Обычное дело - Кирилл Юрьевич Аксасский

Ястребов (глядя в газету). Милочка, граничные условия такие: даты – в пределах июля; длительность – максимум полмесяца; общая сумма расходов на всё путешествие – в пределах миллиона рублей.

Жена (тычет пальчиками в планшет). Сейчас посмотрим. Павлик, а твои пожелания по направлениям, по каюте?

Ястребов (глядя в газету). Направления смотри, естественно, такие, чтобы было что-то новое для нас, каюта исходя из суммы расходов, но обязательно с окном на море.

Жена. Wow! Можно из Токио в Сан-Франциско!

Ястребов (переворачивает страницу газеты). До Токио сначала лететь полсуток, а потом пилить через весь Тихий океан. Тяжело и скучно. Не пойдёт.

Жена (тычет пальчиками в планшет). Ну, вот тогда по Средиземноморью. Но не так, как мы два года назад плавали вдоль побережья, а специально по всем большим известным островам. Как тебе?

Ястребов (глядя в газету). В принципе интересно, но в июле очень жарко там будет. Давай как-нибудь в сентябре. Я расписание занятий под это, думаю, что смогу сдвинуть, если заранее учебную часть напрягу.

Жена (тычет пальчиками в планшет). Так, норвежские фьорды и т.д. уже было. Паш, а через Атлантику слабо?

Ястребов (переворачивает страницу газеты). Милочка, ты фильм «Титаник» помнишь? Не хочу, я весь круиз буду его вспоминать.

Жена (тычет пальчиками в планшет). Фу, Павлик, какой ты… Ладно, вот это тебе точно понравится. «Вокруг Британии» называется. 15 дней с перелётом в Лондон. В деньги вписываемся. А, что скажешь?

Ястребов (глядя в газету). Хм-м, и правда, нравится. Про маршрут поподробнее скажи.

Жена. В Лондоне получается три дня в общей сложности, Дублин – два дня, Эдинбург – два дня. Ливерпуль, Белфаст – по дню. Другие слова тут мне незнакомые, рыться надо, не хочу уже.

Ястребов (складывает газету и бросает её на прикроватную тумбочку, снимает очки, кладёт их в футляр, а футляр – на тумбочку.) Утро вечера… С этой идеей надо переспать, Милочка. Времени ещё достаточно. (Выключает свою лампу, съезжает под одеяло из сидячего положения в лежачее.)

Жена. Мудренее, мудренее… (Выключает планшет, кладёт его на свою прикроватную тумбочку, выключает свою лампу и тоже съезжает под одеяло из сидячего положения в лежачее.) Только с идеей? (Зевает.)

Ястребов (поворачивается к жене и обнимает её). Милочка, уже семь лет, как ты моя главная идея. Так что за находку «Вокруг Британии» благодарность моя будет… (Целует жену и нависает над ней.) Представь, что мы на пути в Дублин, и нас покачивает на волнах…

Картина четырнадцатая

На электронных часах задника 23–17. Прихожая в квартире Юрия Васильевича Наивина. Звонят во входную дверь. Выходит Наивин и открывает дверь. Входит Оксана, племянница Наивина.

Наивин. Оксаночка, наконец-то. Я уже начал волноваться.

Племянница. Дядь Юр, к трем человекам пришлось повторно заезжать, их сначала дома не было.

Наивин. Как же так, со всеми ведь созванивался и просил специально…

Племянница. Ничего страшного, на машине же нетяжело. Просто поэтому и времени больше ушло.

Наивин. Что же мы тут стоим-то. Проходи, я тебя чаем хоть напою.

Племянница. Нет-нет, уже поздно. Дома поужинаю – муж ждёт, он без меня не ест, когда сам готовит. Хочет, чтобы я его непрерывно в процессе хвалила.

Наивин. Надо же, он ещё и готовит у тебя.

Племянница. Да ещё как вкусно, у-у-у. Как-нибудь тебя специально приглашу убедиться лично. (Достаёт из женской сумочки несколько листов формата А4, свёрнутых пополам, и протягивает их Наивину.) Вот, тут всё как ты просил. Я за каждым внимательно следила, когда они паспортные данные в таблицу вписывали. Так что полная гарантия.

Наивин (берёт листы). Ну, спасибо, Оксаночка, выручила.

Племянница (смеётся). You are welcome, my dear uncle! Что ж тебе на такси что ли объезжать десять адресов – сам же не рулишь.

Наивин (тоже смеётся). You are very good girl! Ладно, спокойной ночи. Э-э-э, сначала приятного аппетита! И привет твоему кулинару.

Племянница. Спасибо, передам. (Уходит.)

Картина пятнадцатая

На электронных часах задника 23–35. Тесная спальня в квартире Валентины Александровны Сорокиной. У задней стены с окном стоит простая двуспальная кровать, на ней одеяло и две подушки у окна. Справа от кровати стоит детская кроватка-качалка. На кровати сидит в трусах и майке Митя, муж Сорокиной, и качает кроватку. Слева от кровати стоит стол, заваленный книгами и бумагами, на столе стоит горящая настольная лампа. За столом на табуретке сидит Сорокина в ночной сорочке с красным фломастером в правой руке, перед ней стопка листов, которые она просматривает и что-то в них иногда подчёркивает фломастером.

Сорокина (не отрываясь от бумаг). Что-то он вторую ночь плохо спит – по несколько раз просыпается.

Муж. Не знаю, всё нормально вроде: и с едой, и на горшке. (Запевает песню В. Дашкевича на слова Ю. Кима из кинофильма «Бумбараш».) «Ходят кони над рекою, ищут кони водопою…»

Сорокина (хихикает, не отрываясь от бумаг). Ну и колыбельные у тебя, Митя. Сначала «Сиреневый туман», потом «Семь тысяч над землёй», а теперь ещё и кони.

Муж. Какие знаю песни, такие и пою. «А к речке не идут, больно берег крут…» Мишка, между прочим, под эту быстрее всего засыпает. Ты скоро? Напоминаю, договаривались на «пока я его не засну».

Сорокина (не отрываясь от бумаг). Мне надо обязательно хотя бы предлагаемые изменения в городском бюджете изучить, иначе какой я к чёрту депутат, если даже бюджетом не занимаюсь всерьёз.

Муж. «Ни ложбиночки пологой, ни тропиночки убогой…». Там у вас в думе кто-нибудь ещё кроме тебя чем-нибудь всерьёз занимается?

Сорокина (не отрываясь от бумаг). Занимаются, да ещё как! Только надо понимать – в чьих интересах.

Муж. «Как же коням быть? Кони хочут пить». И в чьих же?

Сорокина (не отрываясь от бумаг). Да кто в чьих! Но большинство в своих, маскируя их под общегородские.

Муж. «Вот и прыгнул конь буланой с этой кручи окаянной…» Что-то я за эти три года своего интереса не разглядел в твоей кипучей деятельности. Хорошо маскируешь?

Сорокина (не отрываясь от бумаг). Это неудивительно. Есть у нас в думе несколько дурачков и дурочек. Я одна из них.

Муж. «А синяя река больно глубока». Ну, не знал, что на дурочке женюсь. Всё, заснул. Валь, ты скоро?

Сорокина (поворачивается к Мите и виноватым голосом отвечает). Мить, вот уже три листочка