Karmalogic - Алексей Ситников

Не каждое слово — зеркало

В знаменитой повести Леонида Соловьева о Ходже Насреддине, написанной на основе фольклорных рассказов среднеазиатских народов, упоминается история о невыполнимом задании, которое ставит Ходжа: ночь не спать, но при этом до утра не думать об отвратительной обезьяне с красным задом. Естественно, перед кем бы ни стояло это задание — эмиром бухарским, ростовщиком или другим персонажем, — никто не может его выполнить^[942]. Частица «не» совершенно не препятствует тому, чтобы человек думал о том, что запрещают, наоборот, она только провоцирует постоянно возвращаться к размышлениям о причинах запрета и об объекте, который под него попал.

Вспомним ветхозаветный сюжет. Господь запрещает Адаму и Еве вкушать плоды только одного дерева во всем Эдемском саду, но именно запретный плод манил больше всех остальных, и в итоге Ева и сама не устояла, и Адаму предложила отведать плоды с Дерева познания добра и зла (Быт. 2:16–17, 3:1–6).

Оба примера указывают на одну и ту же закономерность: отрицание программирует повышенный интерес к предмету отрицания. Знаменитый немецкий философ конца XVII — начала XIX века Иоганн Готлиб Фихте утверждал, что в основе функционирования нашего сознания лежит диалектика перехода от тезиса к антитезису, а затем к синтезу, т. е. к возвращению к тезису, но уже через преодоление отрицания. Прежде всего, у него шла речь об утверждении Я через не-Я и овладением этим не-Я как чем-то своим. Таким образом, Фихте определил закономерность освоения человеком мира благодаря процедуре отрицания — таким образом наше сознание осуществляет экспансию во внешний мир^[943]. Позже, в середине ХХ века, немецкий антрополог Гельмут Плесснер проанализировал эту закономерность как отличительную черту человека, которую он назвал эксцентричностью — вынесением своей сущности вовне того, чем мы уже обладаем, и стремлением стать тем, чем мы еще не есть^[944].

Однако нередки ситуации, когда мы действительно хотим избежать каких-то действий. Тогда лучше следовать стратегии суфизма (мистического движения в исламе), которая выражена в простой формуле: «Для того чтобы любить Бога, нет нужды ненавидеть дьявола». Эту мысль приписывают одной из наиболее уважаемых женщин-суфий Рабии-эль-Адавийе: «Однажды Рабию спросили: „Ненавидишь ли ты дьявола?“ — „Нет“, — ответила она. „Почему же?“ — спросили ее тогда. Она сказала: „Потому что любовь моя к Богу не оставляет мне время ненавидеть дьявола“»^[945].