Не кормите обезьяну! - Дженнифер Шеннон

Давайте более подробно рассмотрим циклы беспокойства, из-за которых мы застреваем на мышлении обезьяны.

Ненависть Марии к неопределенности

Мария все время беспокоилась, что ее гиперчувствительность – причина серьезной болезни, и поэтому избегала лишней активности. А из-за малоподвижного образа жизни у нее появилась предрасположенность к большему количеству заболеваний. Особенно ее пугала боль в груди. Опасаясь сердечного приступа, она при малейшем недомогании вызывала «скорую помощь» или обращалась к врачу. Но оказывалось, что это лишь растяжение мышцы или небольшая судорога, которая проходит сама по себе.

Сколько бы раз ни повторялся этот сценарий, беспокойство Марии только увеличивалось. Она воспринимала свое тело как врага, и ей в нем было очень некомфортно. Внутренняя обезьяна Марии изо всех сил старалась предупреждать ее об очередной возможной угрозе и даже работала сверхурочно. И каждый раз, реагируя на поданный ею сигнал тревоги, Мария все больше паниковала. Походом к врачу она лишь подтверждала предостережение внутренней обезьяны, тем самым вознаграждая ее спелым бананом. Безукоризненная логика ее обезьяны: «Именно благодаря тому, что я предупредила Марию о возможности сердечного приступа, она обратилась к врачу и таким образом предотвратила его!»

Цикл беспокойства Марии завершен и готов к новому витку. И вот как он выглядит:

И конечно же, Мария не только кормила свою внутреннюю обезьяну, но и думала вместе с ней. Логика обезьяны диктовала ей, что делать: «Я позвонила в “скорую помощь” и убедилась, что все хорошо, поэтому мое сердце в порядке». И каждый виток ее цикла беспокойства лишь усиливал сценарий «Я должна быть уверена» и одновременно укреплял мышление обезьяны.

Мария хочет быть уверена, что здорова. А в чем вам нужно чувствовать себя уверенным?

Перфекционизм Эрика

Эрик все время беспокоился о том, чтобы выглядеть достойно в глазах других. Он думал, что должен быть просто идеальным, чтобы считаться хорошим руководителем своей компании и чувствовать себя принятым социумом, и поэтому у него было много сомнений. Отличный пример – ситуация, когда ему нужно было решить, с каким поставщиком программного обеспечения заключить договор. И поскольку все рассматриваемые им производители предлагали эффективный инновационный продукт, он понимал, что всем сотрудникам придется его изучить, а значит, ему никак нельзя ошибиться в выборе, чтобы не потерять свой престиж в компании. Для его внутренней обезьяны эта ситуация представляла угрозу. Если он выберет программное обеспечение, которое окажется слишком сложным или же оно не будет работать должным образом, его обвинят в непрофессионализме и перестанут уважать.

Охваченный беспокойством, Эрик работал сверхурочно, досконально изучал все предложения, подробно расспрашивал представителей поставщиков и анализировал полученную информацию. Даже после нескольких месяцев сверхурочной работы и возрастающего количества вопросов от нетерпеливых сотрудников Эрик никак не мог принять решение.

Он попал в цикл беспокойства. Каждый раз, когда он думал о новом программном обеспечении, его внутренняя обезьяна подавала сигнал об опасности, нажимая на кнопку тревоги. «Ты должен сделать правильный выбор!» И вместо того, чтобы наконец определиться, Эрик звонил представителю очередной компании, делал еще несколько исследований или составлял список плюсов и минусов каждого предложения. Когда он был поглощен этими занятиями, избрав стратегию безопасности, его беспокойство снижалось, по крайней мере, на время, и кризис ослабевал.

Однако стратегия безопасности Эрика не только не позволяла ему сделать идеальный выбор, он вообще не мог прийти к какому-либо заключению. И каждый раз, откладывая принятие решения в ответ на сигнал тревоги своей внутренней обезьяны, он лишь кормил ее и программировал на подачу сигналов тревоги в будущем. Тем самым Эрик усиливал и свое перфекционистское мышление. Логика его обезьяны: «Поскольку я отложил принятие решения, то не сделал ошибку, и теперь я в безопасности».

Вот как выглядит цикл беспокойства Эрика:

Гиперответственность Саманты

Саманте цикл беспокойства причинял душевную боль. Воспринимаемая ею угроза была реальной. Ее единственный сын был алкоголиком и в любой момент мог потерять работу, семью и жизнь. Вряд ли найдется мать, которая в подобной ситуации сможет сохранять спокойствие. Но Саманта жертвовала собой, чтобы спасти сына, – тратила все сбережения на оплату его счетов и пребывание в реабилитационных центрах. От всего этого у нее поднималось давление, она плохо спала. Врач порекомендовал ей заботиться о себе, иначе она больше не сможет быть полезна другим.

И тут возникает вопрос: почему спустя тридцать лет после рождения сына Саманте все еще был присущ такой высокий уровень материнской заботы? Чтобы ответить на него, давайте рассмотрим часто повторяющуюся угрозу в жизни Саманты. Когда она долгое время не получала известий от сына, в ее воображении возникали ужасные картины: например, что он лежит без сознания на холодном полу, весь в крови. Эти страхи являются совершенно нормальными, вполне безобидными, но вовсе не свидетельствуют о том, что жизни ее сына что-то угрожает.

Но как только внутренняя обезьяна видит эти страшные сцены, она тут же подает сигнал об опасности, и Саманта впадает в панику. «А что, если с ним что-то случилось, и ему нужна медицинская помощь? Если я не предприму никаких действий, он умрет». После таких мыслей она сразу звонит сыну. Услышав его голос (даже если он чем-то раздражен или не может долго разговаривать), она успокаивается и чувствует, что снова может дышать. Теперь, когда она знает, что с ним все в порядке, она может больше не волноваться. Это стратегия безопасности Саманты.

Кризис позади или, правильнее сказать, на время отложен. Позвонив сыну, чтобы убедиться, что он жив и здоров, Саманта сообщает своей «умственной обезьяне», что ее восприятие угрозы реально: ее сын в самом деле может потерять сознание и лежать где-то в луже крови. И она говорит своей обезьяне: «Спасибо за предупреждение! Заставляя меня беспокоиться, ты привлекла мое внимание к ситуации, и это спасло моего сына. Не забудь сделать то же самое в следующий раз, когда мне в голову придет подобная мысль!»

Вот как выглядит цикл беспокойства Саманты:

Кормление обезьяны возобновляет цикл беспокойства, и каждый его виток не только усиливает восприятие угрозы, но и укрепляет мышление обезьяны. Логика обезьяны – «Мой сын жив, потому что я позвонила ему» – поддерживает убеждение Саманты в том, что она несет ответственность за его жизнь.