Поколение I - Джин Твенге

^{Рис. 4.2. Процент учеников 12-х классов, довольных собой и своей жизнью в целом. Monitoring the Future, 1976–2015}

Как и следовало ожидать, в эпоху FOMO количество подростков, которые постоянно чувствуют себя лишними или отвергнутыми, еще выше, причем во всех трех возрастных группах. При этом рост такой же стремительный, как и в случае с одиночеством. (см. рис. 4.3.)

Настолько масштабные и стремительные изменения весьма необычны, поэтому они должны иметь под собой какую-то очень конкретную и вескую причину. Если принять во внимание тайминг, то наиболее вероятной причиной являются смартфоны, поскольку именно они прямо и косвенно заменили собой живое личное общение. Если подросток все меньше уделяет времени тем видам деятельности, которые избавляют от одиночества, и одновременно делает все для того, чтобы свести к минимуму личное общение, то совершенно не удивительно, что рано или поздно он начнет жаловаться на одиночество. Вероятный механизм приведен на Рис. 4.4.

^{Рис. 4.3. Процент учеников 8, 10 и 12-х классов, которые согласны или скорее согласны с утверждением «я часто чувствую себя лишним и отвергнутым» и «я часто чувствую себя одиноким». Monitoring the Future, 1991–2015}

Постоянно растущий дефицит личного общения можно сравнить с наемным убийцей, который является исполнителем, но никак не организатором преступления. Так вот экранное время не только нанимает убийцу, но и на всякий случай само делает пару контрольных выстрелов.

Важное замечание: это не модель того, как личное общение и экранное время влияют на конкретных людей, потому что подростки, которые проводят больше времени в социальных сетях, также больше времени уделяют личному общению — в обоих случаях социально активные тинейджеры всегда более активны, нежели их менее общительные сверстники. Скорее это гипотеза, которая объясняет то, как оба фактора работают на уровне целого поколения: когда подростки проводят больше времени перед экранами и меньше времени общаются лично, тогда растет уровень одиночества.

^{Рис. 4.4. Вероятная модель возникновения и развития чувства одиночества у представителей поколения I}

Предположим, что не смартфоны делают людей более одинокими, а, наоборот, одиночество вынуждает чаще пользоваться смартфонами. Однако в условиях резкого и стремительного увеличения числа одиноких подростков это предположение никак нельзя признать логичным. Если одиночество вынуждает чаще пользоваться смартфонами, то ничем не объяснимый и взрывной рост одиночества с необходимостью должен был бы вызвать столь же внезапный рост популярности смартфонов. Представляется, что все произошло с точностью наоборот: внезапно ставшие популярными смартфоны увеличили экранное время, что, в свою очередь, привело к росту одиночества. Кроме того, как мы уже выяснили в прошлой главе, некоторые исследования доказали, что между пользованием социальными сетями и негативными эмоциями существует прямая зависимость: чем больше времени человек проводит в социальных сетях, тем больше негативных эмоций он испытывает.

Несмотря на то что тренд к увеличению числа подростков, которые чувствуют себя никому не нужными, зафиксирован как среди юношей, так и среди девушек, последних он затронул особенно сильно. С 2010 по 2015 год количество девушек, считающих себя отверженными, возросло на 48 %, а юношей — на 27 %. Девушки пользуются социальными сетями чаще, чем юноши, соответственно, вероятность того, что после просмотра фотографий с вечеринок, на которые их не пригласили, они будут чувствовать себя отверженными и одинокими, значительно выше. Кроме того, социальные сети идеально приспособлены для выражения вербальной агрессии, которую обычно выбирают девушки. Ни для кого не секрет, что юноши во все времена отдавали предпочтение насилию физическому, а девушки — вербальному, и с появлением Интернета ситуация не изменилась. Социальные сети предоставляют ученицам средней и старшей школы круглосуточно работающую площадку, которая идеально приспособлена для травли и остракизма других девушек. Девушки становятся жертвами кибербуллинга в два раза чаще, чем юноши; согласно опросу YRBSS, кибербуллингу подвергаются 22 % девушек и 10 % юношей. Социальная жизнь девушек поколения I проходит онлайн, поэтому нет ничего удивительного в том, что они чувствуют себя отверженными и одинокими в жизни обычной.