Избранное - Иван Буковчан

Л у и д ж и (смотрит ей вслед). Что она сказала?

Д о н ь я  Д о л о р е с (тихо). Она тысячу раз благодарит вас, мистер Ломбарди. (Опустив голову, уходит вслед за дочерью.)

Явление шестое

Л у и д ж и  и  н а д з и р а т е л ь.

Луиджи ложится навзничь на койку. Беззвучно, словно привидение, входит старый  н а д з и р а т е л ь.

Л у и д ж и (смотрит в потолок). Собственную дочь привела мне в постель.

Н а д з и р а т е л ь. Знаю. Слушал за дверью.

Л у и д ж и. Видишь, мог заполучить королеву красоты… (Бормочет.) Вместе с мамашей.

Н а д з и р а т е л ь. Моя старуха тоже как-то получила первый приз… За ванильный пудинг. (Пожимая плечами.) Должен признаться, мне он не понравился…

Л у и д ж и (помолчав). Люди считают, что все можно продать и все можно купить… Почему они так считают, Митчелл?

Н а д з и р а т е л ь (задумчиво). Я об этом что-то никогда не думал. Когда разберусь — скажу.

Л у и д ж и. Оставь меня. (Поворачивается на бок.) Спать хочется.

Н а д з и р а т е л ь. Не выйдет. К тебе еще посетители.

Л у и д ж и. Еще?! (Вскакивает.) Кого там еще черт принес?

Н а д з и р а т е л ь (пожимая плечами). Какой-то с портфелем.

Л у и д ж и. Ладно, давай! Пусть только войдет — сразу вышвырну вон, вместе с портфелем.

Надзиратель уходит.

Явление седьмое

Л у и д ж и  и  Ф р э н к  М о р р и с.

Тихо появляется человек в черном костюме, у него несколько бледное лицо, в руке черный портфель; с ним словно входит что-то безликое и роковое.

Л у и д ж и (разъяренно). Уже ничего нет! Все роздал! Сердце продано!

М о р р и с (учтиво). Добрый день. Вы всех так встречаете?

Л у и д ж и. Что вам надо? Катитесь отсюда!

М о р р и с. Я хочу познакомиться с вами, Ломбарди.

Л у и д ж и. Все хотят со мной познакомиться. Вдруг сразу всем стало невтерпеж… Убирайтесь все к чертовой матери! Все!

М о р р и с (спокойно). Но не все могут написать о вас книгу.

Л у и д ж и. Какую книгу, черт возьми?

М о р р и с. Историю вашей жизни, Луиджи Ломбарди. Меня зовут Фрэнк Моррис. Я хочу написать хорошую книгу.

Л у и д ж и. Меня это не интересует. Пишите хоть телефонный справочник.

М о р р и с (не обращая на него внимания). Я ничего не утаю. Ни хорошего, ни плохого. Я просто опишу вашу жизнь — как она началась… и как кончится…

Л у и д ж и (насмешливо). Так вам уже известен и конец?

М о р р и с (колеблется). А вам… нет?

Л у и д ж и. Не пишите. Конец ее будет совсем не такой, как вы думаете.

М о р р и с. История жизни пишется сама собой. Мое перо ничего не может в ней изменить.

Л у и д ж и. Ну и выкиньте его тогда в нужник. И потом, что, собственно, вы собираетесь писать? Вы же меня совсем не знаете!

М о р р и с. Здесь, у меня в портфеле, уже почти все о вас. (Вынимает пачку исписанных листков.) О том, как некий Луиджи Ломбарди открыл Америку… Ему пятнадцать лет, он юнга… помощник кока… потом — ночной сторож… уличный певец… вышибала… мусорщик и так далее… Вы почти двадцать раз меняли работу…

Л у и д ж и. Чаще у меня вообще не было никакой работы!

М о р р и с. А кончили как гангстер. И дважды убийца.

Л у и д ж и. Убийство не имеет отношения к моей работе. Это мое личное дело! (Угрожающе.) И потом, было одно убийство! Слышите — одно! Зарубите это себе на носу!

М о р р и с. С вашей точки зрения — одно. А с точки зрения закона — два.

Л у и д ж и. Плевать мне на его точку зрения. Я такой, каков есть. У меня свой закон… и свои муки! Я родился и вырос под сицилийским солнцем, мистер Моррис. Оно светило над моей колыбелькой. Я такой, какой есть, и другим быть не могу!

М о р р и с. Тогда почему же вы не остались на Сицилии? Под ее солнцем?

Л у и д ж и (враждебно). А вам какое дело? Оставьте меня в покое!

М о р р и с (спокойно листает бумаги). Я хочу рассказать о вашем детстве. Начать с вашей сицилийской колыбели.

Л у и д ж и. Но вы же ни черта об этом не знаете!

М о р р и с. Кое-что знаю. Я уже побывал в Фулминии.

Л у и д ж и. Вы? (Поражен.) В. Фулминии?! На моей родине?!

М о р р и с. Вернулся неделю назад.

Л у и д ж и. Подумать только — он был в Фулминии! Что же вы сразу не сказали?! (Фулминия — это магическое слово, ключ к сердцу Луиджи. Он улыбается, горячо пожимает руку Моррису.) Зовите меня просто Луиджи… Фрэнк! Что там нового? Рассказывайте скорее! Господи! Я не был там тридцать лет!

М о р р и с. Я не уверен, что Фулминия принадлежит к числу тех мест, где может произойти что-то из ряда вон выходящее.

Л у и д ж и (горячо). Это лучшее место на свете! Она мне снится по ночам… И сегодня я видел Фулминию во сне.

Звучат тихие аккорды гитары. Баркарола.

В голубом заливе, окруженном стеной белых скал… там, куда не ступала нога человека… умывалось на заре солнце. Одинокий фавн еще дремал в оливковой роще…

М о р р и с. Фавнов я там не видел. И оливковых рощ тоже. Их вырубили в войну.

Л у и д ж и (помолчав, тихо). Знаю. Но они остались в моей памяти. (Прикрыв глаза.) Даже сейчас я слышу, как шелестит под знойным ветром листва олив.

Баркарола затихает. Моррис делает какие-то пометки на своих листках.

Л у и д ж и (живо, самодовольно). Ну а что говорят обо мне мои земляки?

М о р р и с (нерешительно). Боюсь, что…

Л у и д ж и. Что-что?..

М о р р и с. Они вряд ли интересуются такими…

Л у и д ж и. Вы хотите сказать, что я их не интересую? (Уязвлен.) Но газеты же они читают?

М о р р и с. Кажется, им хватает других забот… Жизнь там нелегкая…

Л у и д ж и. Я не верю, что они обо мне не думают! Ясное дело, чужому они этого не покажут… наши не верят чужакам. (Несколько успокоившись и повеселев.) Madonna mia! Вся Фулминия перевернется вверх дном, когда туда придут деньги! Как жаль, что я не увижу этого!

М о р р и с. Какие деньги?

Л у и д ж и (улыбаясь во весь рот). Ну, не обязательно же обо всем писать в вашей книге, Фрэнк.

М о р р и с. Я хочу, чтобы это была хорошая, правдивая книга. И вы должны мне помочь, Луиджи.

Л у и д ж и. Кто знает Фулминию — тот мой друг. Спрашивайте, что хотите.

М о р р и с (поколебавшись). Скажите, что в самом деле была… такая большая любовь? И действительно, с первого взгляда?

Л у и д ж и. Да, так оно и было. (Хмурится. Ворчливо.) Надеюсь, у вас есть и более приятные вопросы.

М о р р и с. Газеты утверждают, будто ваше знакомство произошло в сомнительном ночном клубе. Это правда?

Л у и д ж и. Чушь! Мы встретились случайно, в магазине. В руках у нее были черные тюльпаны. А у меня — зеленый салат.

М о р р и с (пишет что-то). Значит, она не занималась стриптизом? В ночном клубе?

Л у и д ж и. Она? Что вы! Для такого занятия фигура у нее совсем неподходящая. (Равнодушно.) Ноги кривоватые — дугой. И глаза косят малость… Иной раз и не поймешь, куда она глядит.

М о р р и с. И все же вы в нее так…

Л у и д ж и. Эх вы, умник! Ну покажите-ка мне хоть одного мужика, который