Детский клуб. Совершенствуем систему управления - Софья Тимофеева

Слово «проверка» вызывает стресс у руководителя любой организации независимо от ее масштаба. Распространено убеждение, что малые предприятия, которым еще не исполнилось трех лет, никто проверять не придет. Это верно и неверно одновременно. Плановых проверок действительно быть не должно (в соответствии с Федеральным законом от 26 декабря 2008 года № 294-ФЗ в редакции от 28 декабря 2013 года «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля»), а вот внеплановых – сколько угодно. Причинами внеплановых проверок могут быть как внутренние происшествия в клубе (жалоба сотрудников, несчастный случай и т. д.), так и внешние, которые с клубом никак не связаны.

Вот что говорит на этот счет Закон № 294-ФЗ, а именно п. 2 ч. 2 ст. 10: «Основанием для проведения внеплановой проверки является…

2) поступление в органы государственного контроля (надзора), органы муниципального контроля обращений и заявлений граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, юридических лиц, информации от органов государственной власти, органов местного самоуправления, из средств массовой информации о следующих фактах:

а) возникновение угрозы причинения вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, растениям, окружа ющей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Феде рации, безопасности государства, а также угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера;

б) причинение вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, а также возникновение чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера;

в) нарушение прав потребителей (в случае обращения граждан, права которых нарушены)». Так, в каком-либо детском клубе или дошкольном учреждении может произойти неприятное происшествие, которое повлечет внеплановые проверки во всех организациях, работающих с детьми. Мне известны случаи, когда детские клубы проверяли буквально спустя два месяца после открытия. Обычно проверки осуществляют трудовые инспекции и Госпожнадзор. Поводом чаще всего служат жалобы сотрудников. К сожалению, внеплановая проверка никогда не бывает проверкой одной инстанции. Например, администратор детского клуба пожаловался в Государственную инспекцию по труду (ГИТ) на не вовремя выплаченную зарплату, и вот, пожалуйста, в течение недели к вам приходит с проверкой трудовой инспектор, который обязан не только сам проверить вашу организацию, но и сообщить о факте жалобы в прокуратуру, Госпожнадзор, налоговую инспекцию, ФСС и другие организации. И все эти замечательные учреждения в ближайшее время тоже будут у вас в гостях, потому что это их святая обязанность.

Проверки все же необходимы, бежать от них не стоит. Детский клуб обычно остается жить, а руководитель закаляется как сталь в огне и дальше уже ничего не боится.

Не избежал участи проверки и наш детский клуб. В октябре 2013 года у нас была проведена выездная проверка трудовой инспекции. Вообще проверки трудовой инспекции бывают документарными и выездными. Как вы догадались, выездная гораздо хуже. Как и когда маленький детский клуб попал в один список с предприятиями-монстрами, которые обычно проверяет ГИТ, узнать нам, видимо, не суждено.

Откуда нам стало известно о проверке? Когда мне задают этот вопрос, я отвечаю, что данная ситуация сравнима с похоронами – не успели тело усопшего довезти до морга, как родственников уже побеспокоили десятки ритуальных агентств. Так и с нами. В январе 2013 года сразу после праздников раздался звонок из фирмы, занимающейся аттестацией рабочих мест, с предложением провести аттестацию в связи с предстоящей проверкой.

Моей реакцией стало: «Не может быть! Какая проверка? ГИТ? Почему? Зачем?» Несмотря на то, что я читала о подобных проверках и о том, что они участились в последнее время, и даже писала об этом в первой книге, услышанному я не поверила. Я попросила, чтобы мне больше не звонили с подобными вопросами, так как аттестация у нас есть. На том конце телефонной трубки вздохнули и промолчали. Спустя несколько дней опять раздался звонок от той же фирмы. Мне было сказано, что нам следует поторопиться, поскольку проверку перенесли с октября на февраль и аттестации у нас все же нет. Я опять отмахнулась, но забеспокоилась. Неужели? Я дала задание помощнице изучить список проверок ГИТ, который размещен на сайте этой организации и состоит примерно из 700 «приговоренных» в 2013 году. Помощница нас в списке не нашла. Я выдохнула, но беспокойство не прошло. Ночью я решила сама просмотреть таблицу. Прокручивая страницу за страницей, я не находила знакомого названия. Глаза слипались, и я уже хотела выключить ноутбук, как вдруг мозг мгновенно проснулся и сон как рукой сняло на ближайшие десять месяцев – № 624 был наш.

Я всматривалась в монитор. В этот момент действительно холодеют руки и ноги, а мысли идут в одном направлении: «Как же так! За что? Что мы такого сделали? Почему именно мы?» Я сразу, среди ночи, позвонила соучредителю, чтобы разделить горе пополам. Проверка все же будет. Что делать?

С февраля посыпались звонки и письма от организаций, желающих помочь. Интересно, что часть обращений была вежливой и искренней, а часть начиналась с угроз, с уведомления меня как директора, с упоминания статей Уголовного кодекса и пр. Я не выбросила эти письма. Пусть лежат, вдруг еще пригодятся. Конечно, мы озаботились подготовкой к проверке: провели, как положено, аттестацию рабочих мест, дополнительно наняли для аудита кадровика, обратились за консультацией к юристу.