Вектор страха. Как перестать бояться рака и защититься от него - Александр Мясников

Обожаю Сибирь, особенно Хакасию! Несколько раз в год туда приезжаю: чистейшие прохладные бурные реки, горы, кедры, бескрайние просторы… И люди совсем другие, чем в больших городах. Надежные, немногословные, со своим законом… Обзавелся там надежными друзьями, а ненадежных там и быть не может, с ненадежными из тайги не выйдешь… У всех своя судьба, люди прямые, места суровые. Многие прошли места заключения, это наша специфика. При этом — абсолютно честные люди, которым я без колебаний доверяю жизнь и свою, и сына! Ведь как бывает: слово за слово, оскорбление — а «там не тут», за «базар» придется ответить, тут никто не спустит, иначе уважение окружающих потеряешь навек! Вот и появляется в судьбе у людей 108-я статья часть 2 — убийство по неосторожности, потом лагерь, там опять драка, заточка, срок добавляется… В общем, среди моих хакасских друзей несудимых меньшинство.

Среди близких — два сводных брата, разные и по характеру, и по комплекции. Один худощавый, подвижный, бывший чемпион ещё СССР по вольной борьбе, балагур и заводила. Другой как раз из тех — немногословных, могучий, как из камня высеченный, тоже бывший спортсмен. Совсем разные, а судьбы схожие.

Тот, что богатырь, вышел как-то из леса (охотился), там на дороге «Жигули», «девятка» и четверо в них. Попросил подвезти, его послали по матери, да еще по национальности прошлись (братья — хакасы). Итог — труп на руках, и ведь голыми руками, остальных не догнал… Отпираться не стал, вину на суде признал: «Повторилось бы — опять убил бы!» Потом «лихие 90-е», все было. Только и сегодня каждый, кто его знал тогда, говорит, всегда был справедлив, подлости никогда не было. Уже в наши дни сидят при мне за столом этот брат и бывший сотрудник УГРО, пожилой, но еще очень крепкий человек. Этот бывший майор ему: «А я знал, где ты тогда скрывался, хотел группу захвата послать, да у нас бензина не было!» Эх времена, что же с нами тогда сделали!

Из застольных рассказов: «Тормозит нас мент. Леха к нему выходит, и вдруг из-под треников у него «ТТ» выскальзывает, прямо менту под ноги. Мы в машине сразу подобрались все, а мент поглядел на нас, на Леху, потом поднял «ТТ», размахнулся и зашвырнул в реку! «Теперь катитесь», — говорит! Мы потом вернулись, заставили Леху нырять — ноябрь! Ведь сколько ему говорили: держи оружие правильно! А мент молодец — и не испугался, и долг исполнил!»

Хорошо, что многое позади, прекратилось то падение, все вернулись если не к нормальной, то хотя бы к мирной жизни, а татуировки и шрамы — напоминание, что нельзя туда возвращаться!

Другого брата тоже не обошло: держал палатку, наехали рэкетиры — отбился. Но от него не отстали — на трех «девятках» приехали к дому, стали в квартиру колотиться, мол, выходи, поговорим! А у того жена дома перепуганная и трехмесячная дочка. Честно предупредил: «Мужики, кончайте колотить, дочку мою пугать, не прекратите — выйду и замочу!» Не перестали. Вышел. Взял на голос: «Кто стучал?!» Один шагнул: «Ну я, что, козел, сейчас тебя рвать будем!» Ну да, понадеялся, что боксер, авторитет, друзья вокруг. Только не учел, что этот брат хоть и не богатырь с виду, но «вольник». Чемпион страны! Попал на бросок, вошел головой в асфальт, да так и остался, сломал шею! Остальные попрыгали в машины и уехали, наш борец остался с телом на руках, повез в больницу, но спасти того уже не удалось. Суд признал самооборону.

После такого стал у себя в поселке очень популярен. Многие с проблемами потянулись к нему. Обращается знакомая матери: «Сын в карты проигрался, на него огромный долг навесили и еще «счетчик» включили! Помоги!» А мой друг не только по борьбе чемпион, он и в карты играет виртуозно! Ничего подобного не видел! Пошел к этим «кидалам» и стал играть на долг того парня. Сам все, что семья имела, поставил! И выиграл! Правда, его потом выпускать не хотели, пробиваться пришлось, но это детали, а легенды о той игре до сих пор ходят!

Другой случай. В том поселке крупный железнодорожный узел, приходит заслуженный машинист: «Помоги с внучкой! Пристали к ней бандиты, проходу не дают, дома сидит и плачет все время!» Этот брат мне потом рассказывал: «Ну не мог я ему отказать, я же его с детства знаю, он же орденоносец, у нас единицы такие были!» Назначил встречу, приехал с друзьями. С той стороны уперлись — не по понятиям встреваешь, тут дело личное! Наш возражает: «Если личное, то при чем насилие, и вообще, я отцу обещал!» Зашел спор в тупик, порохом запахло, и наш борец (и в прямом смысле, и за справедливость) предлагает: «Вот мы садимся с тобой в машину вдвоем и уезжаем. Но вернется один! Другой останется лежать в лесу. Вот кто вернется, того и правда! Согласен?!» Визави сначала сгоряча согласился, уже и в машину сел, потом передумал, стал спорить. Но мой друг уже понял, что сломал!