О чем пьют ветеринары. Нескучные рассказы о людях, животных и сложной профессии - Алексей Калиновский

Машина как вкопанная остановилась прямо напротив нас. Я посмотрел на водителя. Тот то откидывался назад, то с размаха бился головой о руль. Тело его сотрясалось.

С переднего сиденья выскочил взъерошенный мужчина с картонной коробкой в руках.

– Где доктор?

Я встал, приглашая его пройти.

– Доктор, срочно, она умирает!

По стандартности ситуации я приготовился увидеть либо кошку, которая выпала из окна, либо небольшую собаку с травмой. Каково же было мое удивление, когда из коробки выпрыгнула вполне здоровая курица. Она радостно расправила крылья, захлопала ими, закудахтала и нагадила мне на стол.

– Доктор, ну что же вы стоите? Делайте же что-нибудь! Ей плохо.

– Извините, а что с ней случилось?

Мой вопрос улетел в космос.

– Ну сделайте ей анализы, рентген, флюорографию наконец.

Я понял, что дело принимает явно серьезный оборот, хотя время обострений уже прошло.

– Так все-таки, что случилось?

– Ах да, ее пнул ногой какой-то пьяный подлец. Она гуляла у меня под окном, а он ее ударил. Вы поймите, я взял ее цыпленком. Я ее вырастил. Мы с ней живем вдвоем, мы спим вместе, смотрим на ночь «Спокойной ночи, малыши», я читаю ей сказки, а тут… Просто так ее ударил.

Приступ гомерического хохота подкатился к моему горлу. Я понял, что еще секунда, и меня будет не остановить, а на приеме будет второй пациент, только уже далеко не ветеринарный.

– Сейчас к вам подойдет специалист по птицам, – выдавил из себя я.

Выйдя из кабинета, я уже не мог сдерживаться. Меня душил смех, я не мог сделать вдох, слезы и сопли текли из меня ручьями. Так, размазывая все рукавом по лицу, я выкатился на улицу. На лавочке рядом с Сан Санычем бился в истерике таксист, пытаясь издать хоть какой-то звук.

Сан Саныч ничего не понимал. При виде меня его удивление только усилилось.

– Что там?

– Идите, это к вам, – выдавил я и опять зашелся хохотом.

Водила сквозь слезы посмотрел на меня.

– Он про сказки рассказал?

– Да!

– А про «Спокойной ночи»?

– Ага!

– А я же его вез под эти рассказы!

Мы никак не могли прекратить смеяться.

Минут через пятнадцать из клиники появились владелец с коробкой, за ним Сан Саныч с серьезным лицом, давая последние наставления. Мужик светился от счастья и пытался расцеловать Сан Саныча, но коробка с курицей мешала ему это сделать. Сан Саныч посадил их в машину, водитель еще раз всхлипнул, и такси скрылось за поворотом.

Сан Саныч повернулся ко мне, и мы начали смеяться хором, уже не сдерживая себя.

Сколько стоит овчарка

Птичий рынок! Как много эти два слова значат для коренного москвича. Только не то убожество, которое теперь находится на МКАД и называется «Садовод», а та Птичка, которая была на Калитниковской.

Никакой проводящийся теперь «Фестиваль шашлыков» или «Путешествие в Рождество», по бездарности и безвкусице напоминающие дешевую дискотеку в провинциальном городе, не могут сравниться по значимости с Птичкой. Работала она только в субботу и воскресенье, но сколько событий гигантского масштаба там происходило.

К поездке готовились заранее. Дня за два начинали созваниваться с друзьями, назначали день, час и место встречи. Открывалась Птичка рано утром в субботу.

С утра бурлила площадь перед станцией метро «Таганская». Оттуда было удобнее всего доехать до рынка, поэтому очереди на троллейбус стояли такие, что не всегда можно было сесть в первый. Основной вход на рынок был с Большой Калитниковской улицы, куда народ тянулся от остановок троллейбусов и трамвая.

Чего только не продавалось на Птичке! Там можно было купить все. Даже если чего-то нужного в наличии не оказывалось, то можно было найти знающих людей, и вопрос решался сам собой. Единственное что уточнялось: привезти ли нужную вещь домой заказчику или он сам приедет в назначенные выходные. Мне всегда казалось: если заказать там подводную лодку, истребитель последнего поколения или ядерную бомбу, решение вопроса упиралось бы только в сроки доставки.

Открывалась Птичка образцами военной одежды, которая была развешана на заборе с наружной стороны. Тогда не существовало специальной одежды для туристов, охотников, рыбаков, поэтому пределом мечтаний был военный камуфляж. Он, естественно, не продавался свободно, а все, что предлагалось на Птичке, было украдено с военных складов благодаря изрядно пьющим прапорщикам, которые за пару бутылок списывали пропажу. На рынке все знали, что это украдено, но коли никто не искал, делали вид, что никто ничего и не продает.

За воротами начинался сам рынок, а именно ряды, где торговали аквариумными рыбками и всем, что было нужно для их содержания. От рыбок, которые как капельки красок кружили в аквариумах, было невозможно оторвать взгляд.

Кажется, сюда приплыли рыбы, которые уже давно вымерли. Причем аквариумы стояли на улице в любой мороз.

Мой американский «папа», очень известный и авторитетный в Америке ветеринарный врач Рэй Пале, никак не мог понять, отчего же в минус двадцать вода в аквариумах не замерзает, а тропические рыбки бойко плавают. Сначала ему рассказывали, что в аквариумы по русскому обычаю добавляют водку, поэтому вода не замерзает, а подвыпившие рыбки чувствуют себя вполне комфортно. Но потом добрые мужики позвали его за прилавок и показали систему из маленьких газовых баллонов и горелок, а также обычных свечей. Заодно ему налили, чтобы он сам сильно не замерз.

В этих же рядах продавались рептилии, всякие ползающие гады и насекомые. Такого количества аквариумов и оборудования к ним не видел ни один государственный магазин. Тут же можно было купить корм – трубочника, мотыля, опарышей и всякую мелкую водную живность, которую везли с юга.