Жизнь замечательных растений - Николай Голь

Стихи написал не кто-нибудь, а Киен-Лонг, китайский император. И это не случайно: долгое время чай был в Китае напитком владык и высших чиновников. Простой народ был не очень приучен к чаю. Повсеместное его распространение в Китае относят к VI веку и связывают с одной медицинской историей.

Некий император страдал головной болью. Придворный врач порекомендовал лечить заболевание чаем. Так и поступили. О ходе лечения и состоянии здоровья императора ежедневно сообщали на площадях глашатаи. Выздоровление шло успешно. Чем больше чая пил владыка, тем лучше себя чувствовал. Китайцы, как это часто бывает, взяли пример с повелителя. Так чай стал национальным китайским напитком.

«Китайские церемонии» — так теперь говорят об излишних, несколько даже смешных проявлениях вежливости. Это выражение возникло из-за соблюдавшихся в Китае многочисленных правил этикета, обязательных церемоний. Некоторые из них были связаны с чаем. Например, на официальных приёмах непременно подавался этот замечательный напиток.

Вообрази себе, что ты дипломат и явился с визитом к высокопоставленному китайскому чиновнику — мандарину. Кстати, по-китайски он называется вовсе не так. Мандарин — слово португальское: mandar — «приказывать». Китайских руководителей португальцы называли «отдающими приказы», мандаринами. А уж потом плод замечательного растения из страны мандаринов, да и само это растение, тоже стали именовать мандарином.

Так вот, явился ты с визитом к мандарину (не к тому, который растение). Подали чай, идёт беседа, чашки стоят рядом с вами. Однако вы из них не пьёте — это считалось невежливым и даже неприличным. Но вот мандарин предлагает тебе осушить чашку. Это означает, что встреча окончена.

Предположим, что ты не знаешь китайских правил или по какой-то другой причине не обращаешь внимания на сделанное предложение. Тогда мандарин начинает постукивать ногтями по своей чашке — это означает то же самое, что и нетерпеливое поглядывание на часы во время затянувшейся европейской беседы.

Но ты всё равно продолжаешь разговор. Тогда мандарин чрезвычайно любезно предлагает тебе выпить чаю вместе с ним. Имей в виду, что эта любезность обманчива: такое предложение означает, что чиновник находится в величайшем раздражении от твоего затянувшегося визита и прибегает к последнему средству, чтобы наставить тебя на ум. Тут уж лучше вспомнить китайские правила, быстро выпить остывший чай и откланяться. А то мало ли что ещё придумает мандарин, разгневанный тем, что ты отнимаешь у него время!

Кстати, о времени. Со временем чай из Поднебесной империи постепенно распространялся по свету: сначала в Японию, Индию и другие близлежащие страны. Потом — в Европу. Раньше всех из европейцев чай узнали португальцы — в 1517 году. Голландцы — в 1610-м. Первый европейский чайный куст был посажен в Париже в 1658 году и вызвал у публики огромный интерес — ещё бы, такая диковинка! Красота-то какая! (Чувство прекрасного не подвело французов: позже ботаники выяснили, что чай — ближайший родственник камелии, великолепного изысканного цветка.)

В Англию чай привезли в 1664 году — целых два фунта, почти килограмм! — и вручили королю Карлу II на торжественной встрече. С тех пор Англия без чая жить не может. Знаменитые английские чаепития в пять часов пополудни вошли в поговорку.

Англичане тоже считают чай своим национальным напитком. Они называют его tea — «ти».

Но что бы там ни считали англичане, но у нас чай появился раньше, чем у них — «ти». А разница в названии одного и того же напитка произошла вовсе не от того, что русский и английский — разные языки. А потому, что в разных частях Китая говорят на разных диалектах. В Северном Китае, торговлю с которым вели русские купцы, чай называется «ча». А в Южном, с которым торговали англичане, — «те». Вот и всё.

Так вот, ещё 1638 году русский посол в Северном Китае Василий Старков получил «ча» в подарок от монгольского князя Алтын-хана — 200 бумажных пакетов по 400 граммов каждый. Поначалу Старков от подарка отказывался, говоря, что в России этот чёрный порошок не нужен, но Алтын-хан был настойчив, и, вернувшись в Москву, посол передал чай царю Михаилу Фёдоровичу, первому правителю из династии Романовых. Напиток понравился. Дворцовые документы сохранили мнение того времени о чае: «Питие доброе и, когда привыкнешь, гораздо вкусное». Ясное дело — ко всему нужно привыкнуть. Скоро к чаю во дворце приохотились. Стали отправлять в Китай так называемые «казённые караваны», привозившие чай для царя и ближних бояр. Порошок из листьев замечательного растения обменивали на пушнину: за каждые 800 граммов — одна соболиная шкурка. А через сто лет в Россию уже ввозили 30 тысяч пудов чая ежегодно — 480 тонн!

Россия была огромной страной. В её состав входили обширные территории, по своему климату подходящие для разведения чая. Не то что Англия или Голландия — там слишком холодно. Зато у англичан и голландцев имелись юго-восточные колонии. Этим они и воспользовались. Так чай отправился в обратное путешествие из Европы в Азию: голландцы посадили чай на острове Ява в 1824 году, англичане — в Индии и на острове Цейлон — в 1834 и в 1842 годах. Чай там сразу прижился. Теперь эти страны — главные его поставщики. А в тёплых районах России, в Крыму и на Кавказе, чайные кусты приживались не так легко и просто.