НаследЬница - Илья Владимирович Остапенко

— Мамочка, ты ли это? — с улыбкой воскликнула Марина Павловна.

— Вау, бабуля! Где ты достала GUESS? — восторженно спросила Юлия.

— Где-где? В Караганде! — ответила Ирина Викторовна. — В молле новом, в бутике «Мультибренд», конечно же.

— Ну вы и красотка! — восхищенно добавил Вячеслав Викторович.

— Ладно, вы мне зайти дадите? — продолжила бабуля. — Сашенька, заноси коробки, не стой там, — сказала она водителю «майбаха», и они зашли в дом, положив многочисленные коробки и пакеты на пол в холле.

— Это я вам подарочки привезла, — пояснила Ирина Викторовна.

— Да, подарочки?! — обрадовались члены семьи.

— Ну проходи, мама, сейчас накроем на стол, — сказала Марина Павловна.

— Ой, спасибо, дочка, я не голодна — только-только из ресторана, — ответила бабуля.

— Бабушка, а где ты взяла деньги на все это? — спросил Евгений. — Ты же еще не вступила в наследство.

— Да вот решила обналичить чек этот, на пятьдесят тысяч евро, тот самый, что на расходы, — ответила Ирина Викторовна. — Это же тоже расходы. Мы с нотариусом прикинули — там на все и так хватит, еще и останется половина, и я захотела побаловать себя и вас, мои дорогие.

Бабушка зашла в зал, села в кресло, достала новый айфон и принялась показывать фото с концерта Стаса Михайлова.

— Вот мы с Серафимовной на выступление ходили. Потрясающе! Стасик такой милый, а как поет — бог просто! — стала рассказывать Ирина Викторовна.

Все с изумленными лицами обступили ее, чтобы получше рассмотреть снимки.

— У тебя новый айфон? — удивилась Юлия.

— Да вот решила поменять телефон, на нем такие красивые фото получаются, а мой старый, Женин бывший телефон, совсем плохенький был, снимки размазанные, нечеткие выходили, — пояснила бабуля. И продолжила: — Ну ладно, присаживайтесь. Женя, распаковывай коробки, теперь буду и вас радовать.

И Женя принялся разбирать пакеты, в которых находились многочисленные подарки для всех членов семьи. Это были и дорогие вещи, и разные офисные принадлежности, ручка «Паркер» для Вячеслава Викторовича, модная одежда для Юлии и Марины Павловны, кожаный чемоданчик для Евгения и много разных приятных мелочей. Все радовались как дети.

— Спасибо, бабуля! — восторженно повторяли домочадцы. Успокоившись, они присели на диван.

— Ну, бабуля, ты нас и удивила! — говорил то один, то другой родственник Ирины Викторовны.

— Да, спасибо, мои дорогие! — отвечала бабуля. — Надо брать от жизни все, тем более мое самочувствие не из лучших, была у врачей на неделе, провела обследование, по совету Славы, спасибо тебе, Слава, кстати.

Вячеслав мило улыбнулся в ответ, понимающе кивнув.

— Так вот, — вновь заговорила Ирина Викторовна. — Результаты обследования неутешительные, моя хроническая болезнь обострилась и сильно прогрессирует. Врач сказал, долго не протяну, хотя и не назвал точных сроков. Даже с моими новыми финансовыми возможностями он ничего особо сделать не сможет, максимум — обезболить меня в случае необходимости и немного продлить мою жизнь. Вот так, мои дорогие.

— Как печально, бабуля… — начали расстраиваться все члены семьи.

— Может, все-таки можно будет что-то сделать, когда в Германию поедем с тобой? Там обратимся к врачам, там же такая медицина, одна из лучших в мире, — предложила Марина Павловна.

— Да, по поводу Германии: я поеду туда с моим нотариусом, он обо всем позаботится, — сказала бабуля. — Мы уже с ним все обсудили, тем более у вас так много дел, не хочу вас отвлекать от них.

— Да, что ты, бабуля, главное — твое здоровье, — наперебой заговорили все родственники.

— К тому же я не была в Германии! — восторженно добавила Юлия, любуясь новыми вещами.

— Не нужно, мои дорогие, не хочу вас отвлекать, — решительно произнесла бабуля. — Тут вот какое дело: я подумала и все тщательно взвесила за эти дни.

— Что взвесила? — всполошились Ивановы.

— Я так же, как и Герхард, хочу оформить завещание, раз уж мои дни сочтены, — ответила Ирина Викторовна. — Хочу подготовить его со своим нотариусом и оставить все… — Бабуля задумалась.

Все замерли в ожидании — кого же именно назовет Ирина Викторовна. Каждый улыбался, думая, что сейчас прозвучит его имя.

— Хочу завещать все тому, кто будет лучше других относиться ко мне, — заявила бабуля. И лица ее родственников тут же поменялись: теперь они смотрели на бабушку с полным непониманием.

— Мы что, плохо к тебе относились, мама? — первая с удивлением спросила Марина Павловна.

— Бабушка, ну ты чего? — в один голос воскликнули Женя и Юля.

— Мы же тебя любим. А продукты, что я тебе покупал? — напомнил Женя.

Один Вячеслав Викторович стоял и задумчиво молчал.

— Да, — продолжила бабуля, — мне кажется, что вы недостаточно хорошо и внимательно ко мне относились в последние годы, а особенно в этом месяце, такого я не ожидала от вас. И это мое окончательное решение. Я тщательно проработала этот вопрос со своим нотариусом и в последние дни своей жизни скажу ему, чье имя нужно будет внести в уже составленное нами завещание. Так что — вот так. Ладно, мне ехать пора, дети мои, меня там Серафимовна ждет, будем в лото играть с соседями, я им стол сегодня накрываю. Юленька, внученька, вызови мне, пожалуйста, лухари-такси «Майбах», — с ударением на второй слог сказала бабуля.

Когда Ирина Викторовна уехала домой, члены семьи, помолчав несколько минут, принялись обсуждать услышанное.

— Вот бабуля чудит, — сказал Женя, — я лично не собираюсь перед ней приплясывать.

— Да я тоже, — буркнула Юлия.

— Ну конечно, мы не будем перед ней пресмыкаться, будем, как и раньше, дарить ей нашу любовь