Время испытаний - Алан Григорьев

Хищная ежевика вновь зазеленела и пустила новые ростки, когда Каллахан, допев, нежно прикоснулся к побегам, возвращая им жизнь. Король-воин, кивком поблагодарив брата, покрепче затянул узлы на колючих побегах и лишь потом заставил другую лозу принести меч и вложить его в ножны.

К пленнику подошёл мастер Флориан. Неодобрительно покачав головой, он начертил несколько фэд. Такого сочетания Элмерик не знал и ахнул, когда толстые стебли ежевики посерели и обратились в сталь.

— Это ненадолго, — сегодня Флориан говорил сам без помощи ворона.

— Я думал, ты немой, а ты разговариваешь, — удивился Браннан.

— По особым праздникам. Сегодня как раз один из них.

Лисандр открыл пронзительно синий глаз и жадно вдохнул. А увидев прямо над собой Мартина вытаращился так, словно увидел призрака.

— Как ты выжил? Я же тебя убил. Моё проклятие нельзя одолеть…

— Стареешь, — не без злорадства ответил Мартин, любуясь стальными шипами ежевики. — Проклятия уже не те…

Лисандр прищурился, всматриваясь:

— О, да ты, я смотрю, знаешь толк в проклятиях, смертный! Хотя… какой ты теперь смертный — видимость одна! Если бы я знал, что тут постаралась Медб, то разбирался бы с тобой иначе…

— Многие эльфы склонны недооценивать противника, когда видят перед собой человека. Ты попался на этом тогда, попался сейчас и ещё не раз попадёшься.

Мартин улыбался поверженному врагу, но Элмерику от этой улыбочки стало жутковато.

Лисандр отвернулся, негодуя, но тут же встретился взглядом с Каллаханом и… просиял.

— О! Летний Король, надо же! Так вы тут вместе? Неужели примирились? Из-за меня?

— Это временное перемирие, — ответили Каллахан и Браннан хором и, переглянувшись, так одинаково усмехнулись.

— Уже неплохо, — мечтательно произнёс Лисандр, переворачиваясь со спины на бок, чтобы лучше видеть обоих. — Такие новости, пожалуй, стоят некоторых лишений. Простите за неподобающий вид. Впрочем, вы сами решили, что мой костюм украсят эти пятна крови. Выходит, извиняться незачем. Наверное, я что-то пропустил в последних веяниях моды… А этот защитный круг из ледяных игл! Летний король, это ведь твоя работа? Браво! Очень тонко. И вдвойне приятно, что этому тебя научил я…

— Я был прилежным учеником, — кивнул Каллахан.

Лисандр выглядел не просто польщённым — растроганным.

Ничего не понимающие Соколята начали перешёптываться. Элмерик тихонько объяснил друзьям, что этот черноволосый эльф и есть брат командира. А светловолосый, когда-то был их другом и подданным, а теперь враг обоим, но и сами братья не очень-то ладят друг с другом. А мастер Шон вообще Браннана на дух не переносит — и есть за что. А он этим двоим, кстати, тоже брат, только кузен. И да, все они в какой-то мере эльфийские короли. Ну, те, конечно, которые не принцы.

— Я так счастлив видеть вас обоих, мои короли. Но, боюсь, долго вы меня не удержите. Прошли те времена, — Лисандр улыбнулся ещё шире.

— А долго и не понадобится, — поморщился Браннан.

Восторгов бывшего друга он не разделял. Напротив. С каждым новым восклицанием Лисандра его становилось всё более мрачным.

— Твоя правда. У вас скоро будут более важные проблемы, чем я. У всех, кроме тебя, родная! — он подмигнул Брендалин, и эльфийка невольно попятилась, бросив отчаянный взгляд на Браннана. — Даже Зимний Король не поможет тебе. Скоро он будет очень занят. Все будут заняты. И тогда-то уж я доберусь до тебя! Предательство должно быть наказано. Слышишь меня, родная?

— На что это ты намекаешь? — Каллахан сдвинул брови. — Что ты сделал, признавайся!

— Ой, а раньше ты не был таким грозным! — умилился враг. — Ну давай, угрожай мне! Заставь меня говорить, король! Прикажи! Я даже не смогу сопротивляться — я ведь связан!

— Он что-то кинул во Врата, — доложил Рыцарь Сентября. — Какой то амулет.

— Ты скучный, — надулся Лисандр. — Никогда мне не нравился.

— Взаимно, — Шон поклонился врагу, словно благодаря за тёплые слова, а вот Каллахан, заслышав про амулет, побледнел.

— Это же не… — он осёкся на полуслове, видя, как выражение лица Лисандра из просто хитрого становится торжествующим.

— Ага… Догадливый Летний Король. Если бы мы спорили, ты бы выиграл — ведь я бы ставил на то, что ты не угадаешь.

— Что там? — Браннан подался вперёд с обречённым видом: он готовился к худшему и, кажется, не зря.

— Вы же слышали о бусах королевы Медб, которые однажды порвались? А помните, что делали эти бусы? Расскажи им, Летний Король. Прежде ты плохо разгадывал загадки, а вот рассказывал всегда лучше всех. Я так любил тебя слушать… — синий глаз Лисандра пылал лихорадочным огнём. Не в силах больше сдерживаться, эльф захохотал, откинувшись спиной на снег.

— Ну вы же знаете Медб… — устало произнёс Каллахан.

Мартина от этих слов аж передёрнуло. Они с Шоном обменялись понимающими взглядами. А вот Соколята, напротив, загалдели.

— Не имели чести быть представленными, — подал голос Джерри. — Кто она такая вообще, эта Медб? Ну, помимо того, что это та мерзкая баба, которая досаждала Мартину?

— Да-да, ничего-та мы не знаем! — поддержала Розмари. — Всегда куча секретов у вас, куды деваться! Как сражаться-та — так мы уже взрослые, а как чего рассказать-та — так идите-ка спать, дети!

Келликейт шикнула на неё, а Орсон вдруг неожиданно впервые на памяти Элмерика не согласился с подругой:

— Я хотел бы понять, что происходит. На меня тоже будешь шипеть?

Лисандр, только что отсмеявшийся, вновь прыснул:

— Боги, ну и сброд!.. В каком приюте для убогих тебе подсунули этих мальчиков и девочек, о, мой король? Боюсь, ты стал жертвой ужасного обмана: разве это чародеи?

— Не слушайте его, и тогда яд не достигнет цели, — шепнула Брендалин, и Элмерик удивился, что она вдруг вообще решила вмешаться. — Таков уж талант у моего дяди — находить самые тёмные закоулки вашей души и обращаться к ним. Рано или поздно он нащупает вашу слабину. Поэтому просто не