Сознавание - Дэниэл Дж. Сигел

Иногда сцены получались такими смешными, что мы животы надрывали от хохота. Казалось, волны юмора пронизывали нашу 3П-диаграмму без всякой закономерности, вовлекая наши умы, тела и всех нас. Искренний смех, рождающийся в поле вероятностей, помогает принять спонтанные проявления жизни, прокатиться по волнам плато и пиков с удивлением, шоком и недовольством, когда волна швыряет вас в новом направлении. А затем энергия неожиданности высвобождается в поле – источнике смеха. Смех – наш ключ к свободе. Он позволяет нам скинуть оковы ожиданий и прогнозов.

Юмор – дело серьезное.

Перед смертью мой отец, который к тому времени уже восемнадцать месяцев был прикован к постели, спросил меня, близок ли он к концу. Я прислушался к его дыханию и присел на край кровати. Я был убежден – да, он на пороге смерти. Я взял его руку, и у нас состоялся разговор, который я никогда не забуду.

– Что мне делать? – спросил он.

Я ответил, что, если он хотел бы кому-то что-то сказать, прежде чем уйти, сейчас самое подходящее время.

– И куда же я попаду после смерти?

Отец был очень волевым, независимым, далеким от любых верований человеком. Дипломированный инженер и убежденный материалист, он на все смотрел с точки зрения науки. Это его слова, не мои. Он крайне негативно реагировал, когда кто-то из близких выражал точку зрения, отличавшуюся от его и, как он всегда в таких случаях говорил, «неправильную».

Представьте, как я нервничал, когда решился ответить на его экзистенциальный вопрос, так как не исключал, что это мог быть наш последний разговор. Я ответил, что не знаю наверняка, что случается с человеком после смерти, и тогда отец спросил, что я думаю об этом. Я поведал ему о своих мыслях.

Я сказал, что за четверть века работы психиатром я не встретил ни одного человека, которого бы волновал вопрос, что с ним было до рождения.

Отец был заинтригован, и я продолжил.

Если представить миллиарды сперматозоидов и миллионы яйцеклеток, благодаря слиянию которых он мог появиться на свет, а потом подумать о том, что он зародился из одного сперматозоида и единственной яйцеклетки из всего этого разнообразия, тогда он – не что иное, как конкретное проявление, возникшее в море потенциала или в поле вероятностей.

– Допустим, – сказал он, внимательно слушая.

И вот у тебя есть всего лет сто, которые ты можешь прожить в своем теле, физической оболочке, появившейся из бесформенного моря бесконечных вариантов. Это и есть твоя жизнь. Это и есть данная тебе возможность. А когда умираешь, может быть, просто возвращаешься туда, откуда пришел, – в поле вероятностей.

Он посмотрел на меня, и его лицо стало безмятежным, впервые за долгое время. Возможно, я вообще первый раз видел его таким.

– Это очень успокаивает. Спасибо, – сказал он.

Мы продолжали держаться за руки. Он лежал в постели, и мы говорили о разных вещах. Это был наш последний разговор.

Жизнь в поле вероятностей – словно танец божественного вдохновения, освобождающий нас, наполняющий благодарностью за чудесное пребывание в этом мире. Да, мы рождаемся в теле, и, если повезет, у нас есть лет сто, чтобы станцевать свой танец. У нас есть разум, частично соотносящийся со стрелой времени, существующей по ньютоновским законам реальности. Это истина, которую принимал даже мой отец-материалист. Но одновременно наш разум свободен от стрелы времени, так как мы существуем вне времени, ощущая вечную свободу в поле вероятностей.

Ясность и умиротворение на лице отца в последние часы его жизни были для меня величайшим даром. Сейчас это вызывает у меня улыбку и наполняет радостью все мое существо. Поле вероятностей совмещает радость случайностей и совершенно разные реальности, время и вечность, физическое и бесконечное, конкретное и бесформенное. Да и как бы мы могли наслаждаться жизнью, если бы не осознавали неминуемость смерти? Знаю, это не кажется таким уж смешным, но именно на этом и строится реальность.

Так почему бы над этим не посмеяться?

Как-то мы вместе с Дианой Акерман, Джоном Кабат-Зинном и нашим хорошим другом Джоном О’Донохью вели мастер-класс под названием «Сознание и момент». Тогда никто из нас не подозревал, что вскоре Джон покинет этот мир. В конце трехдневного мероприятия одна из участниц с отчаянием просила нас объяснить, зачем мы помогаем ей становиться более открытой и сочувствующей, если мир полон боли и страданий. Мы задумались над ее словами, и вот что я вспомнил. Однажды я присутствовал на встрече с его святейшеством далай-ламой. На вопрос, как ему удается оставаться радостным в мире, полном хаоса, далай-лама моментально и мудро ответил, что остается радостным и находит свет в каждом дне не потому, что мир полон страданий, а вопреки этому. И если мы не будем поддерживать внутреннюю способность радоваться и смеяться, то страдания мира возьмут над нами верх.

Это и привилегия, и ответственность – находить поводы для радости, осознавая всю боль и опасности, которыми наполнен мир, и свою потребность в служении планете.

Если мы не найдем место для юмора и смеха, оказавшись перед лицом трудностей, которые выпадают нам на жизненном пути, то просто захлебнемся от отчаяния. И если радость и смех, благодарность и любовь рождаются в поле вероятностей, то именно там мы должны находить силы и энергию, чтобы поддерживать единство со всем миром. Давайте вместе отыщем это поле вероятностей, найдем поводы для искреннего смеха и радости, для любви и присутствия нашего коллективного разума.

Лидерство, любовь и поле вероятностей

Жизнь в поле вероятностей делает нас хозяевами своей судьбы. Вслед за другими учеными Артур Зайонц, сторонник научного подхода к медитации, использует термин, который мне очень нравится, – всеобъемлющее лидерство. Я рассказал Артуру о Колесе сознавания, и он оценил идею 3П-модели. Артур поделился своей удивительной точкой зрения на любовь и лидерство. Она заключается в том, что от того, как мы управляем своей внутренней жизнью, зависит, можем ли мы изменить что-либо в этом мире. Интеграция начинается с себя, с того момента, когда мы берем на себя ответственность и стараемся жить согласно этическим и человеческим ценностям.

С точки зрения сознавания и поля вероятностей понятно, как каждый из нас может проникать в ось своего Колеса и жить в настоящем, ощущая все невероятные возможности.

Перед обществом стоит много проблем. Одна из них связана с тем, что мы унаследовали способность к выживанию, связанную с учетом внутригрупповых различий. Если нам что-то угрожает, мы склонны изолироваться от тех, кого не считаем членами своей группы. Исследования мозга показали, что таким образом мы блокируем нейронные связи, отвечающие за сострадание, ограничиваем свой потенциал майндсайта, ослабляем эмпатию и перестаем уважать уникальную природу каждого члена общества. Это ведет к утрате добрых намерений и заботы. Так мы можем потерять и способность к интеграции. Хорошие новости в том, что, хотя мы в силу своей человеческой природы и тяготеем к ограничению круга общения с такими же, как мы, исследования подтверждают, что культивирование сознавания и сострадания помогают расширить этот круг и ослабить скрытые предубеждения, разделяющие нас. Каким образом? Да просто погружаясь в поле вероятностей. Там мы можем почувствовать связь друг с другом за счет того, что плато предубеждений, формирующее противостояния групп, находится выше поля вероятностей. Пребывая в настоящем, сознавая, освобождаясь от древней привычки игнорировать тех, кто не похож на нас, мы способствуем единению всех живых существ на планете.