Мозг: прошлое и будущее - Алан Джасанов

Джордж Лакофф и его коллега Марк Джонсон утверждают, что наши тела в конечном итоге определяют не только то, что мы делаем, но и то, как мы думаем. В своей классической книге «Метафоры, которыми мы живем» Лакофф и Джонсон постулируют, что большинство понятий, на которые мы опираемся в языке и мышлении, строятся на более простых идеях при помощи метафор. «Так как множество понятий, важных для человека, либо абстрактно, либо нечетко определено в опыте (эмоции, идеи, время и т. п.), – пишут они, – возникает необходимость использовать для их понимания другие концепты, которые осознаются более четко (пространственная ориентация, объекты и т. п.)»^[271]. По мнению Лакоффа и Джонсона, наши понятийные системы глубоко укоренены в опыте, который мы получаем благодаря тому, что наши тела с их конкретным устройством так или иначе перемещаются по миру, иначе говоря, даже высшие познавательные функции у нас воплощены в теле. Мы безо всякого труда и без посторонней помощи понимаем, что такое «вверх», «брать», «толкать», поскольку эти понятия тесно связаны с фундаментальными физическими особенностями нашей жизни – с тем, как мы стоим и что можем делать руками. Чтобы показать, как эти фундаментальные физические особенности служат строительным материалом для более сложных идей, Лакофф и Джонсон подчеркивают, что даже непространственные и нефизические по сути своей понятия обсуждаются в терминах пространства и физических качеств. Например, когда мы говорим о счастье, то наши формулировки предполагают, что «счастье – это вверх» («У меня приподнятое настроение», «Он воспрянул духом»). Когда мы говорим о времени, то воспринимаем его как ресурс, которым мы располагаем и можем им воспользоваться или сберечь его – время можно выиграть и потерять, а можно уделить кому-то часть своего времени. О споре мы говорим в тех же терминах, что и о физической схватке: мы нападаем друг на друга, а наши аргументы могут быть сильными или слабыми.

Представления Лакоффа – Джонсона подтверждаются интересными экспериментальными данными. В ходе этих экспериментов исследователи сопоставляли физические позы испытуемых с их мыслями и настроениями. Скажем, Анита Ээрланд и ее коллеги из Роттердамского университета имени Эразма проверили предположение, что размышления о количествах имеют отношение к тому, как человек представляет себе числа на числовой оси, и изучили, как это, в свою очередь, связано с положением тела^[272]. Ученые просили испытуемых встать на слегка наклонный пандус и оценивать разные количественные величины, например, вес среднего слона или высоту Эйфелевой башни. Когда пандус наклонялся влево, испытуемые тоже наклонялись влево – как бы в сторону меньших чисел на весах или линейке. Как ни удивительно, эта незначительная перемена позы систематически влияла на ответы – заставляла занижать числа. Будто участникам, наклонявшимся влево, и толстокожие казались легче, и сооружение Александра Эффеля ниже, чем тем, кто стоял прямо или наклонялся вправо. Другой эксперимент по изучению связи между сознанием и позой провела исследовательская группа под руководством Линдена Майлса из Абердинского университета: ученые снабдили 20 добровольцев датчиками движения, а затем предложили подумать о событиях в прошлом или в будущем^[273]. В этом случае испытуемые наклонялись вперед, когда размышляли о будущем, и назад, когда размышляли о прошлом.

Самые надежные данные о связи между физическим движением и когнитивными процессами дают, безусловно, исследования влияния физических упражнений на ментальные функции. Эти исследования подтверждают общий вывод, что активное тело способствует активному уму. Самое, пожалуй, интересное в этой мысли – соблазнительное предположение, что программы физических упражнений могут отсрочить упадок умственных способностей при старении. У взрослых старше 50 лет регулярные занятия физкультурой по 45–60 минут с нагрузками от умеренных до значительных и в самом деле улучшали память, внимание и навыки решения задач, причем улучшение наблюдалось и у здоровых испытуемых, и у людей с легкими когнитивными нарушениями на ранней стадии болезни Альцгеймера^[274]. Есть данные, что физические упражнения улучшают когнитивные способности и у молодых людей^[275]. Едва ли не самое наглядное доказательство получили психологи Мэрили Опеццо и Дэниел Шварц из Стэнфордского университета: они предложили студентам колледжа либо посидеть на стуле, либо побегать на беговой дорожке в пустой комнате, а потом провели стандартные тесты на творческое мышление^[276]. Те, кому предлагали немного походить, лучше «сидячих» отвечали на вопросы, связанные с неожиданными аналогиями, или придумывали необычные способы применения обиходных предметов. В ходе другого подобного эксперимента испытуемые либо проходили некоторое расстояние по кампусу, либо проезжали тем же маршрутом в кресле на колесах, и оказалось, что после пешей прогулки когнитивные способности у студентов по данным тестов на творческое мышление опять же повышались.

Пожалуй, мы намекаем на связь между физической активностью и познанием, когда говорим, например, о живости ума. Но эта связь отнюдь не сводится к метафорам. Установлено, что физические упражнения вызывают физиологические изменения, которые прямо связывают мозг с остальным организмом^[277]. Во время и сразу после упражнений сердце бьется быстрее, кровь приливает к мозгу, что улучшает снабжение мозга кислородом и энергией. Кроме того, мозг вырабатывает нейротрофические факторы – химические вещества местного действия, способствующие росту и поддержанию благополучия клеток. В долгосрочной перспективе эти вещества обеспечивают формирование новых нейронов в гиппокампе. Этот отдел мозга особенно важен для формирования памяти, и восстановление его клеток, вероятно, особенно важно для борьбы с симптомами болезни Альцгеймера, вызывающей отмирание клеток в этой области. Таким образом, влияние физических упражнений на когнитивные функции показывает, что простые и поверхностные вещи, которые мы делаем с собственным телом, воздействуют на сознание через известные физиологические механизмы, подобные тем, о которых мы говорили в предыдущем разделе.