Мир вместо защиты - Николай Иванович Курдюмов

В каждой — до двадцати форм. Четыре из них — рабочее большинство, к ядам не сильно устойчивое. А устойчивость несут «жрецы» — три продвинутых, но редких формы. Примени яды—и жрецы, по идее, должны стать большинством. Но идея не прокатывает. Структуру популяции не меняет ни химия, ни ядовитая трансгенная картошка, ни погода — среднее большинство остаётся большинством. Почему? Не выпендриваясь по отдельным вопросам, эти жуки–пролетарии ровненько устойчивы и к климату, и к хищникам, и к почвам, и к корму — к жизни в целом. И плодятся стабильно.

То же — у тлей. Нежным тлюшками не до специализации: ветер, и тот их сдувает! Их популяции держатся на плодовитости. Не устойчивость к ядам, не острота хоботков, даже не всеядность — плодовитость определяет успех. Накрыл тучей за полмесяца — будешь жить!

Пестициды — только один фактор, к тому же эпизодический. В среде таких — десятки, и перекуров не бывает! Вымрешь — некому будет и к пестицидам приспосабливаться. «Жрецы» нужны только на форс–мажор: гены передать. А основа любой популяции — общая устойчивость.

Всё, как у нас: элита — нахлебник среднего класса!

Главное условие умной защиты

Мы не можем ждать милостей от природы, наделав ей столько гадостей!

Обычно у нас проходят конференции по «защите растений». В ноябре 2006 года в НИИ фитопатологии прошла первая конференция по иммунитету растений — серьёзный прорыв в сторону экологизации. Здесь академики РАСХН А. А. Жученко и В. А. Павлюшин констатировали главное стратегическое условие разумной защиты. Глубину идеи трудно переоценить, и я счастлив донести её до вас. Сугубо научный текст из их докладов «перевожу на общечеловеческий» под свою ответственность.

«Основа устойчивости агроценозов — богатый агроландшафт. Смотреть на агроценоз как на полное следствие человека — опасная глупость. На самом деле, никакой искусственный ценоз не управляем искусственно: он находится в природе, и управляет им природа. Хотим мы этого или нет, в любом агроценозе идёт естественный отбор. Из–за нашего вмешательства он становится жёстким и быстрым, и всегда идёт в сторону усиления наших противников. Вызывая изменяющий отбор, мы сами исключаем стабильность агроценозов.

В грамотном агроценозе, как в естественном биоценозе, у патогенов и вредителей нет изменяющего отбора — только стабилизирующий. Наша задача в том, чтобы в наших агроландшафтах ничто не эволюционировало в ненужном направлении. Управление эволюцией в агроценозах — вот наша цель» (академик А. А. Жученко).

«Ценоз реагирует на среду двумя способами. 1. На обычные естественные факторы и друг друга организмы реагируют, проявляя естественную устойчивость и генетическую стабильность. Их приспособления, поведение, биоактивные вещества и взаимодействия приводят к взаимному сдерживанию и создают стабилизирующий отбор.

2. На жёсткие факторы — перестройку среды, пестициды, изменение генома и биохимии растений — организмы реагируют быстрой эволюцией, новой адаптацией и ростом генетической устойчивости. Пока в агрономии будут присутствовать жёсткие факторы, отбор будет изменяющим. Результат такого отбора — сверхвредные виды болезней и вредителей, взрывающие агроценоз. Иммуномодуляторы и многие биопрепараты также могут вызывать эволюцию патогенов, и надо честно изучать их эффекты.

Выход один: перестать вызывать эволюцию патогенов. В агроценозе должен преобладать стабилизирующий отбор» (академик В. А. Павлюшин).

Все обитатели биоценоза заняты одной общей работой: они регулируют стабильность общего выживания.

Растения запасают 2–4% радиации Солнца, падающей на листья, — колоссальная энергия! Куда она тратится? Исключительно на процветание ценоза. Этот всеобщий шобурш, хруст и копошение — величайшая созидательная сила. Каждый добросовестно ест, три четверти еды передавая другим. А чет–верть тратит, как нас учили, «на себя». На себя?.. Тело пойдёт туда же, на общий стол. А вся энергия — движение, мышление, общение — есть саморегуляция и самооздоровление ценоза в чистом виде. Бесплатная, конструктивная «ландшафтная сила». В пересчёте на топливо — 10 тонн древесины или 5 тонн нефти на гектар. Представляете, работка? И мы не используем её — мы с ней боремся!

«Богатый ценоз агроландшафта всегда может сгладить и уравновесить воздействия среды — этим он и отличается от наших агроценозов. Чем хуже условия, чем выше вмешательство человека, тем нужнее и важнее «ландшафтные силы». Чем уже монокультура, чем больше площади и беднее почвы, тем меньше возможности выживания у культурных растений. Монокультурное поле — самое дорогое и нелепое явление в биосфере» (А. А. Жученко).

«Мы долго пытались изменить природу. Теперь мы должны стать её имитаторами», — констатировал доктор У. Джексон тридцать лет назад. Сейчас мы вынуждены согласиться с ним, хотим того или нет: «недоценозы» становятся несуразно дорогими.

Норма разумного земледелия — агроландшафты. Угодья, созданные человеком для процветания природы, а не для борьбы с нею. Или природа, приспособленная для наших нужд без ущерба для её богатства. В целом — мозаика полей, лесов, лугов и водоёмов. Те самые райские уголки нашего интуитивного знания: манящие пейзажи из религиозных книг, мечты о природной гармонии в родовых поселениях, гостеприимные зелёные миры фантастов, картинки из журналов. Разумные компромиссы наших запросов с живой действительностью — вот что такое агроландшафты.

И наша роль в них так же очевидна: стать теми, кто мы есть, — полноценными участниками ценоза. Мы — обычные потребители растений, как мыши или гусеницы. Вся разница в том, что мы не умеем потреблять конструктивно. Пока что мы нахлебники, паразиты биологического круговорота.

Что ж, братцы, звонок прозвенел. Пора учиться у гусениц!

Глава 5 Сказки о хищниках и паразитах экосказки

Углубимся, братия, в гармонию ценоза: рассмотрим вплотную, как пекутся друг о друге разные шестиногие.

Эта глава — развёрнутый вширь и вглубь рассказ о хищниках, по–научному — энтомофагах из «Защиты вместо борьбы». Чтиво весьма специфическое. Я вознамерился с достаточной детальностью показать мир вредителей и труд хищников, кровожадно пожирающих сих несчастных, пробудив симпатию читателя как к тем, так и к другим, и не забыв при этом о научной стороне вопроса. Задача непростая, посему заранее сообщаю о возможных трудностях.

Трудность первая: текст однообразен. Одни сплошные насекомые! Надеюсь, полнота картины — достаточная компенсация вашего терпения.

Трудность вторая: говоря о хищниках, я вынужден называть и кучу вредителей. Их описание — отдельный толстый справочник. Но наш предмет — здоровье, а не болезнь. Посему все вредители в нашем контексте усредняются и означают одно: «растительноядный конкурент».

И самое противное: обычными русскими словами тут не обойтись. Почти все эти твари имеют латинские названия.