Победа Сердца - Алекс Кайнес

 – И зачем вообще потребовалось это скрывать?

– Не знаю, не знаю, – пожала плечами Виктория, – наверное, просто хотелось какое-то время… Отдохнуть что ли от всего.

– От чего конкретно отдохнуть? – как будто бы внезапно пробудившись ото сна, невпопад ляпнул Кайл, продолжая сверлить своим уже не совсем трезвым взглядом лицо и фигуру Виктории.

– Что значит – от чего? Я ведь только что…

– Нет, ты не подумай, я просто хотел уточнить, что же именно…

– Так ты не слушал, значит, – отхлебнув из своего бокала, чуть прищурив свои глазки, поинтересовалась Виктория.

– Да нет, я же говорю… – стал неловко оправдываться Кайл, чем вызвал смех Виктории, которая, похоже, совершенно не разозлилась на своего собеседника.

– Ладно, проехали, – махнула рукой Виктория, – меня на самом деле больше интересуют эти проекции, что ты практиковал с Полом, у тебя ведь даже что-то получалось, не так ли?

– А, ты про так называемые астральные путешествия… На самом деле, я сейчас не так плотно занимаюсь этим всем, как еще пару лет назад …

– Но ведь вы, если я все правильно помню, все же добились определенных успехов в этом деле?

– Ну, можно было и так сказать, причем иногда подобные эффекты проявлялись совершенно неожиданно.

– Да, это как?

– Ну, скажем, однажды, когда мы с Полом занимались общим проектом по биологии, я решил, что он справится со всем этим лучше в одиночку, поэтому решил прикорнуть.

– Какой ты благородный, уступил место своему другу, чтобы он один получил полное наслаждение от проделанного труда, – подколола своего собеседника Виктория.

– Нет, я конечно бы мог с ним просидеть полночи рядом, но, поверь мне, никакого толка от этого совершенно не вышло бы, а я бы только донимал его своими пустыми восклицаниями.

– Ну да, ну да, – пожала плечами Виктория.

– Так ты хочешь послушать больше про мой опыт или всё же интереснее узнать, чем же закончился в итоге наш проект?

– Ты продолжай, продолжай, – рассмеялась Виктория.

– Ясно, – вздохнул Кайл, в глубине души радуясь тому, как непринужденно идет разговор, не требующий от него даже никаких преувеличений, но лишь простой констатации своего жизненного опыта, который, казалось, был интересен Виктории, – в общем, когда мне казалось, что я прикорнул, я ощутил… Не знаю даже, как описать … Как будто мое тело придавило чем-то чрезвычайно тяжелым. На секунду мне даже показалось, что это Пол таким образом решил меня проучить, но я готов поклясться, что он со своей-то комплекций уж точно не был бы в состоянии придавить меня и, тем не менее, я как будто бы окаменел, и не мог даже пошевелиться, и тогда в следующее мгновение…

– Ммм? – вновь отпив из стаканчика, вопросительно подняла одну бровь Виктория.

– Я оказался в еще более странном положении, очутившись прямо за спиной Пола, наблюдая как он пыхтит у лэптопа, потягивая пивко и доделывая наш проект.

– Так, и что это значит?

– Я… – на мгновение задумался Кайл, будто бы в последний раз размышляя, стоит ли развивать эту неоднозначную тему, – как сейчас могу предположить, – покинул тело, и был даже в состоянии передвигаться без него.

– То есть твоя физическая оболочка осталась лежать на диванчике?

– Вроде того.

– И ты увидел себя со стороны? – ни то с интересом, ни то с иронией, спросила девушка.

– Не совсем так… Понимаешь, не знаю даже, как рационально это обосновать, но я физически не был способен повернуть голову в сторону кушетки, а всё мое внимание, казалось, притягивается черной дырой проема, что вел в коридор, куда я и проскользнул, оказавшись наедине с чем-то, что напугало меня до усрачки, прости за выражение.

– Да? И что же это? Какие-то астральные духи? – уже не пытаясь скрыть своего ироничного тона, улыбнулась девушка.

– Уж не знаю, чем же то было на самом деле, по крайней мере, точно не похожее на их традиционное представление – скорее это напоминало черный шар с торчавшими из него ушками.

Виктория недоверчиво нахмурилась, тут же представив себе теннисный мячик, из которого росли человеческие ушки, и невольно улыбнулась своей же нелепой фантазии: «В смысле – шар с ушками?»

– Сложно на самом деле сказать, насколько правильной формы он был – скорее был похож на сгусток какой-то темной материи, которая, казалось, втягивала в себя всё окружающее пространство и одновременно с этим оно излучало два черных луча, которые заострялись, подобно двум длинным ушам, ну или рогам, по крайней мере, я так это интерпретировал.

– И что было дальше? – попытавшись представить этот гротескный образ, более детально осведомилась Виктория.

– Далее произошло нечто действительно жуткое: этот шар, будучи изначально не более метра в диаметре, внезапно как будто бы взорвался, начав своей черной материей мгновенно поглощать всё вокруг. Одновременно с этим сработал некий скрытый защитный механизм, как я это понимаю, и меня за одно мгновение швырнуло по коридору прямиком обратно в комнату, как будто кто-то схватил меня за шиворот и со всего маха загнал мою… гхм… душу или проекцию сознания, как угодно, обратно в тело. Однако эти пертурбации всё равно не спасли меня в полной мере, поскольку мое тело осталось на какое-то время совершенно онемевшим, в то же самое время, как эта гребаная чернота навалилась на меня, став в самой своей сути страшным гулом, который чуть не свел меня с ума. Складывалось такое впечатление, будто бы кто-то очень старался своим криком прямиком из моего уха, из самого мозга достать то, что спряталась секунду назад внутри моей оболочки.

– Неплохая завязка для фильма ужасов.

– Согласен, или для психиатрического обследования, – одобрительно кивнул Кайл, заставив Викторию снова улыбнуться, – однако фильм бы получился весьма коротким в таком случае, поскольку продолжения не последовало. Через какое-то время я уже встал, полностью контролируя свое тело мозгом, и тут же понял, что Пол совершенно не заметил ничего необычного, сказав лишь, что я пару раз поворачивался и безмолвно смотрел на него, конечно, ведь он же такой красавчик.

– Вот эту часть можно опустить, – рассмеялась Виктория. – И ты, значит, не рассказал ему?

– Нет, к тому же было бы крайне странно это делать в случае, если мой субъективный опыт той ночи действительно так разительно отличался от его.