Победа Сердца - Алекс Кайнес

 – Ну так отреагировал ли мир на них? – глядя на плакат с Геллой Фландерс, что был стилизован модными дизайнерами под новейшие тренды квантовых сетей и распечатан в одной из лучших типографий столицы, – вопрошала невидимого собеседника Виктория. Под воздействием энергофруктов, которые бродили в расщепленном виде по крови Виктории, величественный концепт превращался в обычную репродукцию убитой журналистки, даже в некоторое подобие старой потрепанной иконы, смешанной с геометрическими узорами мандалы, что горела поверх изображения. Она в то же время как будто бы предавала всей экспозиции глубины, подобно порталу в иное измерение, через который Виктория отчетливо видела два сияющих силуэта, два образа, по-видимому из будущего, в которое сложно было поверить, но в котором, также очевидно, после долгих лет ожидания сестра, наконец, обрела своего брата.

Как бы ей ни хотелось самой этого признавать, ни Кайл, который вполне возможно спас ее, ни ее любовничек, из-за которого она чуть не сошла с ума в переносном и даже в самом прямом смысле этого слова, не были теми, кого она желала. Ей нужен был только этот человек родной крови, который, она всё же была в этом убеждена, появится в самый нужный момент ее жизни, чтобы спасти?.. – Нет… – тряхнула головой Виктория, вновь сместив фокус своего внимания на изображение Геллы, которое, после отхода от энергофруктов, всё же до сих пор выглядело живым, и будто бы манифестировало саму Богиню, что смотрела на искательницу слегка насмешливым, но в то же время всезнающим и понимающим взглядом, мысленно проговаривая всю жизнь Виктории наперед, подобно ее собственному сну, где Виктория более не нуждалась ни в чьей защите, но сама должна была стать щитом всех нуждающихся.

Был ли в этом хоть какой-то смысл для тех и для других? Виктория не знала. Но явственно чувствовала, что ее самым искренним желанием было – стать силой, стать тем, что не просто спасет мир одного человека, но что сможет удивить его и полностью изменить привычный взгляд на вещи миллионов. Ведь чем в конце концом являлся этот мир, как ни попыткой Богини удивить саму себя тем многообразием фантазий, которыми была полна ее необъятная и полная чудес и красоты душа?