Мила Рудик и загадка Сфинкса - Алека Вольских

Многолик посмотрел на нее со снисхождением и вместе с тем его лицо исказилось от недовольства.

— Нет. К сожалению, все не так просто. После того, что произошло в моем замке, я ослаб. Мне понадобилось немало времени, чтобы восстановить свои силы. Сам я просто не смог бы осуществить задуманное. Мне нужен был помощник. И я нашел его.

Многолик повернулся к чернеющему в стене пещеры проходу. Он прошептал что-то еле слышно, и в проеме вдруг появилась фигура высокого, длинноволосого человека в долгополой накидке. В следующий миг он сделал шаг вперед и вышел на каменную сцену. Свет факелов озарил его лицо, и Мила пораженно ахнула:

— Профессор…

На вершине каменных ступеней стоял не кто иной, как Поллукс Лучезарный.

Мила не верила своим глазам. Лучезарный помогал Многолику? Но зачем? Зачем ему это?

— Тот, кого ты видишь перед собой, помог мне внушить тебе все те иллюзии, которые ты считала своими видениями. Именно через него я пытался заставить вампира укусить тебя, а Хранителя Гербов — обокрасть тебя…

— И в Театре Привидений… — ошарашенно прошептала Мила, не отрывая взгляда от лицедея.

— Да, — подтвердил Многолик. — Это он пытался напасть на тебя в Театре Привидений.

Мила подумала про себя о том, какой же она была дурой. А ведь Ромка предупреждал ее, он был прав, ведь все указывало именно на это. В театре больше никого не было, кроме нее и Лучезарного. И золотая манжета… Зря она не прислушалась к Ромкиным словам.

Лучезарный смотрел на Милу своими темными глазами, и ей вдруг показалось странным, что взгляд лицедея ничего не выражал — он казался пустым и равнодушным. Может быть, Многолик как-то околдовал его?

— Это было опрометчиво с моей стороны, — сказал в этот момент Многолик. — Я должен был догадаться, что он боится привидений.

Мила словно очнулась после этих слов. Что-то было не так. Она вспомнила представление: призраки подчинялись Лучезарному, они послушно играли свои роли в поставленном им спектакле. А тот день, когда Мила отбывала наказание? Она же видела, что Лучезарный относится к призракам с пренебрежением и даже высокомерно.

— Боится привидений? — переспросила Мила. — Профессор Лучезарный не может бояться привидений!

Многолик склонил голову набок, одарив Милу саркастичной ухмылкой. Одна из толстых паучьих лап приподнялась над каменным полом пещеры, потянувшись в сторону Милы. Мила не смогла сдержать чувства отвращения — лицо ее невольно исказилось.

— Ты совершенно права, — тихим, но угрожающим шепотом произнес Многолик. — Поллукс Лучезарный не боится этих безвольных и бестелесных существ. Подозреваю, что он их даже презирает.

Мила окончательно запуталась и только недоуменно сощурила лоб.

— Но вы же сказали…

Многолик прикрыл глаза и отрицательно качнул головой.

— Я ничего не говорил о Поллуксе Лучезарном, — ответил он. — Я с ним даже не знаком.

Мила совсем растерялась, переводя взгляд с Многолика на лицедея и обратно.

— Но как же…

Человек-паук жестом остановил ее.

— Я думаю, тебе следует кое-что увидеть.

Многолик легко вскинул руку, словно отмахнулся от пыли, кружащей в воздухе кивком головы указывая на Лучезарного, и сказал:

— Смотри.

Мила снова перевела взгляд с человека-паука на лицедея. Ровно секунду, не больше, ничего не происходило, а потом на глазах у Милы начались невероятные метаморфозы. Накидка из черного атласа превратилась в грязное рубище. Ровная, горделивая осанка сменилась сутулостью: поникшие плечи, сгорбленная спина. Лицо с выразительными чертами осунулось и пожелтело, на нем появились пятна грязи. Черные волосы вмиг совершенно поседели. Поллукс Лучезарный постепенно исчезал, пока не исчез совсем, а на его месте появился совсем другой человек. Мила узнала его тотчас. Это был бродяга, которого Мила как-то видела в городе и однажды встретилась с ним в Алидаде. Он и сейчас выглядел таким же жалким.

— Но как же… — Мила остолбенела от увиденного. — Ведь волшебник не может перевоплощаться в другого человека… просто так, без зелий, без других подсобных средств! Вы же сами так учили!

Многолик громко захохотал, и его смех эхом ударился о потолок пещеры, наполнив воздух вибрирующей нотой. Но седой оборванный бродяга словно не заметил этого. Он был как будто в трансе: пустой взгляд неподвижно застыл на одной точке.

— Неужели ты и впрямь решила, что это — ЭТО! — маг? — Многолик с гримасой отвращения повернулся к оборванцу. — Это всего лишь плебей, низшее существо немагического происхождения. А его преображение — простейшая метаморфоза, не более.

— Просто… человек? — с недоумением прошептала Мила.

— Он не превращался в другого человека. Мне хватило простого заклинания, чтобы изменить его внешность, превратить оборванца в знаменитость. Присмотрись повнимательнее. Неужели это жалкое существо никого тебе не напоминает?

Мила послушно перевела взгляд на того, кто только что был Поллуксом Лучезарным. Длинные седые волосы, сухие и нечесаные, мало походили на черные, сияющие блеском волосы профессора-лицедея… Разве что были одной длины. Его безжизненный взгляд нельзя было даже сравнивать с гипнотизирующей силой темных глаз профессора Лучезарного… Вот только они, похоже, были того же цвета… Нос: острый, ястребиный, с бросающейся в глаза горбинкой от переносицы… Выступающий вперед квадратный подбородок…

«Таким подбородком можно в настольный теннис играть», — смеялся Ромка.

Но смеялся он… над профессором Лучезарным…

— Иногда я превращался в паука и отправлялся в город, — заговорил Многолик негромким, но при этом странно обволакивающим все пространство пещеры голосом. — На улицах города были развешаны плакаты, которые буквально кричали со всех сторон, что в Троллинбург приезжает знаменитость — Поллукс Лучезарный собственной персоной. Возле одного из плакатов я увидел его, — Многолик кивнул в сторону оборванца. — Я сразу понял, что передо мной не маг, а обычный человек. Но это был первый взгляд. А потом я увидел его иначе… Я увидел его так, как когда-то увидел тебя. Ты, помнится, хотела быть похожей на свою прабабку. Он же хотел быть похожим на заезжую знаменитость. Мне даже не пришлось долго ломать себе голову — почему. Это было так очевидно, когда я присмотрелся повнимательнее к его чертам. Этот оборванец хотел быть таким же, как Поллукс Лучезарный — его родной брат, близнец. Вот почему так легко было с помощью простейшего заклинания сделать его похожим как две капли воды на вашего нового учителя.

Брат-близнец профессора Лучезарного? Мила не могла поверить своим глазам, но эти самые глаза убеждались в том, что сходство и вправду поразительное. Но только… Близнец чародея — обычный человек? Это просто абсурд, нелепость какая-то!

— Но, если он не волшебник, — вслух сказала Мила, — как он мог управлять волей других: вампира, звездочета и… Хранителя Родовых Гербов?