Монтенегро - Анатолий Некрасов

Настоящая Дружба – более редкое явление, чем Любовь.

В отношениях Гали и Люды была вот такая настоящая Дружба, которая помогала им создать другую, более счастливую жизнь. И между ними не было ни грамма, ни капли гомосексуализма. Скорее такой вариант социально приемлемых отношений называется компаньонство – и известно оно ещё с XVIII–XIX веков, когда было очень популярной формой субсемьи.

Галя и Люда, опираясь друг на друга и даже в недугах дополняя возможности каждой, составили именно такую субсемью. Они были компаньонками и, сперва составляя завещания и намереваясь почить в бозе, вдруг обнаружили новый этап жизни, наполненный новыми впечатлениями, событиями, странами.

Выросшие за железным занавесом, обе дамы открыли для себя громадный мир. Вот и теперь, когда они стояли около ревущего водопада, они громко разговаривали, пытаясь перекричать шум воды. «Страшно подумать, что я умерла бы, не увидев вот этой красоты», – говорила Люда, надевая двое толстых очков одновременно, чтобы разглядеть снопы брызг, поднимающихся от камней и волн.

«Не хочется даже думать, что я не добралась бы сюда», – говорила Галя, опираясь на палочку.

А Мастер с радостью смотрел на них обеих.

Путешествуя по миру, Мастер постоянно наблюдал бодрых пенсионеров в самых разных уголках планеты, которые шагали со «шведскими палками», ехали, плыли, летали… И совершенно не обращали внимания на свой возраст – радовались, как дети! Но это были в основном европейцы, американцы и австралийцы. В последнее время всё больше стало проявляться пожилых туристов из Китая. А вот россиян преклонного возраста можно было встретить редко, и то только в сопровождении… внуков. ☺

Тем особенно ценна была эта пара путешественниц.

Они путешествовали для себя, истинно в СВОЁ удовольствие!

Всё время, которое эти трое могли провести вместе, они провели вместе. Мастер больше слушал, вставляя иногда к месту свои «мудрости», а Люда и Галя без конца рассказывали о своей жизни. Нет, не о той, за железным занавесом. А о той, которую они решили вести, соединив свои женские силы и года воедино, поделив ровно пополам трудности и вдвое увеличив радости.

«Я собиралась уж отправляться в дом престарелых, – говорила Люда. – Стала замечать, что хожу в поликлинику не за помощью, а просто поговорить с людьми, хоть с врачами. Поняла, что съезжаю с катушек. И тут Галин муж»…

«Мне так непросто было решиться переезжать в Черногорию. С домом отдыха (бизнес сына Галя упорно именовала только так) мне уже не справиться, постели я стелить не смогу, убираться тоже. Там руки нужны и те, кто может работать на полную катушку. Людочка меня просто спасла».

«Любовь всегда спасает, какой бы она ни была», – нежно думал Мастер».

– Вы не думайте, мы путешествуем с хорошей страховкой. У нас друг на друга полная доверенность. Если одна из нас помрёт – в той стране решено и оставаться, – рассказывала Галя, и Мастер понимающе кивал, потому что Смерть – это важный Переход в другую Жизнь, и относиться к ней нужно мудро. Вот уж чего не стоило бояться, так это Её. И они не боялись.

А Душа и верно могла выбрать место последнего пристанища своего подопечного Тела.

– Но мы ещё рассчитываем поездить, – добавляла Люда. – Вот, посмотрите… – И дамы, презирая планшеты и прочую электронику, достали исчерканную карту, на которой были нарисованы звёздочки, цветочки и даже пиратские символы.

После поездки дамы всю зиму копили Люде на операцию на глазах. Мастер Видел, что жизненный путь дам не завершился, и с радостным трепетом того, кто постиг великие замыслы Жизни, ждал развития ситуации. Он чувствовал, что такая Любовь к жизни, такая Дружба обязательно принесут им подарки!

Операцию сделали в Европе, и оттуда дамы перебрались в Черногорию, к сыну Гали на реабилитацию. Тот принял бабушек радушно – трое деток, один совсем маленький, истосковались по старшим женским рукам.

Люду, в очках с заклеенными стёклами, водил по ухоженному садику вокруг отеля садовник, отставной моряк. Он был на пять или семь лет моложе Люды… и с каждой прогулкой его прикосновения становились все ласковее и нежнее.

Настал день, когда Галя застала их целующимися на лавочке, точно школьников.

А что такое возраст, если подумать хорошенько?

И что можно школьнику – и нельзя человеку зрелых лет?

Дамы собрали семейный совет с участием всех заинтересованных сторон. Распорядились дорогущим московским имуществом, собрали невесте приданое. А русские женщины во всём мире ценятся!

Дальше – больше. Галя, огорчённая тем, что ей придётся теперь как-то устраивать жизнь одной – ведь Люда была так по-молодому, так неприлично ярко счастлива в своём первом браке! – решила зазимовать в Черногории.

Мастер получал множество фотографий и радовался каждому письму, так как на время холодного северного путешествия вправду искренне полюбил обеих дам.

А любовь – это особенное чувство.

Щедро делясь им друг с другом, а также с окружающим миром, Галя и Люда смогли создать вокруг себя нечто вроде Сферы Счастья. Они начали дарить Любовь и Дружбу по велению души, каждый день, влюбившись заодно в саму Жизнь – а Жизнь всегда платит Взаимностью, и ещё Сторицей.

Любите всё, любите каждый день – и вы попадёте в пространство чудес, в состояние Счастья, которое на самом деле и есть нормальная жизнь человека!

А такое слово, как «поздно»…

Его не существует – это придумка Ума. Забудьте о нём.

Галя начала вдохновенно нянчить внуков, даже не предполагая, что ей может повезти точно так же, как Люде. «Молния два раза в одну корягу не попадает», – смеялась она, отмечая, что мягкий климат Адриатики и отсутствие необходимости носить тяжёлую одежду большую часть года врачуют её суставы, – «я уж побуду бабушкой, не всем же выходить замуж за семьдесят». Но она искренне радовалась, что каждый день видится с Людой и что её Огнен ничуть не возражает против Дружбы дам и даже, наоборот, гордится. И, как раньше, он идеально ухаживал за садиком при отеле сына Гали и за своим собственным, вокруг крохотного домика, в котором поселился с Людой.

И вот однажды к нему приехал бывший товарищ, Дарко.

Нет, конечно, в зрелом возрасте стихийности и совпадений намного меньше, чем в юные годы, когда человеком тело управляет сильнее и активнее, чем голова. Огнен слал Дарко фотографии и обрисовал ситуацию. Дарко, давний поклонник России, просто мечтал побывать там. И когда Галине потребовалось по делам полететь на Родину, её сопровождала уже не Люда, а Дарко.

Мастер ликовал.

Такая трансформация жизни двух дам вдохновила на более активное творчество для этой категории женщин. И не только женщин, мужчин тоже – он сам также перешёл во Вторую Зрелость, которая начинается после шестидесяти.

Для этой категории он создал специальную образовательную программу, подтолкнул государственное образование пенсионеров. Стали создаваться и частные центры. Как говорится, «процесс пошёл».