Амнезия - Камбрия Хеберт

Я вскочил на ноги, едва при этом не споткнувшись, и начал озираться по сторонам. Через двор бежала Амнезия, оставшаяся незапертой задняя дверь дома хлопала на ветру.

— Эм! — воскликнул, бросаясь к ней.

«Она вернулась».

Амнезия споткнулась и упала на колени. Снова прокричав ее имя, я побежал быстрее, но девушка поднялась, и как ни в чем не бывало, помчалась вперед.

Когда она оказалась достаточно близко, я развернул ее против ветра и прижал к себе. Амнезия лишь на мгновенье расслабилась в моих объятьях, а потом снова напряглась и отстранилась.

— Эм, прости меня. Я…

— Я кое-что вспомнила, Эдди, — торопливо перебила она.

Я медленно моргнул, пытаясь осознать услышанное.

— Вспомнила? — прошептал я, чувствуя, как внутри все переворачивается.

— Это было…

Амнезия вдруг замолчала и опустила голову.

Решив рискнуть, я подошел ближе и приподнял ее подбородок, чтобы заглянуть в глаза. На этот раз девушка не отстранилась, возможно, просто не заметила моих действий, мысленно находясь не здесь. Амнезия потерялась где-то среди воспоминаний, заполняющих ее разум.

— Это было ужасно, — призналась девушка, на глазах у нее выступили слезы и полились по щекам. — Мэгги хотела, чтоб я рассказала ей. Она пыталась заставить меня остаться и поговорить… — У Амнезии перехватило дыхание.

Я подавил желание заключить ее в объятья.

Широко открытые карие глаза смотрели прямо в душу.

— Мне нужен был ты.

— Я здесь, — заверил, наконец, сдаваясь и обнимая Амнезию за плечи. Она спрятала лицо у меня на груди. Ее плечи подрагивали. — Я с тобой.

Не сказав больше ни слова, развернул нас так, чтобы спиной закрывать Амнезию от порывов холодного ветра, дующего с воды.

Прошло немало времени, прежде чем девушка отстранилась от моей груди, вытерла слезы и посмотрела на меня. У нее были влажные волосы.

Я нахмурился.

— Пойдем в дом. Здесь холодно.

Она отрицательно покачала головой.

— Нет. Хочу остаться здесь. На меня давят стены.

— Что ты вспомнила, Эм? — спросил я, страшась ответа.

— Я вспомнила свое имя, Эдди.

Я непроизвольно напрягся, впиваясь в нее хищным взглядом, словно орел, заприметивший добычу.

— Что?

— Я рассказала Мэгги, — стала объяснять она дальше, — и она почему-то расплакалась.

Не соображая, что делаю, я схватил ее за плечи и слегка встряхнул.

— Как тебя зовут, Эм?

— Сэди, — прошептала она. — Мое имя Сэди.

У меня опустились руки. Я отшатнулся назад, едва не споткнувшись.

— Нет. — Я отрицательно покачал головой. — Нет, этого не может быть.

— Да. — Амнезия подошла ближе, будто преследуя меня. — Я вспомнила. — Она содрогнулась. — Это было ужасно.

Я так и знал… знал! Все говорили, что я спятил, что просто выдаю желаемое за действительное. Черт, я и сам в это почти поверил и смирился.

Но как еще можно объяснить произошедшее? Все сходится. Это она.

— Сэди, — пробормотал я, по-новому глядя на девушку. Эмоции нахлынули мощным потоком, выбивая весь воздух из легких. — Охренеть.

— У тебя сейчас такое же выражение лица, как было у Мэгги, — с подозрением проговорила Эм. — Будто увидел привидение.

Ветер с силой трепал одежду, дергал за волосы. Но я этого совсем не ощущал, разве могла бушевавшая вокруг буря сравниться с той, что разразилась в моей душе?

— Амнезия… — Я потянулся к ней.

Она отшатнулась. И это, черт возьми, убивало.

— Ты ведь знаешь, кто я? Вы все это знаете.

Я судорожно сглотнул, все еще пытаясь осмыслить происходящее.

— Ты знаешь? Не так ли? — выкрикнула она. Прядь мокрых волос упала ей на щеку.

— Да, — хрипло согласился я, чувствуя себя невероятно пристыженным и неожиданно полностью опустошенным.

— Да, Сэди… Я знаю ее… тебя.

— Все это время ты лгал мне, — обвинила она.

Я отрицательно покачал головой.

— Все не так, как кажется… Клянусь.

Если бы Амнезия снова решила уйти, я бы погнался за ней. Заставил бы ее понять.

Но на этот раз она осталась. Сильный ветер буквально сбивал с ног, вода в озере бесновалась, а с неба давно исчезли последние проблески света, но она, как воин готовый к битве, твердо стояла на ногах.

— Рассказывай, — потребовала она.

И я подчинился.

Глава 28

Эдвард

Одиннадцать лет назад…

«Правда или действие».

Настоящие мужики выбирают действие. Правда для слабаков. Собственно в этом и кроется причина, почему сейчас, в два часа ночи, я тайком пытался выбраться из дома.

Я бесшумно крался по комнате, с ловкостью ниндзя огибая попадающиеся на пути предметы, правда, едва не уронил картину, но все обошлось. Накинув на себя первое, что попалось под руку, продолжил путь. У двери остановился и на пару мгновений приник ухом к дереву, прислушиваясь к шорохам снаружи.

Путь был свободен.

Папин громогласный храп заглушал любые звуки, а у мамы, наверняка, на этом фоне давно развились проблемы со слухом.

По дороге к окну я прихватил с комода бейсболку и натянул на голову, спрятав под нее волосы. Она сидела туже, чем обычно. Возможно, мама права, и мне действительно стоит постричься.

Но летом никто не стрижется. Во время каникул не имеет значения как ты выглядишь, практически безвылазно тусуясь на озере или у киоска с мороженым Пэт.

Отмахнувшись от мыслей о прическе, разблокировал окно и открыл его. Я заранее ослабил наружные крепления противомоскитной сетки, так что мне и осталось слегка подтолкнуть ее локтем, тихонько втащить в дом и прислонить к стенке.

Убеждаясь, что никого не разбудил, я оглянулся, а затем выбрался на задний двор.

Куст смягчил падение. Если вдруг папа заметит сломанные ветки, просто свалю все на соседского кота.

Стараясь держаться в тени дома, я прокрался к парадному входу. Ночную тишину наполняло мерное жужжание насекомых. До подъездной дорожки оставалась буквально пара шагов, когда что-то вдруг сильно сжало мое плечо.

— Эй! — Я резко обернулся, готовый наподдать обидчику.

— Визжишь как девчонка, — отметил голос.

— Не правда, — пробурчал я, и легонько толкнул ее в плечо. — Что, черт возьми, ты тут делаешь, Сэди?

Девушка так сильно закатила глаза, что, казалось, еще немного, и они вылезут из орбит. Она откинула свои длинные золотистые волосы назад и поинтересовалась:

— Да ладно, ты же не думал, что я действительно позволю тебе это сделать?

— Ты мне не мать, — огрызнулся я.

— Нет, я твой лучший друг.

Так и есть. Мы познакомились в пятилетнем возрасте, когда ее семья въехала в дом по соседству. Я бросил в нее камень, а она кинула в ответ. Ей с мишенью повезло больше. А у меня с тех пор остался шрам. С того дня мы стали неразлучны. Всегда и все делали вместе, но только не это.