Книга Атлантиды - Святослав Романов

Греция также имела своего гиперборейского Аполлона, так же как и южного. Таким образом, почти все Боги Египта, Греции и Финикии, так же как и боги других Пантеонов, были северного происхождения и народились в Лемурии к концу Третьей Расы, после того как ее полная физическая и физиологическая эволюция закончилась.^[169] Все «басни» Греции, если бы только история их перешла к потомству без примеси мифического элемента, оказались бы построенными на исторических фактах. «Одноглазые Циклопы», великаны, которых легенда описывает как сыновей Целуса и Терры — трое числом, по Гезиоду, — были последними тремя субрасами лемурийцев, причем выражение «одноглазый» относится к оку-мудрости;^[170] ибо два передних глаза были вполне развиты как физические органы лишь при начале Четвертой Расы. Аллегория об Улиссе, спутники которого были пожраны, в то время как сам царь Итаки спасся благодаря тому, что он выжег глаз Полифема горящей головней, основана на психофизиологической атрофии «третьего глаза». Улисс принадлежит к циклу героев Четвертой Расы, и, хотя он был «Мудрецом» в глазах последней, он должен был быть злодеем во мнении пастушечьего племени циклопов.^[171] Его приключения среди последних — дикой гигантской расы, антитезы культурной цивилизации в «Одиссее» — есть аллегорический рекорд постепенного перехода от цивилизации Циклопической, из камня и колоссальных строений, к более чувственной и физической культуре атлантов, которая, в конце концов, привела Третью Расу к утрате ею всепроникающего духовного глаза. Другая аллегория, представляющая Аполлона убивающим циклопов, чтобы отомстить за смерть своего сына Асклепия, не относится к трем субрасам, представленным тремя сынами Неба и Земли, но к гиперборейским аримаспианским циклопам, к последним из расы, одаренной «оком мудрости». Первые всюду оставили остатки своих построений на Юге, так же как и на Севере; последние ограничили себя лишь Севером. Таким образом, Аполлон — преимущественно Бог ясновидцев, долг которого карать святотатства, убил их — его стрелы представляют человеческие страсти, огненные и смертоносные, — затем он сокрыл свои стрелы за горою в Гиперборейской области. Космически и астрономически этот гиперборейский Бог есть олицетворенное Солнце, которое в течение звездного Года — 25 868 лет — изменяет климаты на земной поверхности, обращая замерзающие области в тропические и обратно. Психически и духовно его значение гораздо больше. <…>

История Латоны (Лето), матери Аполлона, особо изобилует различными значениями. Астрономически Латона есть полярная область и ночь, дающая рождение солнцу, Аполлону, Фебу и так далее. Она рождена в гиперборейских странах, где все жители были жрецами ее Сына, праздновавшими его воскресение и нисхождение в их страну каждые 19 лет при возобновлении лунного цикла. Геологически Латона есть Гиперборейский Материк и его Раса.^[172]

Когда астрономическое значение уступает свое место значению духовному и божественному — Аполлон и Афина превращаются и принимают форму «птиц», символ и глиф высших божеств и ангелов, — тогда Светлый Бог принимает божественные творческие силы. Аполлон становится олицетворением ясновидения, когда он посылает астрального двойника Энея на поле битвы,^[173] он же обладает даром являться своим ясновидцам, не будучи видимым другими присутствующими лицами,^[174] дар, принадлежащий, однако, каждому высокому Адепту.

Царь Гиперборейцев был, таким образом, сыном Борея, Северного Ветра, и Первосвященником Аполлона. Ссора Латоны с Ниобеей — Атлантической Расою — матерью семи сыновей и семи дочерей, олицетворяющих семь субрас Четвертой Расы и их семь ответвлений, есть аллегорическая история двух Материков. Гнев «Сынов Бога» или же «Воли и Йоги» при виде неуклонного падения атлантов был велик; уничтожение детей Ниобеи детьми Латоны — Аполлоном и Дианою, Божествами света, мудрости и чистоты, или же Солнцем и Луною астрономически, влияние которых производит изменения в положении земной оси, потопы и другие космические катаклизмы — таким образом, весьма ясно. Легенда о никогда не прекращающихся слезах Ниобеи, горе которой заставляет Зевса превратить ее в источник — Атлантида, покрытая водою, — не менее изобразительна как символ. Запомним, что Ниобея есть дочь одной из Плеяд, или Атлантид, и потому внучка Атласа,^[175] ибо она олицетворяет последние поколения осужденного Материка. Правильно замечание Байи, который говорит, что Атлантида оказала огромное влияние на древний мир. Он добавляет: