Розмари - Маша Драч

Кто-то внезапно коснулся моей руки. Я выглянула из-под подушки. На корточках у моей кровати сидел Алестер. В его глазах затаились печаль и сожаление. Так странно было это видеть в мужчине, особенно, после того как уже давно привыкла к колючему взгляду темно-карих глаз. Я разрыдалась до обжигающей боли в груди. Алестер ничего не сказал, и за это я была ему бесконечно благодарна. Он просто обнял меня, словно бы утащив в размеренный круговорот своей светлой и гармоничной энергетики. Похоже, успокоительное ни черта не действовало, только голова болела.

— Всё пройдет, — единственное, что тихо нашептывал мне Коулман, пока я оставалась безутешной. — Всё обязательно пройдет.

Прошло черт знает сколько времени, прежде чем я всё-таки смогла взять свои разбушевавшиеся эмоции под контроль. Мне нужно было поплакать, отпустить себя, вывести на поверхность всё то, что так сильно тревожило меня и убивало изнутри.

Алестер поглаживал меня по спине и терпеливо ожидал, когда моя истерика ослабнет. Я была удивлена тому, что человек, которого трудно было назвать даже другом, просто случайный знакомый, проявил ко мне такое внимание и заботу. Внутренний голос меня не подвел, когда я впервые встретила Алестера. Он оказался очень добрым. Эта доброта плескалась в его ясных голубых глазах. Даже прикосновения Коулмана моим сознанием воспринимались иначе: без отвращения, без опасения, что вот-вот придется защищаться.

— Всё уже готово, мы можем выезжать в любое время, — тихо произнес Алестер, подав мне бумажную салфетку.

— Хорошо, — я всхлипнула и вытерла слезы. Голова трещала по швам, невыносимая боль жгла душу, но я продолжала твердить про себя, что эта боль помогает мне жить дальше. Еще не всё потеряно, раз я ее испытываю.

— Может быть, будут какие-то пожелания? — Коулман выпрямился и спрятал руки в карманах брюк.

— Нет, я просто хочу поскорее убраться из этого места, — хриплый всхлип снова вырвался из горла.

— Машина уже ждет нас. Я скажу медсестре, чтобы она принесла твои вещи.

— Спасибо, большое вам спасибо, — я попыталась в эти слова вложить все свои чувства, на которые только была способна.

— Не за что, — Алестер улыбнулся мне, но его взгляд остался серьезным.

Медсестра помогла одеться. Когда я уже была готова выходить, ко мне зашла Амис, чтобы попрощаться.

— Снова расставание? — она невесело улыбнулась и заправила прядь волос за ухо.

— Похоже на то, — я пожала плечами. — Но может быть можно что-то сделать? Раз я не вернусь в бордель, то получится и тебя вытащить?

— Не беспокойся обо мне, Розмари. Я справлюсь. Сейчас главное, чтобы с тобой всё было хорошо. Ты многое пережила и сумела не сломаться. Думаю, теперь у тебя в жизни начнется долгожданная белая полоса.

— Не знаю. Я ни в чем уже не уверена, — меня внезапно охватил приступ страха и жуткой беспомощности. — Тело работает, а вот душа… Она кажется, всё-таки поломалась.

— Солнце, — Амис заметила слезы и обняла меня.

— Спасибо за то, что позаботилась обо мне, — сквозь задушенные всхлипы, прошептала я, судорожно ловя ртом воздух.

— Ерунда. Я вернулась как раз в тот момент, когда все бегали как ошалелые и не знали, что с тобой делать. Хорошо, что Тед дал мне денег. Блэйк просто хотел тебя вышвырнуть, я откупилась и уговорила отвезти тебя в больницу.

— Урод, — зло прошептала я, крепче обняв Амис.

— Еще какой. Такого даже в ад не пустят.

— Ты уже собралась? — на пороге палаты появился Алестер, одетый в пальто и причудливый серый берет.

— Да, — я нехотя разорвала объятия с подругой.

— Можем идти.

— Давай, Мотылёк, лети на свет, а то ты уже засиделась в темноте, — Амис бегло поцеловал меня в щеку и отпустила.

Я глубоко вздохнула и прошла вслед за Коулманом. Ноги еще нетвердо ступали, но я старалась игнорировать эту слабость, которая, в конце концов, когда-нибудь пройдет. Мы вышли на улицу. Холодный ветер ударил в лицо, отрезвив и заставив измученное сознание работать. Нас уже ожидала та самая белая машина, в которой на Хэллоуин в дом Грейсонов заявился Алестер. Черный «танк» Дьявола и белый с плавными линиями автомобиль Коулмана. Вроде бы незначительная мелочь, а какой подтекст так и проступал на поверхность! Но так ли это? Или я снова просто хотела обманываться? Я бросила быстрый взгляд на Алестера, он уже открыл дверцу для меня. Нет, моя интуиция никогда еще не подводила.

Я расположилась на пассажирском сиденье, Алестер обошел машину и сел за руль. Двигатель заработал практически бесшумно, мы плавно почти неощутимо двинулись с места. Я прислонила лоб к прохладному стеклу, рассматривая рассеянным взглядом сцепленные в замок пальцы рук.

— Почему он так поступил со мной? — тихо спросила я, не сразу осознав, что произнесла этот вопрос вслух. Он был обращен к самой себе, но Алестер его услышал.

— Не знаю, — немного помолчав, ответил он. — Я никогда не мог до конца понять Лероя. Да и никто не умеет этого делать. Он сложный, непредсказуемый и что там говорить, крайне жесткий человек. Жизнь уродует людей. Но как бы там ни было, Лерой никогда и ничего не делает просто так. На всё есть свои причины, просто нам они неизвестны.

Я ничего на это не ответила. Обида и злость выжигали меня изнутри, будто кислота. И какие же у него были причины, чтобы вернуть меня в бордель?! Жажда защитить меня? Смешно! Да, у Дьявола сейчас возникли какие-то проблемы и судя по всему, очень серьёзные. Но не думаю, что он бы стал беспокоиться обо мне. Просто я ему мешала вот он и избавился от ненужного хлама. Что-то внутри говорило о том, что я неправа, но теперь было трудно доверять даже собственным мыслям. Интуиция по этому поводу молчала, просто умыла руки.

— Скажите, почему вы мне помогаете? — я посмотрела на прозрачное стекло и заметила, как мокрый снег налип на него. — Вам тоже что-то нужно от меня? Тоже хотите трахнуть? Унизить? Смешать с грязью, а потом вышвырнуть? — поток злости подступил к самому горлу и буквально взорвался во мне. Я была неправа, но смутно это понимала. Мне просто хотелось освободиться от любых эмоций.

— У меня подобного и в мыслях не было. Никогда. — Серьезным тоном заявил Алестер, глянув на меня в зеркало заднего обзора. — Лерой просил помочь тебе, а затем снова вернуть в бордель. Я разговаривал с твоей подругой, пока ты находилась без сознания. Она успела много мне всякого рассказать. Это ужаснуло и… Я просто решил помочь