Утешный мир - Екатерина Мурашова

Случай давний, произошел где-то в начале нулевых годов. Напомнил мне о нем материал Алексея Готсданкера про депрессию.

– Я боюсь!

Женщина выглядела бодро, свежо, активно. Жертва насилия? Не похоже. Скорее всего, боится не за себя – за ребенка. Его жизнь, здоровье? Тяжелая болезнь? Нет, тоже не то, не так это выглядит. Подросток закуролесил? Вполне возможно.

– А можно конкретней? Чего вы боитесь?

– Мне даже рассказывать страшно! Сейчас я боюсь, что вы начнете на меня кричать и топать ногами…

Она обаятельно улыбнулась, и я невольно улыбнулась ей в ответ:

– На этот счет вы можете быть совершенно спокойны. Не говоря уже о моем профессионализме, я и по природе человек, совершенно не склонный к экзальтации.

– А, тогда хорошо.

Но что же она такое сделала-то? Или еще только собирается сделать?

– Я сама из Нижнего Тагила. Приехала сюда учиться, а вместо этого замуж вышла. За ленинградца, но по взаимной любви, это я сразу хочу уточнить.

Ага, это понятно. Это чтобы я не подумала, что провинциальная расчетливая девочка, у которой что-то не заладилось с учебой, решила закрепиться в Ленинграде с помощью замужества.

– Потом у меня дочка родилась и я дома сидела, не работала. А муж, он вообще-то на инженера учился, но, когда вся эта перестройка началась, он в бизнес пошел. Там всякое было, вы же понимаете. И вверх, и вниз, и даже прятались мы один раз у друзей на даче в Псковской области четыре месяца. От бандитов, вы понимаете. Он тогда хотел меня с дочкой на родину отправить, в Нижний Тагил, для безопасности, но я сказала: нет, где ты, там и я.

Самоотверженная женщина. Или боялась, что, уехав, потом так из Нижнего Тагила обратно и не выберется? И не был ли бандитом и сам ее муж?

– А потом одно дело у него как-то очень, знаете, склеилось. И дальше пошло – одно к одному, сделка за сделкой. И деньги появились, мы квартиру купили, машину, дачу. Я решила: надо еще одного ребенка, чего ж…

– А чем вы занимались все это время? Домашним хозяйством?

– Ну да. Мне это нравилось, покупать все, обставлять, ремонт даже – многие это не любят, а мне в удовольствие. Дочку в кружки водила, у нее к рисованию настоящий талант, правда, это все учителя говорят, не только я сама. Я тоже в детстве рисовала, даже в клуб у нас в Тагиле ходила, преподавательница всегда мои рисунки хвалила, но как-то у меня оно дальше не сложилось. Вот, в отделку наших квартир, наверное, тогда оно и пошло.

Квартир? Что ж, уточнение про любовь вначале было очень кстати.

– Потом у нас Артур родился. Ну, тут, мне кажется, все и началось…

– Что именно началось?

– Я сначала-то не заметила, потому что с младенцем, да и дочка внимания требует, и хозяйство… А потом вижу: начал мой муж Сергей куда-то сползать…

– Сползать?

– Ну да, не могу точнее выразиться. Вот это именно ощущение: как с горки на салазках – сначала медленно, потом все быстрее, быстрее…

– Алкоголь?

На тот момент я уже из практики знала, что это весьма распространенная проблема для бывших бизнесменов-бандитов, вышедших из круга и лишившихся привычного годами адреналина. Некоторые «переломались», другие занялись экстремальным спортом, а многие просто спились.

– И это тоже. Но это не в первую голову, однозначно, – видала я с детства, как люди вчистую спиваются у нас в Тагиле, поверьте. Это не про нас.

– А что про вас?

Она не отделяла себя от мужа, я тоже решила пока не отделять.