Тема с вариациями - Самуил Иосифович Алёшин

А р и ш а. Почему элементарная?

М а к с и м. Тут нет ничего обидного. Научный термин. Рассматривай как комплимент.

А р и ш а. Значит, вот ради чего ты меня вызвал?

М а к с и м. Погоди. Неужели ты не умеешь читать между строк?

А р и ш а. А пока и строк никаких не было.

М а к с и м. Ох, Ариша, Ариша, тянешь ты меня на стереотип. (Вздохнув.) Ладно. Что же, люди добрые, вяжите меня. Я готов.

А р и ш а. Это что?

М а к с и м. Пресловутое объяснение в любви.

Ариша хочет уйти. Максим задерживает ее.

Ну, Ариша, ну прими меня таким, каков я есть. Ведь к чему я все это плету? Ежу ясно, что я в тебя по уши. Но много ли мне вообще надо? Лист бумаги и сорочка сорокового размера, которую можно не гладить. А тебе? Я чертовски боюсь тебя обмануть. Тебе мои элементарные частицы — гори они синим пламенем. В практических делах я даже не на уровне кретина, если быть честным. Видишь, не дали СНС.

А р и ш а. Да иди ты со своей честностью!.. А кто, кстати, получил?

М а к с и м. Бармин.

А р и ш а. Ну это — смех сказать! Эх, ты!

М а к с и м (строго). Каков есть.

Пауза.

Ладно. Внимание! Делаю предложение по всей форме. Согласны ли вы, о Ариша, всю жизнь душа в душу вязать со мной кофточки?

А р и ш а (поглядев на него внимательно). Господи! Ну что это за наказание такое? Что за нелепый человек мне достался?! Неужели ты еще не понимаешь, что я давно готова идти с тобой куда угодно! Хоть в загс! Хоть к черту на рога! Или на край света! Ну конечно, я согласна.

М а к с и м. Ариша… Я онемел.

А р и ш а. Наконец-то!

М а к с и м. Я… Вот… Нет, опять какие-то стереотипы на язык лезут… Радость ты моя… Солнышко ты мое…

А р и ш а. Проблемочка я твоя, да?

М а к с и м (серьезно). Нет. Ты не проблема. Ты — решение.

А р и ш а. Ну и все! Есть из-за чего расстраиваться!

М а к с и м. Все верно, Аришенька, все о’кей! (Поет.) Я люблю тебя, жизнь, и надеюсь, что это взаимно! (Приплясывает.)

А р и ш а (погрустнев). Есть, как говорится, птицы певчие, а есть ловчие. Ты из певчих. А Бармин… Я еще тогда, у Лавровых, заметила — без году неделя, а уже у них дома… И что-то чинит… Плюнь. Знаешь, есть правило: проглоти унижение не разжевывая.

М а к с и м. Не хочу!

А р и ш а. А что делать? И у нас так. Не бросать же из-за этого театр? Ничего, терпим.

М а к с и м (жестко). И напрасно!

А р и ш а (ласково). Я пойду. Хорошо?

М а к с и м. Постой, а как же я узнаю, так сказать, искомый результат? Когда же мы сядем в казенный автомобиль с казенной куклой на радиаторе и казенными воздушными шариками и поедем связываться казенными узами?

А р и ш а (улыбнувшись). А это уж моя проблема. (Целует его и уходит.)

Максим медленно поднимается по лестнице.

КАРТИНА ШЕСТАЯ

У теоретиков

Спустя несколько дней. Помещение, в котором работают Максим и еще трое молодых сотрудников — Маша, Виктор и Алексей. Каждый за своим столом. В комнате две двери — на лестницу и в другие помещения. Стол Максима расположен наискось, в углу. На этом столе телефон. Неподалеку стоит большая черная доска. Сторона, обращенная к нам, обвешана листками бумаг разного размера. К другой стороне подходит  А л е к с е й  и начинает что-то писать мелом. М а к с и м  листает справочник. М а ш а  пишет. В и к т о р  вычисляет на портативной счетной машине. Посередине — общий стол для заседаний. Звонит телефон.

М а к с и м (сняв трубку). Да? Виктор, вас. (Прикрыв трубку.) Напоминаю, покороче и только по делу.

В и к т о р. О чем разговор, Максим Павлович. (В трубку.) Да? Нет… Нет… Да… Там же… Только не опаздывай, Ира. (Кладет трубку.) Идеальный деловой разговор.

М а к с и м. Фраза «Только не опаздывай, Ира» явно выпадает из делового стиля.

В и к т о р. Максим Павлович, а может, все-таки переставим телефон на общий стол?

М а к с и м. Сказано — нет! Вам дай волю.

Звонок телефона.

Вот, пожалуйста! (Резко снимает трубку.) Что еще?.. Кто вам нужен?! Ох, прости, Ариша, тут у нас… Да… Да… Да… Нет… Конечно. (Кладет трубку.)

В и к т о р (после паузы). Ариша — это не иначе учреждение. Закрытого типа.

М а ш а. Кодовое наименование.

А л е к с е й. Почтовый ящик. Как у Виктора. Ира-два.

М а к с и м. Хватит болтать чепуху.

А л е к с е й. Максим Павлович, тут у меня опять что-то с этим выражением… Может, взглянете?

М а к с и м (подходит). Да-а… Уродливо… А попробуем-ка менее тривиально… (Из-за доски слышно, как он постукивает мелом.)

Звонок телефона.

Виктор, возьмите трубку.

В и к т о р (сняв трубку, слащавым голосом). Вас слушают. (Обычным голосом.) Нет, он тут. (Не в трубку.) Максим Павлович, это Бармин. Вы подойдете?

М а к с и м (из-за доски). Что-нибудь срочное?

В и к т о р (в трубку). Максим Павлович сейчас занят. Он спрашивает — дело срочное? (Не в трубку.) Бармин спрашивает, когда можно зайти? У него вопросики.

М а к с и м. Дайте же хоть сосредоточиться! Через час!

В и к т о р (в трубку). Через два часа. (Кладет трубку. Садится на место.) Знаем мы эти вопросики. С миру по нитке — голому диссертация.

М а к с и м. Прекратите.

В и к т о р. Прекратил.

М а к с и м. И перестаньте повторять как попугай мои слова.

В и к т о р. Перестал.

М а к с и м. Вы мне мешаете.

В и к т о р (тихо, Маше). Я ему мешаю! Ариша звонит — не мешает. Бармин, который сейчас придет его доить, — не мешает. А я мешаю. Я виноват.

М а ш а (также тихо). Тсс.

Далее разговор идет шепотом.

В и к т о р. Ведь вопросики-то, наверное, чепуховые. Другой постеснялся бы.

М а ш а. А таким: плюнь в глаза — божья роса.

В и к т о р. Так в том-то и дело, что никто ему в глаза еще не плюнул. Все разговорчики, все за глаза. А вот если бы кто-нибудь его в лоб спросил: «И не стыдно вам? Со всякой чепухой — к Максиму!»

М а ш а. А что говорить, если сам Максим Павлович молчит?

В и к т о р. Ему-то как раз молчать приходится. Если все прочие помалкивают. И Лавр, кстати, тоже хорош! Эх, люди!

М а ш а. Что — люди? А ты не человек?

В и к т о р. Я маленький человек.

М а ш а. При чем тут маленький? Человек или не человек. Скажи прямо — слабо́.

В и к т о р. Все мы хороши кукиш в кармане показывать. А на этом такие, как Бармин, строят свою политику. Да, слабо. Одному, конечно, слабо. А вот если бы…

М а к с и м. Перестаньте, наконец, шептаться.

Все замолкают.

Перестаньте дышать!

Пауза. Слышен только стук мела.

Вы — титан мысли, Алеша! (Выходит из-за доски.)

Алексей следует за ним.

Попросту титан.

А л е к с е й. Ну уж…

М а к с и м. Ваша ошибка открыла мне глаза. (Указывая на бумагу, которую держит в руке.) Поняли, где у вас провисает? А подтянете, и — почти даю голову на отсечение — проверка даст хороший результат. Все сойдется.

А л е к с е й. Думаете?

М а к с и м. Строго говоря, почти уверен. Вы все поняли?

Алексей (подумав). Гран