Монтенегро - Анатолий Некрасов

– Перестань дёргаться! Такое ощущение, что это ты старуха, а не я! – рявкнула Ольга Фёдоровна. Прислушалась к тишине и изумлённо уставилась на дочь, которая, одёргивая на сыне штанишки, никак не отреагировала на слово «старуха». – Доченька, сходи в номер… – слабым голосом проговорила Ольга Фёдоровна. – Я, кажется, забыла нитроглицерин. Там такой спрей, пшик под язык… боже, может, мне не ехать, я, кажется, не вынесу жару…

Юля подскочила и, не оглядываясь, понеслась к номеру.

– И тебе, бабуля, сколая помощь? – спросил Беня.

– Нет-нет, деточка. Я просто приму лекарство.

– Вот твой спрей. – В руку Ольги Фёдоровны лёг небольшой цилиндрик. – Но если тебе нехорошо, может, останешься? Присмотришь за Беней сама…

– Это, в конце концов, мой подарок, – твёрдо сказала Ольга Фёдоровна. – Я должна ехать. Должна. В любом состоянии. А вот ты, Юленька…

Мастер возник на террасе неслышно, легко улыбаясь.

– Доброе утро, милые женщины. Я готов забрать мальчика. И надеюсь, вы проведёте волшебный день! Ольга Фёдоровна… вы неотразимы. Юленька, вам очень идут молодёжные вещи.

Обе женщины замолчали – привычная перебранка была в разгаре, победительница не определена. И против комплиментов ничего не скажешь.

Мастер знал о силе слова «Женщина». Чем чаще в адрес женщины говоришь: «Ты Женщина», тем быстрее в ней раскроется Женщина. Но здесь важно наполнение слова, сила любви к ней – тогда результат гарантирован! Но вначале женщина может не принять этого слова, даже обидеться – есть и такие. Мастер почувствовал, что уже можно Так обращаться, пришло время – наступил следующий этап пробуждения Женственности.

А любви в Сердце Мастера было достаточно.

Беня замер, глядя на Мастера широко открытыми глазами.

– Бенечка, – Юля села на корточки, – поздоровайся с дядей.

– Доброе утро, – выговорила тем временем очнувшаяся Ольга Фёдоровна, – рада видеть, что у вас всё в порядке, а то, знаете, было ощущение, что у вас в тот вечер прихватило живот…

– Что вы, угощение было первоклассным, – улыбнулся Мастер. – Но я накануне ходил в горы, не спал. Я не осмелился отрывать вас от беседы с друзьями. Ну, я думаю, вам пора? С удовольствием послушаю ваши впечатления от поездки за ужином.

– Да, спасибо вам, – словно нехотя выговорила Ольга Фёдоровна. – Это так мило, решить за нас, куда нам будет интересно съездить. Куда, кстати?

– Пусть всё же будет сюрприз. – Мастер посмотрел Ольге Фёдоровне в глаза. – Пусть будет. Часто ли они бывали в вашей жизни?

«Да вы что?! – Паника вспыхнула огнём в самом центре зрачков женщины. – Хорошее дело сюрпризом не назовут». Сюрприз – всегда неприятность, промах, непросчитанная оплошность, грозящая катастрофой. Слов «приключение» и «доверие» вообще нет в словаре Сильной Женщины, потому что полный контроль – её страховка. Всё по-прежнему от слова «страх».

Лучше синица в руке, чем журавль в небе.

Лучше будничная уверенность, чем непредсказуемость праздника.

Хотя Ольга Фёдоровна планировала свой юбилей так, как некоторые генералиссимусы не планируют финальное сражение, и что, были ли фанфары и шествие победителей? Да нет, очень всё получилось средне. Добротно, да, но без «вах»-эффекта. План способен только на это. Самое большое удовольствие всё-таки человек в своей жизни обретает случайно, не по собственному плану.

Ольге Фёдоровне будет очень сложно сквозь все свои предубеждения расслабиться и обрести радость в поездке. Юлия же, помалкивающая, задумчивая, скорее всего, получит больше впечатлений, чем рассчитывала, и, может, её жизнь сдвинется с мёртвой точки. Она внутренне не против принять Чудо, тем более чудо, которое ей уже принесли и заботливо вложили в руки. Она разрешает себе принять.

Может, во второй или третий раз вообще в жизни. Принять из рук мужчины обещание радости. Это дорогого стоит. Пусть пока ещё неосознанно, но ведь Юлия позволяет потихоньку себе меняться.

Душа Юлии уже радовалась, что её План встречи с Мастером состоялся, а за него она была спокойна. Она уже знала результат. Для Души прошлое и будущее известны, и это есть её настоящее.

Беня, окончательно осознав, что его оставляют с чужим дядей, не мог понять, как ему реагировать. Он уже по привычке, принятой в этой семье, когда что-то непонятное, собрался реветь. Но что-то мешало ему это сделать рядом с мужчиной, а тут ещё Мастер сел на корточки… и хитро подмигнул ему, мол, оставайся, мы с тобой такое придумаем!

И Бенедикт передумал капризничать. Он сунул в рот машинку, а свободной рукой, тоже перемазанной слюнями, ухватился за палец сухой узкой руки Мастера. Женщины ушли – Ольга Фёдоровна целеустремлённо, как ледокол в полярных льдах, Юля – поминутно оглядываясь. Когда они уже хорошо скрылись из вида, Мастер спросил у мальчика:

– Ну что, на море?

– А можно? – изумился Беня. – Я не умею плавать.

– Со мной – можно.

Дети быстро верят в Чудо. Бенедикт сразу же «загорелся», стал шагать целеустремлённее. И машинка будто по мановению свыше вылетела изо рта ребёнка, оставшись болтаться в руке, которой он делал активные взмахи. Просто мальчик отвлёкся – и отпала необходимость в «жевательной» терапии.

Мастер подметил, что Бенедикт постоянно что-то мусолит во рту: то крутит карандаш, фломастер, то палочку или веточку (за что бывает бит по рукам бабушкой), во время еды грызёт кончик вилки, в рот также отправляются игрушки и пальцы. Это пока ещё не та оральная фиксация, с которой следует отводить к психологу, да и ногти мальчик не обгрызает, но Юлии стоило бы слегка обеспокоиться насчёт сына.

Многие дети после отлучения от груди на время отыскивают себе какую-то компенсацию: игрушку-грызунок, сушки, леденцы (уже не очень хорошо), соски, собственные руки. Но когда уже прошли все мыслимые сроки отлучения, не режутся зубы и нет физических проблем, связанных со ртом, такой синдром должен уже насторожить близких. Это тормозит развитие речи.

Ребёнок долго не начинает говорить или плохо говорит – ищи рядом Сильных Женщин, маму, бабушку.

Человек картавит – найдёшь рядом Сильных Женщин.

Бенедикту, по мнению Мастера, пока что ничего ужасного не грозило, но катастрофически недоставало движения, свободы выражения и выплёскивания энергии. Где же ещё в таком прекрасном месте покричать и попрыгать вволю, как не в ласковом, тёплом море!

К счастью, в наборе «очень нужных вещей для Венечки», оставленном заботливыми мамой и бабушкой, обнаружились и плавки, и полотенце. Молочно-белая, даже синеватая, как у цыплёнка, кожа мальчика была смазана солнцезащитным кремом – и с придушенным визгом счастья ребёнок влетел в невысокие, весело пенящиеся волны.

День обещал ему стать сказкой!

А Мастеру – ещё одним днём Счастья. Общение с детьми – великое счастье. Если их понимаешь и любишь по-настоящему, а не матерной любовью…