, тем не менее, это правда. Давным-давно было сооружено мощное ограждение, чтобы защитить нас от мёртвых. Каждый мертвец, который отважился бы проникнуть сюда, должен был бы погибнуть в пламени. Так что ты можешь быть спокойна. Мы находимся в городе духов. Здесь ты в безопасности.

– В безопасности! – воскликнула Эмили. – Но я никогда больше не смогу вернуться во внешний мир. Это так?

У неё было чувство, что не только она задержала дыхание в ожидании, пока Систериус утвердительно кивнет.

– Да, это так, но это ещё полбеды. Зато теперь ты официально член нашего общества. Оно примет тебя, и с этого момента ты будешь ему служить. – Он ещё раз заглянул в записку, которую держал к руке, затем начал листать бумаги, словно хотел вторично закопать в них Эмили. – Я вижу, в школе ты отвечала за растения, поэтому получаешь назначение в колонну по уходу за могилами. Её возглавляет Непомук, он с радостью ознакомит тебя с этой работой.

У Эмили широко открылись глаза, когда Систериус показал на скелет, который с дьявольской ухмылкой смотрел на неё сверху.

– Вы это серьёзно?

– Что, прости? – Систериус опустил записку. В его глазах беспокойно полыхало пламя, но Эмили не обращала на это никакого внимания. Она была настолько растеряна, что, казалось, слышала в висках свой громкий, хотя уже не существующий пульс.

– Во-первых, у меня нет никакого представления о растениях, – возразила она. – Те идиотские цветочки в классе я должна была поливать в наказание, так что уж не знаю, какой незадачливый шпион рассказал Вам об этом! Во-вторых, какое-то сверхъестественное страшилище угробило меня и гуляет теперь с моей жизнью по миру, а я вынуждена просто обрубить свою жизнь и сажать на могилах фиалочки?

Непомук смерил её неодобрительным взглядом:

– Мы не сажаем фиалки на могилах. Мы используем в основном…