Профессия мама - Елена Патрикеева

Я высокотревожный, но уже неплохо скомпенсированный в этом вопросе человек. Комплекс отличницы, перфекционизм, запугивание себя возможным неуспехом и, как вишенка на торте, постоянное недовольство собой как матерью – все было, все прожито. Пренеприятные ощущения, надо заметить.

Какая там радость материнства, когда не уверена, правильно ли ты делаешь хоть что-нибудь. «Меньше знаешь, крепче спишь» было бы моим спасением, если бы не профильное образование и 7 лет стажа работы в родильном доме на момент рождения маленького человека. В начале пути большой объем знаний лишь мешал увидеть настоящего ребенка и услышать его. Справиться с тревогой, особенно во время гормонального буйства, оказалось задачей не из простых.

Как итог – ощущение себя плохой мамой, чувство вины, постепенное выгорание (об этом будет отдельная глава).

Что важно? Остановиться в какой-то момент. Затормозить и взять отпуск от собственных неврозов. За пару недель мир не рухнет, если мы просто поживем. Без попыток контролировать, предугадывать, прогнозировать, все успевать и быть идеальной.

Такие каникулы хорошо отрезвляют и дают возможность наконец увидеть своего ребенка. Изучить его, неторопливо наблюдая, наладить тот самый контакт. Просто начать воспринимать его не как объект ухода, а как полноценного участника отношений, общения.

Навыки обращения с собственной тревогой тоже помогают. Это ответ на частый вопрос, легче ли психологам в родительстве. По-разному, как и всем. Все порой испытывают не самые приятные эмоции. Разница в том, что тот, кому есть на что опереться (будь это профессиональный опыт или личный), попадает туда реже, задерживается там на меньший срок и быстрее восстанавливается.

Считаю ли я себя достаточно хорошей мамой? Не имею понятия. Я просто общаюсь с собственным сыном, даю ему то, что могу дать, и стараюсь учиться на своих ошибках. Единственный человек, который может (или сможет через n-ное количество лет) оценить меня как мать, – это мой сын. И только он. И да, всем детям будет что рассказать своему психотерапевту. Кому-то больше, кому-то меньше.

Есть две расхожие фразы, которые, с одной стороны, поддерживают, а с другой – таят в себе ловушку. Первая: счастливая мама – счастливый ребенок. И это действительно так, мы уже поняли, что эмоциональное состояние матери влияет на развитие ребенка. Развиваться ребенок может только в условиях безопасности. Эмоционально нестабильная или недоступная мать – это небезопасно.

Ловушка в том, что мы можем решить: наше счастье заключается в том, чтобы стать хиппи и упорхнуть от ребенка. Будет ли счастлив ребенок? Есть некоторые сомнения. Мы даже можем ему организовать прекрасные условия и любящих мамозаменителей, компенсировать травму привязанности, но избежать ее совсем не удастся.

В чем решение? В балансе, который мы уже обсуждали: удовлетворяем свои потребности НЕ в ущерб потребностям ребенка. В каком-то смысле это вопросы качественного менеджмента, организации быта – планирование и тайм-менеджмент.

Вторая фраза, которая относится к теме достаточно хорошей мамы, – это: «Вы лучшая мама для своего ребенка». И это так. В том смысле, что единственная. Другой ребенок не видел. И модель, которую мы ребенку даем, воспринимается им как единственно верная. Меня в этой модели шлепают и стыдят? Значит, так надо, так можно. Поддерживают и принимают? Значит, так и должно быть в семье.

Зачастую дети вырастают гораздо более устойчивыми и ресурсными у тех мам, которые творят белиберду, но с уверенным лицом и без чувства вины. Спокойная такая и методичная белиберда. Мама уверена в том, что делает? Значит, так надо, значит, я могу расслабиться, мой мир предсказуемый и безопасный.

При этом тревожная мама, которая поступает разумно, но беспокоится о каждом своем решении, транслирует эту неуверенность. И уже не так важно, что и как она делает, ребенку уже тревожно и небезопасно.

А теперь нюанс. Любая белиберда имеет свои границы. И если в целом не важно, путешествуете вы с ребенком с нуля дней или отсиживаетесь дома до трех лет, идете в сад или обходите его стороной, кормите грудью до самоотлучения или кормите смесью с рождения (все вышеперечисленное и не только в любом варианте можно сделать мягко для ребенка, в контакте с ним), то, имея дело с токсичными родителями, с абьюзерами, с взрослыми, которые откровенно издеваются и вредят психическому и физическому здоровью своих детей, мы понимаем, что все же не каждая мама – лучшая для своего ребенка. По-прежнему единственная – да.

А теперь внимание: эти люди такие книги не читают. Если вы читаете эти строки, значит, вы уже достаточно хорошая мама. Вероятно, тревожная. Но и с этим вы при желании и должной поддержке справитесь.

Задания этой главы

• Очень важно объективно оценивать свой ежедневный труд. Не обесценивать и не ругать себя, а хвалить и поддерживать. Так формируется внутренняя мотивация к изменениям, растет субъективное ощущение уровня качества жизни. Я предлагаю вам в течение недели записывать все дела, которые вы выполняете за день. Включая 100500 детских просьб, тонну смененных подгузников и количество наклонов за игрушками. В конце каждого дня сравнивать субъективное ощущение от количества выполненных дел и реальный список. Хвалить себя.

• Чтобы учиться проживать свою тревогу, для начала необходимо освоить замедление и контакт с собой. Упражнение следующее: в тишине и уединении примите удобное положение и в течение трех минут описывайте то, что вы чувствуете и ощущаете. Что вы видите, слышите, обоняете и осязаете. Все свои ощущения в теле. В конце постарайтесь назвать свои эмоции. Выполняйте упражнение ежедневно. Постепенно вы научитесь замечать свои состояния, осознавать их, наблюдать за ними и даже ничего с ними не делать, просто проживать их. В том числе тревогу.

Формирование материнской сферы: почему мы не чувствуем своих детей

Камень преткновения во всем этом – умение чувствовать своего ребенка. Не свои потребности через него удовлетворять, а именно видеть его самого. Если у мамы это получается, то, собственно, и вопросов не возникает. Где границы ставить? Какая потребность лежит за истерикой? Достаточно ли я хорошая мама? Как сказать «нет»? Не наношу ли я травму? Не разбалую ли?

В реальности таким навыком обладает не более 30 % женщин. Как же так выходит? Ведь, казалось бы, должен срабатывать пресловутый материнский инстинкт, включаться какая-то заложенная программа. Но этого повсеместно не происходит. Почему?

А все потому, что человек не кошечка. На уровне инстинкта, подкрепленная эндокринными изменениями, у женщины включается программа защиты новорожденного. Женщине не нужно объяснять, что младенец уязвим и требует ее ухода и внимания. Это понятно интуитивно. Поэтому мама реагирует на детский крик подъемом уровня возбуждения и желанием что-то сделать, чтобы крик прекратить (читай: потребность младенца удовлетворить). А вот дальше включается часть приобретенная. Та часть, что включает в себя знания, навыки и индивидуальный опыт. Особенности формирования материнской сферы каждой конкретной женщины. И от того, как этот процесс складывался, будут зависеть определенные действия по отношению к ребенку, мамины эмоции в этот момент и ценностное отношение к ребенку и материнству в целом.