Шестеро смелых и похищение Европы - Анна Устинова

Данила, правда, попробовал побороться за свои права:

— Как это так не платите? У вас же написано… Ах, новое распоряжение руководства. С сегодняшнего дня не платите. Ну, тогда извините. Информацию я вам не дам… При чем тут долг гражданина? Газета у вас, между прочим, частная. Вот вы, наверное, в ней работаете не из чувства гражданского долга, а за зарплату… Нет, я вам совсем не грублю, просто констатирую факт.

Положив трубку, Данила брезгливо бросил:

— Фу, как мерзко! И сам я дурак. Что этой тетке наговорил!

Марфа фыркнула:

— Это, дорогой брат, на тебя дурно влияет денежный вопрос.

— А почему, интересно, мы должны терять свои деньги! — возмутилась Лиза. — Они — то на нашей информации доход получат!

— И ты туда же, — скорбно покачала головой Марфа. — Меркантильные вы все личности,

— Какие же они меркантильные, если не для себя стараются, а для общего дела, — возразила Крошка Ди. — И потом, газеты сами ведь предлагают таким образом заработать. Именно заработать, а не в лотерею, скажем, играть! Это им должно быть стыдно, что они нас обманывают.

— Ну, ты у нас адвокат, Дианка, — засмеялась Марфа. — Только напрасно стараешься. Я пошутила. Что — то вы сегодня все такие нервные.

— Это от Ахлябина дурные флюиды исходят, — сказала Елизавета. — Пришел обиженный и нас заразил.

— Ну почему как что-нибудь плохо, так вечно виноват Ахлябин! — рассердился Клим. — Никакой я не обиженный. Наоборот, принес потрясающую новость, которую нам, между прочим, уже удалось выгодно загнать. Две тысячи — то от первой газеты, считайте, у нас в кармане.

— Клим, — очень мягко проговорила Диана, — никогда не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Эти деньги ведь еще получить надо.

— И не посеять, пока до нас донесешь, — съехидничала Лиза.

— Братцы, мы, кажется, вернулись к исходной точке и опять делим шкуру неубитого медведя, — поторопился пресечь бессмысленный спор Данила, пока не вспыхнула ссора.

— Кроме того, — с важностью начал Илья, — я тут, пока вы попусту спорили, поразмыслил и понял, в чем наша ошибка. У нас не определены приоритеты. Заработать — дело, бесспорно, хорошее и полезное. Но еще важнее, по — моему, чтобы завтра как можно больше газет опубликовали информацию. Ведь наверняка каждый журналист что — то свое нароет.

— Резонно, — поддержал друга Данила.

— А коли так, предлагаю вопрос о заработке считать вторичным и предоставлять информацию всем желающим, — многозначительно заключил Илья.

— Вот такие, как наш Бородин, и способствуют эксплуатации бесплатной рабочей силы, — хмыкнула Лиза, однако и она была согласна с его доводами.

Он тут же отбил ее выпад:

— А такие, как ты, Каретникова, в погоне за копеечной прибылью забывают о высшей цели.

— Да — а, — с улыбкой протянул Данила. — Что — то одни у нас сегодня слишком нервные, а другие чересчур высокопарные. Ладно. Звоню дальше.

Ребята связались с еще несколькими газетами. В двух им даже пообещали вознаграждение. А еще в одной Даниле сказали:

— Ограбление банка — это скучно. Вот если бы у вас была информация о какой-нибудь расчлененке или новом серийном маньяке — другое дело. Такие материалы нам очень нужны.

Данила, положив трубку, поморщился:

— Получается, им чем хуже, тем лучше.

— Странно, что ты ждал другого, — в отличие от него, не слишком удивился Илья. — Это ведь желтая пресса.

— Ничего я особенного не ждал, — ответил Данила. — Но так откровенно и цинично…

— Брат, это их работа, — вздохнула Марфа. — Они каждый день пишут о трупах, маньяках, сатанистах и прочей нечисти. Привыкли, задубели, и обычная жизнь представляется им ужасно пресной.

— Поэтому хочется чего-нибудь поострей, — подхватила Лиза.

— А обычное преступление их уже не волнует, — проворчал Клим.

— Думаю, на этом стоит поставить точку и ждать результатов, — принял решение Данила. — Кстати, придется завтра кому-нибудь из вас взять на себя покупку газет.

Лиза всплеснула руками:

— Ну вот вам и заработали. Что получается? Да мы в результате на прессу весь гонорар потратим, который, между прочим, даже еще не получен.

— Каретникова, меня всё сильней и сильней последнее время волнуют твои умственные способности, — скорчил удрученную физиономию Илья. — Ты бы хоть какую-нибудь развивающую литературу почитала. Видишь ли, совокупная цена всех газет, в которых должно появиться что — то о «Милим — банке», едва ли потянет на сотню, а заработали мы сегодня четыре тысячи.

Лиза насупилась, однако возразить ей было нечего.

— Кроме того, — подхватил Данила, — часть этих газет выписывает наш дедушка. Их мы, естественно, покупать не станем. А еще кое — что, возможно, даже удастся посмотреть в Интернете.

— На Интернет я бы лично особенно не рассчитывал, — покачал головой Ахлябин. — Некоторые газеты в электронной версии публикуют не все материалы. А тем более за прошлые числа. Поэтому, если номер не купить в день выпуска, в полном объеме его потом не найти.

— А в нашей библиотеке? — сообразила Диана.

— Да они всего две или три газеты выписывают, — была в курсе Марфа.

— Ребята, давайте не экономить на мелочах, — предложил Илья. — Купим на всякий случай утром полный комплект.

— Прекрасно, — одарил его радостной улыбкой Данила. — Вот ты завтра утречком и сходишь*

— Тем более ближайший киоск возле торгового центра. А кто ближе всех из нас к торговому центру живет? Бородин, — нанесла ответный удар Илье Лиза.

— Схожу. Что с вами поделаешь, — не стал возражать Илья.

— Мне тут еще одна интересная мысль пришла в голову! — Клим не мог скрыть своего волнения. — Газеты мы обзвонили, но почему — то совсем забыли про телевидение.

— Вот молодец, Ахлябин, — обрадовался Данила. — Ворчишь сегодня, ворчишь, а голова тем не менее варит в нужную сторону. Телевизионщики — то куда оперативнее газетчиков. Уже к сегодняшнему вечеру могут что-нибудь раскопать и показать.

— И криминальные передачи есть на каждом канале, — сказала Ди.

Данила оперативно нашел в Интернете нужные телефоны, но, как вскоре выяснилось, зря старался. Во всех криминальных программах уже были в курсе событий.

— Наверняка у них есть в милиции свои информаторы, — предположил Данила.

— Жалко, — разочарованно протянула Лиза. — На телевидении, насколько я знаю, платят гораздо больше, чем в газетах.

Илья громко захохотал:

— Твоя страсть к наживе, Каретникова, меня уже начинает пугать. Будь скромнее, проще и не гонись за сверхприбылью.